Первый линзмен
Шрифт:
"Род, мне кажется, что вы решили сравнять с землей весь Нью-Йорк," - Сэммз покончил с галстуком и поправлял плотные манжеты, прикрывавшие Линзу.
"Если понадобится, Вирджил… Хотя я молю бога, чтобы этого не пришлось делать."
Однако Вседержитель не услышал его молитвы; внезапно Джил почувствовала, как левая рука Геркаймера, нежно обнимавшая ее талию, чуть напряглась. Она в панике послала тревожный сигнал и, скосив глаза направо, увидела сухощавого высокого мужчину с ястребиным носом, что-то искавшего в кармане. Казалось, он хотел достать носовой платок, - но предмет в его руке,
Джил едва не вскрикнула, в оцепенении наблюдая за тем, как пистолетный ствол пошел вверх, нацелившись точно в грудь ее отца. Время словно остановилось; скованная ужасом, понимая, что сейчас произойдет, она не могла шевельнуться и только цеплялась за Геркаймера как за некую устойчивую, но абсолютно-неодушевленную подпорку. Стремительные движения убийцы распались на части: она видела, как он вытянул руку и чуть прищурил глаз, как дрогнул палец на спусковом крючке…
Затем раздались выстрелы, и Джил закричала, но крик ее уже не значил ничего, ибо слился с воплями сотни перепуганных женщин. Убийца, запрокинув голову, оседал на пол; во лбу его темнела, наливалась кровью аккуратная дырочка. Новые выстрелы - и полумертвое тело дернулось, будто от ударов кулака, и рухнуло вниз, под ноги шарахнувшейся толпе.
Первым успел Конвэй Костиган. Как и остальные ленсмены, он видел все, что видела Джил, но конкурировать с реакцией офицера секретной службы не мог никто. Его пуля прошила голову убийцы, и выстрел, направленный в сердце Сэммза, задел только плечо Первого Ленсмена. Родерик Киннисон, Джек и Мэйс выстрелили чуть позже - молодые были еще слишком неопытны, старший имел солидную практику и столь же солидный возраст. Впрочем, все четыре ранения оказались смертельны, поставив точку в карьере наемного убийцы.
Сэммз покачнулся, но устоял на ногах. Киннисон бросился к нему и опрокинул на пол.
– Быстро!
– прошипел он вслух Мэйсу и своему сыну.
– Женщин сюда - и выбирайте пообъемистей! Конвэй, следи за галереей!
Он приподнялся, прижимая коленом Сэммза, из плеча которого толчками била кровь.
– Так! Вы встаньте сюда…, вы - сюда…, прикройте его, милые дамы. Но учтите - если кто-нибудь пошевелит хотя бы пальцем, я выстрелю без предупреждения!
Из толпы женщин в широких бальных кринолинах донеслись протестующие возгласы и смех. Кажется, по большей части они уже пришли в себя и теперь наслаждались происшествием, о котором можно будет порассказать столько невероятных историй.
Сквозь плотные ряды пышных матрон прорвались Джил и Клио Костиган, тащившие за собой какого-то человека.
– Врач, - коротко бросила Клио, подтолкнув мужчину к лежащему на полу Сэммзу.
– Вирджил, не двигайтесь, сейчас подойдет ваша карета скорой помощи, - приказал Киннисон, заметив, что его друг пытается встать. Он повернулся к врачу:
– Доктор, что с ним?
– Ничего страшного… - медик ощупал плечо раненого.
– Так…, выходное отверстие на месте…, кости целы…, артерии не задеты… - он поднял голову.
– Пуля прошла через мягкие ткани плеча, сэр. Сейчас я наложу повязку на рану…, хоть носовой платок…, и везите его поскорее в госпиталь.
– Никаких
– Конвэй, видишь что-нибудь подозрительное? Никто не собирается швырнуть гранату в наш курятник?
– Нет, сэр. Никаких следов активности. Джил, помогавшая врачу перевязывать отца, дернула Киннисона за полу.
– Присядьте, Родерик!
– Брови у нее были нахмурены, лицо побледнело от волнения.
– Не забывайте, вы - номер второй!
– Не прикончив льва, не охотятся на медведя, - ухмыльнулся Киннисон.
– Джил, и вы, Клио, помогите-ка мальчикам выстроить наш женский батальон. Клайтон уже близко. Когда мы понесем Вирджила, я хочу, чтобы его окружили со всех сторон в пять-шесть рядов.
– он перешел на мысленную речь: "Джек, Мэйс, слышите? Все понятно?"
"Да, отец!"
Снаружи раздались дикие завывания сирены.
"Конвэй, не спускай глаз с галереи! Алекс, вы?"
"Да!
– ленсмены восприняли ментальный ответ командора и кто-то - видимо, Мэйс, заботливо транслировал его Джил.
– Куда прикажете подать карету? В ней взвод докторов и медсестер, но эта малышка не пролезает в ворота."
"Значит, пробейте решетку и двигайтесь прямо к окнам, слева Там будет цветник - можете распахать его на грядки… Кстати, Алекс, кто там висит над нами - "Чикаго" или "Бойз"?
"Оба."
"Отлично! Приступайте."
Раздался тяжелый удар и грохот рухнувшей чугунной решетки. Потом женщины снова завизжали, шарахнувшись в угол - под звон стекла, сокрушая стену, в зал просунулась орудийная башня танка.
Взвыли моторы, и "девяносто-шестьдесят" величественно выплыл из облака пыли и каменной крошки, перемалывая гусеницами драгоценный паркет. Машина замерла, в борту ее откинулся люк. Джек с Мэйсом подхватили Первого Ленсмена, чертыхавшегося сквозь зубы, и понесли к этому темному зеву, из которого навстречу им уже протягивались руки. Киннисон шел следом, подгоняя свою женскую команду.
Когда броневая плита задвинулась, отрезав его раненого друга от царившей в зале сутолоки, он облегченно вздохнул и бросил взгляд на сына. Джек ошарашенно уставился за окно. Ломая деревья и тщательно подстриженные кусты, разваливая фонтаны, перепахивая ухоженные цветники, к особняку двигались с полдюжины чудовищных машин; за ними спешили солдаты в форме космических десантников. В воздухе, прошитом лучами прожекторов, парили вертолеты, еще выше висели блестящие шары легких крейсеров, и в самом зените искрились огнями два самых мощных корабля, которые были в распоряжении нью-йоркской базы.
Джек судорожно вздохнул.
– О боже, отец! Так ты думаешь…
– Я не думаю, я знаю, - глаза Киннисона-старшего сурово блеснули.
– Они сделают все, чтобы достать Сэммза, и будут здесь так быстро, как смогут, и с самым мощным оружием… Но птичка уже улетела!
– внезапно он перешел на мысленную речь, обращаясь ко всем молодым ленсменам: "Запомните хорошенько, парни: жизнь Вирджила Сэммза - самая ценная штука в этой вселенной! И если сам Сатана попробует добраться до него, вы должны обрубить дьявольскому отродью и хвост, и лапы!"