Первый фронт

Поселягин Владимир Геннадьевич

Когда я открыл переход во второй раз, с той стороны уже стояли наготове люди. Мы быстро перетаскали все привезенные вещи под бормотание невысокого майора-интенданта, который и отвечал за прием грузов с нашей стороны. Затем я, пропустив всех в параллельный мир, закрыл портал.

— Пошли, я тебя со своим хорошим знакомым познакомлю, — подхватив я брата под локоток. Однако никуда идти не пришлось — в воротах вместе с генералом Гоголевым стоял сам Берия.

— Добрый день, Лаврентий Павлович!

Однако меня ждало разочарование — на Костином

лице не отразилось ни малейшего удивления. Судя по всему, он просек мою мимику и предположил, что его ждет.

Кивнув в ответ, нарком с генералом принялись с интересом разглядывать форму Кости, не обращая внимания на цветные коробки, сложенные в углу, около которых крутился майор.

— Товарищ нарком, разрешите обратиться к товарищу генералу? — спросил я, прерывая затянувшееся молчание.

— Обращайтесь.

— Товарищ генерал, в соответствии с планом закупок, некоторая часть электронного оборудования закуплена и доставлена… Вот список привезенного.

— Пройдемте в кабинет, там и поговорим. — Гоголев забрал мятую бумажку и, обернувшись к майору, приказал: — Через полчаса рапорт о приемке ко мне на стол.

Оставив Берию с охраной на складе, мы прошли в караулку. Там, попросив Костю подождать в коридоре, генерал усадил меня перед собой и приказал:

— Докладывайте.

Мой рассказ, изредка прерываемый вопросами, длился всего полчаса.

— Хорошо, значит, дело пошло. Ладно, с твоим другом мы разберемся, что и как. Он точно согласится перейти к нам?

— Думаю, да. У него родственников нет, кроме меня, так что скорее всего да. Но лучше это спросить у него самого.

Костя согласился сразу, без раздумий. Поэтому, оставив его с генералом, который очень подробно стал расспрашивать о деловой жизни Казани и органах правопорядка, направился к складу, где протоколировали и описывали каждую занесенную из моего мира коробку с аппаратурой.

Берию я обнаружил около распакованного огромного плазменного экрана с интересом разглядывающего этого невиданного зверя.

— Это то, что я думаю? — спросил он, обернувшись ко мне.

— Да, это телевизор, именно про них я рассказывал. Правда, никак не думал, что достанется такой большой.

— Хорошо, подготовьте один из ноутбуков для меня. Пора уже начинать учиться пользоваться этими штуками.

Пообещав лично заняться этим, я обернулся к стоящему навытяжку майору, который, похоже, даже не шелохнулся, пока нарком находился на складе.

— Можете расслабиться, он уже вышел.

— Уф-х-х-х, что-то мне не по себе, когда он рядом.

— Боитесь?

— Нет, не в этом дело. Меня всегда от таких людей в дрожь бросает.

Пожав плечами, я предложил начать прием привезенного. Это заняло у нас больше двух часов и закончилось, когда последнюю коробку с ноутбуками запаковали в большие деревянные ящики и запломбировали. Облегченно вздохнув, я отправился к генералу — надо было еще писать рапорт.

— Товарищ генерал, можно всем привезенным будет

заведовать кто-нибудь другой? А то времени на сон у меня совсем не остается. Вставать уже через пять часов, а я и так не высыпаюсь — заныл я. Мне действительно не улыбалось, постоянно торчать с приемом-передачей на складе. Получил ответ от генерала, что он подумает.

Закончив написание рапорта, вышел из кабинета и отправился отсыпаться, оставив Гоголева с Костей, который что-то строчил отобранной у меня ручкой, так как пером писать совсем не умел. Кстати, две коробки с пластиковыми дешевыми шариковыми ручками, которые я взял так, в довесок, потому что у Олега не было сдачи, у меня отжал в свою пользу генерал, отругав еще, что мало привез. Оценить удобство этого достижения цивилизации он сумел мгновенно.

— Давай просыпайся, соня, — услышал я голос Кости после стука в дверь. Он тоже не любил просыпаться рано, однако нам все-таки пришлось вставать. Откинув одеяло, я сел и хмуро посмотрел на брата, у меня всегда утром плохое настроение.

— Сколько время?

— Шесть утра, — ответил он, взяв с тумбочки наградные часы, подаренные ему за хорошую службу.

— Ой, е мое, четыре часа всего спал.

— Тебе еще повезло, я час назад прилег.

После повторного стука в землянку втиснулся майор Ольнев — начальник охраны складов и прилегающей территории.

«Ах да, я же ему мобильные радиостанции привез, и учить пользоваться идти надо, рации-то другие!»

Так и оказалось, восемьдесят из ста радиостанций «Моторола» с шифровальной платой были отданы майору, который и заявился за инструктором, то есть за мной.

— Идем-идем, — сказал я, вставая и одновременно зевая.

— А товарищ Соловьев нам и не нужен, это ведь вы умеете обращаться с новыми радиостанциями.

Костя заржал и сказал, отсмеявшись:

— Иди-иди, хм, специалист, — после чего накрылся одеялом.

Поглядев на друга, я повернулся к майору:

— Сейчас приведу себя в порядок, и начнем.

— Хорошо, все командиры собрались в штабной землянке, готовятся к учебе.

Я только кивнул и, подхватив серое вафельное полотенце, пошел умываться.

— Александр, зайди ко мне, — велел Гоголев, когда я проходил мимо сторожки после двухчасовой учебы. Кстати, учеба прошла более успешно, чем прошлая. На этот раз командиры на лету схватывали все, что я говорил. А уж когда сказал, что с помощью шифровальной платы их переговоры открытым текстом вообще никто прослушать не сможет, так вознес их на седьмое небо от счастья.

Пройдя мимо кабинета Берии, я постучал в кабинет генерала.

— Войдите.

Пройдя в комнату, я остановился у стола, на котором была расстелена чья-то олимпийка явно из моего мира. На ней возвышалась куча всякого барахла, начиная от мятых пачек сигарет, заканчивая пятью пистолетами, причем два из них — ПМы — были с глушителями.