Первый фронт
Шрифт:
— Так ведь стройка закончена. Сразу сюда и приезжайте, я вас с прорабом познакомлю. Вот такенный мужик!
— Жди, через два часа мы будем у вас.
— Ага, ждем.
Отрубив телефон, спросил у Али:
— Ну как ты?
— Ты о чем? — Вопрос она задала как-то странно, поэтому я, смутившись, быстро ответил:
— Да так, ни о чем. О, кстати, пока «буханка» у входа стоит. Нужно в больницу съездить, перевязку сделать… Нет, ваши эскулапы, конечно, хороши, но и антибиотики отменять
— Хорошо, едем, — кивнула она и, достав свой телефон, с кем-то связалась. О чем был разговор, я не слушал. Отошел посмотреть внутренности ангара.
Он был построен в точности по проекту. Огромное пустое помещение с залитым бетоном полом, и только у одной из стен притулилась небольшая двухэтажная конторка, где теоретически должен бы сидеть завсклада, а по нашим планам — бойцы охраны. По крайней мере, человек двадцать там уместятся со всем комфортом.
Заметив, что я разглядываю конторку, один из полицейских подошел ко мне.
— Завтра к обеду должны подъехать из фирмы по установке систем безопасности. Они установят видеокамеры и другую аппаратуру, датчики там какие-то… я не совсем разобрался пока, — несколько смущенно добавил он.
— Ну это понятно, обговаривалось уже, — отмахнулся я.
— Слушай, а что это там за установка стоит?
— А, эту штуку рабочие оставили. Тепловая пушка называется. Тут бетон еще не совсем высох, она включена была, но шумела сильно, и мы пока ее выключили. Обещали завтра забрать. Мне так приемщик сказал, лейтенант Горелов.
— А-а-а, понятно!
Сзади послышался цокот каблуков, и к нам подошла Аля:
— Едем. Только вашу маму заберем, она там ждет уже.
Пройдя мимо полицейской «десятки», мы погрузились вместе с моими телохранителями, которых снова возглавлял Логинов, в «буханку» и направились по новенькой асфальтированной дороге в поселок.
Доехав до мамы, мы прихватили и ее и оттуда рванули уже в больницу.
— А, Александр. Ну как у вас рана? — спросил у меня Анатолий Павлович, поворачиваясь от раковины и вытирая руки вафельным полотенцем.
— Рана нормально, спасибо. Но у меня появилась еще одна, — ответил я и по его жесту прошел в кабинет и сел на стул.
Быстро осмотрев меня, Анатолий Павлович только брови приподнял, разглядывая рану от скальпеля, нанесенную одним из ученых, когда проводились эксперименты.
— Интересная рана. Где это вы так? — спросил меня доктор, обрабатывая открытую рану какой-то бесцветной жидкостью.
— Да случайно, на рыбалке. Один рукой махал, вот и задел.
— И что, полицию вызывали?
— Да он же не специально! Он меня и не видел, я со спины подошел. Да и я, честно говоря, не заметил, что он рыбу чистил.
В
— Я сейчас не могу говорить, перезвоню через пару минут, хорошо?
— Ладно, буду ждать! — Судя по голосу, подполковник был озадачен.
Покинув кабинет, я спросил Алексея, стоявшего у двери и лениво почитывавшего какой-то медицинский журнал:
— А эти две подружки где? — имея в виду маму и Алю. Они действительно щебетали о чем-то своем, еще когда встретились в машине.
— Там где-то, — кивком указал направление Алексей.
— Ага.
Подойдя к повороту, я услышал занимательный разговор:
— Да хватай его за шкирку и в ЗАГС! Думаешь, меня его отец повел под венец? Ага, как же! Вот с такенным животом я за ним бегала, пока под венец не затащила! Так что смотри, яблоко от яблони недалеко падает.
Тихо отступив, я, громко топая, вернулся в приемный покой, где меня ожидали, сидя на больничных скамейках, обе женщины.
— Ну что, едем? А то у нас дел много.
— Да, конечно! — кивнула мама, вставая.
Выходя за ними следом из больницы, я набрал номер Воронова.
— Добрый день, Виталий Сергеевич, я вас слушаю.
— Хм, ну вообще-то это я вас слушаю.
— Не понял?!
— Да что тут непонятного. Я хотел знать, когда нам выезжать. Мы готовы.
— А вы где? — задал я второй раз за сегодня этот вопрос.
— Неподалеку, лагерем встали.
— Понятно. Ну сутки точно будем, так что времени у вас вагон и маленькая тележка.
— Тогда выезжаем, — коротко ответил подполковник и нажал отбой.
Позвонив на квартиру и сообщив, что через полчаса мы к ним привезем курьера, поехали к дому матери — нужно было оставить ее там.
— Папа твой, похоже, опять на рыбалку умотал, — фыркнула мама, заметив, что старой отцовской «нивы» во дворе нет.
Мы зашли в дом, и пока Аля крутилась у зеркала в другой комнате, я тихо спросил у мамы:
— И что это было в больнице?
— Что именно? — сделала она ничего не понимающий вид.
— Ваш разговор обо мне, — пояснил я, опасливо поглядывая на девушку, которую отчетливо было видно через стекло межкомнатной двери.
— Слышал, значит, — задумчиво посмотрев на меня, сказала мама.
— И-и-и?
— Да что тут говорить? Когда Берия САМ предложил по совету ученых познакомить тебя с несколькими девушками из их мира, то я чуть со смеху не померла. Представила их представление о красоте. Машки-колхозницы и Катьки-трактористы. В общем, я тебя хорошо знаю, вот и описала твой идеал красоты. Стройная, с твердым характером, брюнетка, ну и красивая, конечно, по твоим меркам.