Пещера
Шрифт:
Двое других охотников, ехавших впереди него, испытывали схожие чувства.
Бен протянул руку вперед и потрепал Ноб'коби по мохнатой ноге, но этот жест, призванный ободрить беднягу, произвел обратное действие: он громко взвизгнул, дернулся и едва не упал с саней.
— Все в порядке, приятель! — крикнул Бен. Он знал, что туземец не понимает его, но надеялся, что звук голоса поможет ему успокоиться. — У тебя все отлично получается! Осталось совсем немного.
Затем он взглянул на циферблат часов. Они ехали уже около часа. Если он все рассчитал правильно,
Бен положил голову на согнутую в локте руку и закрыл глаза. Монотонный стук двигателя и покачивание саней убаюкивали. Если бы мими'сви тоже могли хоть немного расслабиться и отдохнуть перед непростым делом, ожидавшим их группу… «Бедный Ноб'коби! — подумал Бен. — Попал как кур в ощип!»
Даже не глядя на охотника, Бен видел, как он вцепился в сани, словно утопающий в спасательный круг. И вдруг Ноб'коби, образ которого всплыл в воображении Бена, повернул голову и жалобным голосом проговорил:
— Я могу бежать сам с такой же скоростью! Это… это просто безумие!
— А мы так не можем, — мысленно ответил ему Бен. — Мы устроены по-другому.
— Это ужасно!
«Хватит скулить!» — подумал Бен.
Внезапно глаза Ноб'коби стали огромными, как блюдца, а его рот приоткрылся.
— Ты и вправду хари'хути! — воскликнул он.
И тут же в мозгу Бена прозвучал другой, знакомый голос.
— Очень хорошо, Бенни! Ты начинаешь усваивать науку! — проговорил Мо'амба и умолк.
— Подожди! Что ты сказал? — мысленно крикнул Бен, ожидая увидеть Мо'амбу, но на него смотрели лишь широко открытые глаза Ноб'коби.
— Хари'хути! — повторил туземец и отвернулся.
Мозг Бена лихорадочно работал. У него получилось! В точности так же, как в контакт с ним входил Мо'амба, он сам вошел в мысленный контакт с Ноб'коби. И точно так же, как раньше, в голове у него гудело после соприкосновения с чужим разумом. Но каким образом ему это удалось, да еще с такой легкостью? Раньше с ним не происходило ничего подобного!
В мозгу Бена вновь зазвучал бестелесный голос Мо'амбы:
— Охотники привычны к общению с хари'хути. Их разум подготовлен и легко откликается на мысленный зов. Ваш народ не готов к этому.
«Черт побери! — выругался про себя Бен. — Долго еще этот Вулкан [12] будет потчевать меня своей пещерной эзотерикой? Она не поможет мне добраться до алмазной статуэтки, спрятанной в сейфе Блейкли!»
А затем звук мотора изменился. Гарри сбавлял скорость.
— Что случилось? — крикнул Бен.
12
Вулкан — бог огня и покровитель кузнечного мастерства в древнеримской мифологии, кузница которого находилась в вулкане Этна.
— Подъезжаем к середине пути! — проорал в ответ Гарри.
Бен посмотрел на часы. Прошло еще тридцать минут.
— А зачем останавливаться?
— Двигатель должен остыть, а то он скоро начнет плавиться!
Внезапно их «поезд» вырвался из тоннеля и оказался в маленькой пещере размером с гараж на две машины. На противоположной стене виднелось отверстие другой «червоточины».
Бен скатился с саней, со стоном поднялся на ноги и сбросил рюкзак.
— Что это за место? — спросил он.
Гарри стоял в нескольких ярдах от него и делал гимнастику шеи, вращая головой из стороны в сторону.
— Мо'амба сказал мне, что на середине пути есть место, где обычно отдыхают паломники, направляющиеся в Старый Город, чтобы поклониться святыне. Я решил, что это подходящее место для остановки. Разомнем ноги, избавимся от слизняков, а заодно и мотор остынет.
Ноб'коби и два других охотника уже успели слезть с саней и отойти от них как можно дальше, будто это были не пластиковые доски, а свора злобных собак. Они оживленно переговаривались, размахивая руками, и то и дело показывали на сани, поэтому было нетрудно догадаться, о чем идет речь.
Бен подошел к Гарри.
— Как работает мотор?
— Нормально. На сей счет можешь не волноваться.
— А сколько времени ему нужно, чтобы остыть?
Гарри пожал плечами.
— Не знаю. Может, полчаса, может, час.
Бен кивнул, как если бы был удовлетворен ответом, но кулаки его нервно сжимались и разжимались. Он принялся мерить шагами тесную пещеру. Пока они ехали, все было еще не так плохо, а это ожидание оказалось невыносимым.
— Успокойся, — бросил в его сторону Гарри, — все равно, пока мотор не остынет, дальше двигаться нельзя.
— Я понимаю, понимаю… — рассеянно ответил Бен, думая, чем бы занять себя, но в пещере не было ничего, кроме голых каменных стен. Он посмотрел на троицу охотников. — О чем они говорят?
— Ругаются. — Гарри вытащил из ножен алмазный кинжал и принялся вычищать грязь из-под ногтей. — И вспоминают какую-то древнюю легенду о большом исходе, когда их народ переселился из Старого Города туда, где живет сегодня.
— Почему же они ушли оттуда?
— Насколько мне удалось понять, произошло землетрясение, и их пещеру затопило. Многие из них погибли. Судя по всему, там, наверху, есть какое-то священное место, и Ноб'коби хочет непременно туда попасть. Говорит что-то о древних воинах, которых поглотил потоп. Их головы похоронены в прозрачных камнях. Правда, я не знаю, что это означает.
— Зато я, кажется, знаю. — Бен рассказал своему спутнику про каверну, в которой их команда нашла огромные прозрачные бусины пещерного жемчуга с черепами внутри.
— Ну и ну! — озадаченно поскреб в затылке Гарри и продолжал пересказывать услышанное от охотников. — Короче говоря, после того как они оттуда ушли, пещеру заняли крак'аны и превратили ее в некое подобие дома свиданий. Судя по всему, эти твари жили несколькими стаями и раз в десять лет приходили в большую пещеру, чтобы спариваться.