Пёс
Шрифт:
— Нет! — Хильшер был непреклонен. — Оставим их живыми для подстраховки… На случай, если мы ошиблись.
Когда инъекции были сделаны, Хильшер распорядился:
— Осмотрите егеря. Вдруг хоть какая-то зацепочка обнаружится. Ведь это он появился здесь неизвестно откуда два года назад. Возможно, он с той стороны…
— Сейчас, возьму фонарик помощнее, — ответил Карл, перетряхивая рюкзак. — Пойдем, Вольфрам.
— Фридрих, Фридрих! Ты должен это видеть! — донесся со двора взволнованный голос Виллигута.
Старик с трудом встал с кровати и поковылял к выходу. Подойдя к навесу, он достал из кармана
— Смотри! — нервно произнес Карл, освещая фонарем тело раздетого до пояса егеря.
Лесник оказался крепким мужиком — в его жилистом теле, не смотря на возраст, не было ни капли жира, лишь тугие жгуты крепких мышц. И шрамы: пулевые, ножевые, осколочные.
— Он воевал долго и много, — произнес Карл, — настоящий профессионал…
— Но не это главное! — перебил его возбужденный Зиверс. — Смотри!
Он взял егеря за руку и поднес его запястье ближе к свету.
— Татуировка! Такие наносились узникам концлагерей! Очень похожа! А теперь посмотри сюда! — Он осветил фонарем левое предплечье лесника. В луче света недобро скалилась взъерошенная голова пса над двумя скрещенными метлами, карикатурно повторяя «тотенкопф». Под метлами по-немецки было начертано — «хунд» и 1962.
— Пес, — прошептал Зиверс. — А вот эту аббревиатуру над головой пса я бы перевел как «первый детский военизированный интернат для неполноценных». Черт! Он действительно из другого мира!
— Чего-то подобного я и ожидал! — глубокомысленно произнес Хильшер.
— Но как он оказался здесь? — воскликнул Карл.
— Уместней было бы спросить, почему он оказался здесь? — поправил Виллигута старик. — Как, это понятно: врата где-то рядом! А вот почему… Возможно случайное проникновение, а возможно и нет! Если он здесь не случайно, все становиться интереснее…
— Так может его допросить? — предложил Зиверс.
— Сейчас ты от него вряд ли чего добьешься, — возразил профессор. — А вот если у нас ничего не выйдет с вратами, а что мы их найдем, я уже не сомневаюсь, тогда вполне… Сейчас возьмите у него немного крови: она нас выведет к вратам, а затем отдыхаем до утра. Бродить по ночной тайге, не зная местности — неразумно! Выходим с рассветом.
Заснуть иностранцам так и не удалось: Петр Семеныч, напичканный снотворным оглушающе храпел, действуя немцам на нервы. Рассвет они встретили как божью благодать: похватали рюкзаки и выскочили в промозглую утреннюю сырость.
— Воспользуемся компасом? — спросил Карл профессора. — Я так понимаю, кровь ты для этого собирал?
— Да. Надеюсь, что в этот раз мы на верном пути, — устало произнес Фридрих. — А то что-то наши поиски затянулись.
Карл, вполуха слушая старческие жалобы Хильшера, достал из багажника джипа небольшую деревянную шкатулку, покрытую вычурной резьбой. Он аккуратно положил её на колоду для рубки дров и открыл, разломив пополам, словно шахматную коробку. Внутри, на бархатной обивке, в специальных гнездах лежали три позеленевших медных прутка фигурной ковки и червленая серебряная стрела. Из небольшого кармашка Виллигут достал несколько зажимов и круглый блестящий шарнир. Немного «поколдовав» над деталями, Карл собрал из прутков треногу, на вершине которой укрепил шарнир. В специальное углубление шарнира Виллигут
— Все готово! — отрапортовал Карл. — Вольфрам, подай мне склянку с кровью лесника, — попросил он.
Щедро оросив указатель кровью, Виллигут достал из шкатулки жестяную баночку. Свинтив с нее мятую крышку, он присыпал кровь серым порошком, а затем принялся что-то нашептывать.
Хильшер прислушался к бормотанию колдуна:
— Карл, ты что, забыл формулу?
Виллигут отрицательно мотнул головой и поднял вверх указательный палец: не мешай! Старик замолчал, ожидая окончания обряда. Стрелка компаса, стоявшая неподвижно, неожиданно шевельнулась. Медленно, словно преодолевая чудовищное сопротивление, она повернулась на несколько градусов и вновь застыла. Виллигут пошипел еще несколько секунд и замолк. Затем проследил взглядом за указателем и довольно произнес:
— Давно хотел опробовать одно заклинание. В средние века его использовала инквизиция и охотники за головами для поиска колдунов, используя их кровь или частицы плоти. Заклинание работает — компас однозначно указывает на егеря.
— А при чем здесь колдуны? — не понял Зиверс.
— Да ни при чем! Найти можно любого человека, как бы далеко он не был…
— Карл! — недовольно одернул собрата старик, — не время сейчас для опытов! Формулу поиска помнишь?
— Еще бы, — усмехнулся колдун, — я её столько раз безрезультатно произносил, что выучил почище любого попугая.
— Начинай! — Хильшеру не терпелось отправиться на поиски. — Солнце поднимается! Если ничего не выйдет, нам к вечеру нужно вернуться назад!
Виллигут вновь щедро оросил острый наконечник компаса кровью лесника. Откашлялся и вновь начал что-то шептать. Стрелка компаса качнулась и начала вращаться. С каждым пройденным кругом она увеличивала скорость вращения и вскоре превратилась в сплошной круг. Воздух, разрезаемый металлом стрелы, возмущенно гудел. Едва только Виллигут произнес последнее слово заклинания, стрела замерла как вкопанная, указывая на северо-запад.
— Есть! — в один голос закричали Хильшер и Зиверс.
— Наконец-то! — выдохнул старик. — Берите снаряжение и в путь.
Через десять минут маленький поисковый отряд углубился в дальневосточную тайгу. Первым шел навьюченный тяжелым рюкзаком Виллигут. За ним, налегке, опираясь на суковатую палку, ковылял старик-профессор. Замыкал колонну вооруженный карабином Вольфрам Зиверс. Через полчаса продрогшие и вымокшие от росы путешественники наткнулись на узенькую тропку, протоптанную в густых зарослях папоротника. Тропинка бежала в нужном направлении.
— А здесь частенько кто-то ходит, — сказал Виллигут, без долгих раздумий сворачивая на тропу. Под его высокими ботинками с рифленым протектором жалобно хрустели сочные стебли разлапистого папоротника.
— Лесник, — тяжело дыша, просипел старик, — больше некому.
Таежная дорога для столетнего старика была тяжелым испытанием. Но Хильшер не думал сдаваться. Не обращая внимания на отдышку и подозрительный свист в груди, он упрямо продвигался к намеченной цели.
— По тропинке лучше не идти! — предостерег соратников Зиверс. — Мало ли каких он сюда сюрпризов натыкал…