Пёс
Шрифт:
— Ну, достаточно, — наконец решил работяга, закрывая подачу газа. Отбросив в сторону ставшую ненужной горелку, он достал из ящика отвертку и металлический пруток. Засунул их в очищенную от металла замочную скважину на манер отмычки и принялся сосредоточенно в ней ковыряться. Он глухо матерился, неосторожно прикасаясь к горячему металлу, ронял инструменты на землю, прыгал на одной ножке, махая обожженными руками. Едва боль стихала, он вновь хватался за отвертку и пруток, продолжая ковыряться в скважине. Наконец, после титанических усилий плотника замок сдался.
—
Плотник взялся за ручку, и с натужным скрипом двери распахнулись.
— Сейчас петельки смажу, тогда точно усе!
Валеннштайн достал бумажник. Новенькая хрустящая купюра легла в протянутую руку плотника. От такой щедрости плотник оторопел:
— Да… Я… Ваше броть… Если нужно чего, я мигом…
— Ты эти деньги честно заработал! — отмахнулся Валеннштайн. — Останься пока, может быть понадобится твоя помощь.
Пока командир разбирался с плотником, Волли проскользнул внутрь часовенки. Ничего экстраординарного он внутри не заметил: затянутые клоками старой паутины настенные фрески, пыльный мозаичный пол, да резное деревянное распятие Спасителя, подвешенное к потолку на ржавых цепях. Волли на глазок прикинул толщину стен часовенки. Нет, стены самые обычные, в два кирпича. В таких не то что человеческое тело, даже собачий труп замуровать проблематично. Остается осмотреть только пол…
— Ну, что тут у нас? — осведомился Валеннштайн.
— Да ничего такого, герр оберштурмбаннфюрер, — отозвался Волли. — Самая обычная часовенка, каких пруд пруди.
— Обычная говоришь? — Иоахим прошел внутрь, оставляя на пыльном полу отпечатки форменных сапог. — А я вот так не думаю! — заявил фон Валеннштайн. — Ты где-нибудь видел, чтобы распятие Спасителя так необычно подвешивали, к потолку? Да и к мозаике на полу присмотрись, — посоветовал он, — это ж пентаграмма! Где ты в церквах пентаграмму видел? Все это странно…
Волли выскочил на улицу и схватил оставленный там лом. Вернувшись обратно, эсэсовец легонько стукнул тяжелой железкой об пол.
— Пустота! — воскликнул Волли. — Там что-то есть!
— Возможно ковчежец с мощами святого, — предположил Иоахим, — о котором рассказывал управляющий. А возможно и нет…
— Проверим? — вопросительно взглянул на командира Волли, нетерпеливо постукивая ломом по мозаичному полу.
— Только аккуратно! — предостерег Валеннштайн.
— Может мне за отбойником смотаться? — вдруг предложил плотник. — У меня есть на хозяйстве! — похвалился он.
— Да ты, погляжу, на все руки мастер? — подивился Иоахим.
— А то! — раздулся от гордости работяга. — Меня хозяин ценит! Ну так чего, катить компрессор? Только в помощь мне кого-нибудь определите — тяжелый, зараза!
— Нет! — запротестовал Валеннштайн. — Вы тут с компрессором от часовни камня на камне не оставите! Действуем по старинке — ломом и киркой!
— Командир, — взмолился Волли, — может, перекусим? Нам тут до вечера долбить, не передолбить!
— Ладно, — смилостивился Иоахим, прокрутив в уме весь фронт работ, — сходи к парням в капеллу: пусть в замок идут. Обедать. А ты, —
После сытного обеда Иоахим решил связаться по секретной спутниковой связи с бригаденфюрером Вейстхором. Слишком уж необычной была часовенка. Виллигут, не перебивая, внимательно выслушал подчиненного и похвалил за наблюдательность.
— Продолжайте копать, — распорядился бригаденфюрер, — я срочно вылетаю к вам военным самолетом. Буду через несколько часов! Если вы действительно нашли что-то стоящее, готовьте грудь под Рыцарский Крест, — пообещал он.
— Не будем загадывать, — отшутился Иоахим, хотя от предвкушения высокой награды в груди сладко заныло.
— Снимите людей с других мест, — неожиданно добавил бригаденфюрер, — держите место раскопа под прицелом хотя бы двух стволов!
— Будет исполнено! — не вдаваясь в дискуссии, отрапортовал Валеннштайн.
— Молодец! — отозвалась трубка голосом Виллигута. — До встречи!
Иоахим убрал аппарат и задумался. Бригаденфюрер явно что-то недоговаривал. Нехорошее предчувствие посетило Иоахима фон Валеннштайна, но он был хорошим солдатом, поэтому постарался засунуть свои предчувствия куда подальше: приказ есть приказ. Подняв из-за стола разомлевших от сытой пищи солдат, Иоахим довел до них новый приказ бригаденфюрера:
— С этой минуты объявляется боевая готовность номер один! Капеллу простучать успели?
— На первый взгляд все чисто! — доложил Шарфюрер Веккер. — На более тщательный осмотр времени не было!
— Тогда сворачиваем все работы в капелле. Проверить оружие…
— Разрешите обратиться? — Волли и тут не остался в стороне со своими вопросами. — В чем дело, командир?
— Приказ командования… Я сам ничего не понимаю, но скоро сюда прибудет бригаденфюрер. Возможно, он прояснит ситуацию… А может быть, и нет… За работу, господа офицеры!
Бригаденфюрер прибыл в замок графа Карди на закате в сопровождении двух взводов автоматчиков. Легко соскочив с высокой подножки военного джипа, Виллигут приказал взводным взять объект в оцепление. Солдаты деловито спрыгивали с крытого защитным тентом кузова грузовика на землю и слаженно рассредотачивась вокруг холма. Генерал стремительно пересек заросшую диким чесноком полянку и заглянул в открытую дверь церквушки. Завидев стоящего в дверях часовни генерала, Валеннштайн залихватски щелкнул каблуками и рявкнул:
— Смирно!
Его подопечные, в поте лица орудовавшие ломами, тщетно пытаясь вывернуть из земли тяжелую могильную плиту, бросили орудия труда и вытянулись в струнку. Через мгновение стены часовенки содрогнулись от дружного «Зиг Хайль». Глоток парни не жалели, используя всю мощь молодых легких.
Бригаденфюрер ответно отсалютовал офицерам поднятой рукой и с интересом заглянул в раскоп:
— Ну, что тут у вас?
Валеннштайн поднял с пола причудливо изукрашенный ковчежец.
— Пока откопали только это! — доложил он.