Первый линзмен
Шрифт:
– Мисс Бриггс, впечатайте - "несовместимость с руководящими работниками фирмы". Подождите, Киннисон, сейчас все будет готово.
– Отлично. У меня есть еще кое-что для вас. Я прекрасно понимаю, что и вы сами находитесь между Сциллой и Харибдой. Вам придется плохо, если вы задержите поставки, и еще хуже, если бракованная продукция попадет на фронт.
– Какая бракованная продукция! О чем вы говорите, Киннисон! Что за бред!
– Блэк возмущался очень искренне, но глаза, сузившиеся и внимательные, выдавали его сразу.
– Если вы отправите этот проклятый
Все напускное спокойствие и солидность его собеседника словно ветром сдуло.
– Вы им обещали!
– в отчаянии крикнул Блэк.
– Да вы!!!
– Почему бы и нет, - с невинным, но крайне многозначительным видом сказал Ральф.
– Не хочу произносить проповеди, но бороться с честностью и порядочностью бесполезно… Надеюсь, теперь вы это поняли.
– Вон!!! Берите свои бумаги и убирайтесь! Доктор Ральф Киннисон покинул кабинет президента Блэка и артиллерийский завод с высоко поднятой головой. Так закончилась его вторая война.
Глава 6
ГОД 19…
– Теодор Киннисон!
– С экрана визиофона на Теодора смотрело спокойное мужское лицо. Плохо понимая спросонок, что произошло, он потянулся к кнопке связи, но проснувшаяся первой жена его опередила.
– Слушаю, - ответил он, понимая, что теперь говорящий видит его заспанную недовольную физиономию.
– Операция "Снегирь". Они идут над полюсом.
– Операция "Снегирь" - вызов принял!
– рявкнул, вскакивая, Тед. Экран погас. Он повернулся к жене и замер, пораженный отчаянным и безнадежным выражением ее лица: расширенные глаза, в которых затаился ужас, бледные, как мел щеки, капельки пота на висках, руки нервно прижаты к груди. Симона была исключительно красива - высокая, стройная блондинка с соломенными волосами и ярко-голубыми глазами, - но в этот момент она выглядела испуганной девчонкой, не знавшей, что же ей делать.
– Спокойней, девочка, спокойней, - шепнул Тед, привлекая ее к себе, - все будет хорошо, крошка, не волнуйся.
Взяв давно приготовленные чемоданы, он вышел из дома и выкатил из гаража серебристо-серую, сверкающую машину.
За эти минуту Симона успела одеть и собрать в дорогу их ребятишек - четырехлетнего мальчугана и хорошенькую кудрявую двухлетнюю девчушку.
Несмотря на спешку, и дети, и родители были аккуратно одеты в дорожные комбинезоны, а малыши даже прихватили с собой любимые игрушки.
– Таблетки кодеина не забыла?
–
– Все на месте.
– Они тебе понадобятся. Гони на полной скорости - и старайся держаться впереди. Машина у тебя отличная, масла и бензина хватает…, главное - отъехать от города на несколько сотен миль, и вы в безопасности.
– Я беспокоюсь не о нас, а о тебе, - всхлипнула Симона.
– Жены специалистов получают предупреждение первыми, и я буду впереди всех беженцев. Но ты, Тед! Ты!
– Не беспокойся, милая, мой мотоцикл достаточно быстр, а дорога в этот час совершенно свободна…
– Ты знаешь, что я беспокоюсь не об этом!
Они уже сидели в машине. Киннисон уложил чемоданы в багажник; дети радостно галдели, ослепительное летнее солнце ласкало встревоженные лица взрослых.
– Не волнуйся, девочка, я обязательно вернусь.
– Он поцеловал жену и дочку и, пожав руку сыну, добавил:
– Малыш, вы с мамой едете навестить дедушку Киннисона… Он вас давно уже ждет, и вы это знаете. Будет очень весело. Я приеду к вам чуть позже… А теперь, моя длинноногая леди, - он повернулся к жене, - жми на газ!
Тяжелая машина словно присела перед прыжком и, взметнув клубы пыли, быстро исчезла из виду.
Киннисон бросился к маленькому, притулившемуся возле дома гаражу и вывел оттуда свой мотоцикл. Приземистый корпус машины был словно утыкан красно-зелеными фарами, которые сейчас мигали тревожными огоньками. Резким движением Тед загнал плоскую коробочку в подготовленную для нее щель, и тишину разорвал оглушительный вой сирены. Оседлав своего ревущего стального скакуна, Тед вылетел со двора и, развернувшись под невероятным углом, понесся к Центру.
Красный свет светофора его не остановил - звуки сирены были слышны за милю, и весь транспорт замер, пропуская его. Еще одна сирена взвыла за спиной - его догонял полицейский мотоцикл, также сверкая своими огнями. "Молодцы - быстро работают", - подумал Тед.
– Началось!
– прокричал одетый в форму полицейский, стараясь перекричать вой мотора.
– Да, - завопил в ответ Киннисон.
– Уводи людей к Дальней дороге, Карри, или на север, к Воксгану! Передай всем!
Черно-белый мотоцикл отстал, повернув к участку; там, схватившись за микрофон, полицейский начал отдавать распоряжения.
Киннисон мчался вперед. На Инсер-авеню поток машин был настолько плотным, что Теду пришлось замедлить ход; на улице Пуласки его пропустили на красный свет. За Сакраменто ни одной машины уже не было.
Семьдесят… Семьдесят пять… Мост он пролетел на восьмидесяти, оторвавшись колесами от земли. Восемьдесят пять… Девяносто…, больше он не рисковал прибавлять скорость, опасаясь просто не удержать тяжелую машину на старом заезженном шоссе. Он уже не был одинок на дороге; множество таких же, как у него, сверкающих машин неслось в том же направлении, выныривая из каждой подворотни, а иной раз и сокращая путь через чьи-то участки. Пришлось снизить скорость и влиться в поток мотоциклов.