Первый день весны
Шрифт:
– Зачем?
– Ты что, не понимаешь? Эманация пойдет на весь зал. Все взбесятся, как стая голодных анкрусов. Пусть хоть один человек в зале будет в своем уме. Вдруг что-то пойдет не так и потребуется вмешаться. Или отдай королю, а то опять в обморок хлопнется. А теперь пойдем.
– Но еще рано, – удивился Элмар, надевая амулет.
– Нам еще надо зайти ко мне в гостиницу. Ты же не думаешь, что я на такое опасное мероприятие пойду без кольчуги?
Глава 7.
– Нам сюда, – Элмар указал на места
– Ого! Я становлюсь важной персоной! – хмыкнул Кантор. – Не больно ли много мне чести?
– Король сказал – посадить тебя рядом со мной. А мое место по правую руку от него. Раз он сказал, значит, так надо. Иди садись, а я поищу его и скажу про гимн Мистралии, пусть распорядится.
Кантор занял свое место и огляделся. Банкетный зал королевского дворца был сегодня скромно украшен траурными ленточками и венками из сушеных полевых цветов. Венков было ровно пятьдесят штук. Высокие стрельчатые окна были занавешены тяжелыми темными шторами, и это еще больше усиливало похоронное настроение, царившее в зале. Кантор сразу уловил это настроение. То ли потому, что выпил, то ли его способности резко обострились из-за того, что он так долго носил амулет и не пользовался ими. То ли просто так совпало.
А еще он уловил ненависть. Родители и женихи, братья и сестры, подружки и любовники – все они источали плотные и тяжелые, как эти шторы на окнах, волны ненависти.
Столы стояли вдоль трех стен, а в центре зала, на небольшом возвышении, стоял отдельный стол, за которым сидели шесть членов Комиссии. Интересно, зачем это их так отдельно от всех отсадили? Чтобы гости морды не набили? Так ведь бедные граждане, наверное, и этого не могут. А может, просто никто не хочет сидеть рядом с такими засранцами? Вот их и посадили отдельно. Вон тот симпатяга, наверное, и есть тот самый Хаббард. А толстяк – иерарх Хлафиус. Воин с мечом – герцог Браско. В мантии мага – мэтр Альви. С золотой цепью на пузе – негоциант Ваир. И оставшийся – барон Горт. Запомним на всякий случай, как они выглядят, вдруг еще понадобится. Хотя интереснее было бы посмотреть на сволочную графиню, которая, собственно, и является главной виновницей.
На лестнице мелькнула голова Элмара, торчащая на локоть поверх других, и Кантор тут же обернулся, присматриваясь. Рядом с Элмаром он сразу заметил еще одну знакомую фигуру, все в том же традиционном черном камзоле. Носил бы что-нибудь посветлее, что ли, и так ведь худой и длинный, как жердь… Хотя сегодня вроде так не выглядит… Ну конечно, кольчугу надел. Что ж это он тут такое затеял, что без кольчуги и приходить не стоит? Интересно, кто из гостей должен будет взять меч Элмара? И что с этим кем-то должно произойти?
– Могу я посмотреть на ваше приглашение? – сказали у него за спиной. Кантор обернулся и с интересом уставился на господина Хаббарда, не вставая и не приветствуя.
– Можете, – сказал он. – И может быть, даже посмотрите, если я покажу. А зачем? И кто вы вообще такой?
– Я Глава Комиссии по отбору, – терпеливо пояснил Хаббард. – И я имею право проверять приглашения. Я вас что-то не припоминаю.
– Я вас тоже, – нагло усмехнулся Кантор, но приглашение все-таки показал. Глава Комиссии внимательно
– Кем вы приходитесь жертве?
– Внебрачным сыном, – так же нагло усмехаясь, заявил Кантор. – Что, так непонятно, что родственников у переселенцев быть не может? Я ее любовник. И верните мне приглашение, вдруг еще кто-то захочет посмотреть.
– Дон Диего Тенорио – ваше настоящее имя?
– Конечно, – нахально соврал Кантор, который, чтобы не утруждать себя поисками фамилии вписал в приглашение имя того самого ревнивого мужа из классической драмы. – И я так же ревнив.
– Чем вы занимаетесь? – продолжал допытываться настырный господин.
– Частная охрана, – небрежно бросил Кантор. – А что, допрашивать гостей вы тоже имеете право? Я обязан вам отвечать? Или я могу послать вас куда подальше?
– У меня к вам есть разговор, – сказал господин Хаббард, не ответив на вопрос. – Деловой. Не желаете поговорить?
– Говорите.
– Пройдемте в сторонку.
– Да нет, говорите здесь, если вам так уж надо.
Глава Комиссии присел на соседний стул и тихонько доверительно спросил:
– Сколько вам платит король?
– Король мне не платит, – так же негромко и доверительно отозвался Кантор. – А я могу с него что-то потребовать? Мне какая-то компенсация положена, или что? Было бы неплохо, а то я на днях здорово проигрался…
– Вы меня отлично понимаете. Весь город знает, что любовник Ольги – убийца. Поэтому я и спрашиваю: сколько вам заплатили, чтобы вы с нами разделались? Мы заплатим вчетверо, если вы разорвете этот контракт и поработаете на нас.
– Я не работаю, – отозвался Кантор. – Я на пенсии. И меня никто не нанимал. Сюда я пришел исключительно пожрать на халяву. Да и как, интересно, кто-то может нанять убийцу? Даже король?
– Значит, кровная месть по мистралийским обычаям? Или все можно как-то уладить?
– Можно, – согласился Кантор. – Если она вернется, я все забуду… скажем, за пять штук.
– А если нет?
– Я посоветуюсь с братьями. Такие вещи, как объявление кровной мести, нельзя решать в обход старших мужчин семьи. Но я сомневаюсь, что братья захотят поднимать задницы из-за моего мимолетного увлечения, так что, скорее всего, договориться будет реально. В любом случае, о нашем решении я вам сообщу. Или пришлю старшего брата, с ним и договаривайтесь.
– Так просто?
– А что вы хотели? Чтобы я вам тут танец с кинжалами исполнил? Или думаете, я вас прямо сейчас начну резать при сотне свидетелей? Так не делается у порядочных людей. Кровная месть объявляется публично, от имени всей семьи, чтобы объект мести мог как-то принять ответные меры и чтобы никто не сказал, что его убили подло и коварно. Это целый ритуал… да что я вам рассказываю, вы все равно не поймете. У вас все?
– Приятно было познакомиться, – мило улыбнулся господин Хаббард, возвращая Кантору приглашение, и направился к креслу, в которое как раз приземлялся его величество Шеллар III. Он наклонился к королю – хотя там особенно и не надо было наклоняться – и тихонько что-то сказал. Король недовольно посмотрел на него, встал и они вместе отошли в сторонку. Кантор с интересом прислушался.