Пещера
Шрифт:
— Нет, — прошептала Линда, закрыв глаза. — Я застряну еще сильнее и тогда вообще не смогу дышать.
Повисло молчание, которое длилось несколько секунд, а потом Бен выпустил руку Линды, и ее взял кто-то другой. Линда сразу узнала это прикосновение. Это был тот самый человек, который так часто держал ее руку, помогая перебираться через различные препятствия. Ее напарник, Халид.
Египтянин заговорил мягким, ободряющим тоном, словно пытаясь загипнотизировать ее:
— Линда, ты знаешь, что я тебя не подведу. Ты знаешь силу моих рук. Делай так,
Сердце Линды забилось сильнее. Светлячки перед глазами превратились в маленькие созвездия. Она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Тем не менее она заставила себя открыть глаза и сказала:
— Я тебе верю.
— Итак, на счет «три», — проговорил Бен, стоявший позади Халида. — Раз… Два… Три!
Линда выдохнула что было сил. Повинуясь чужому усилию, ее тело рванулось вперед, преодолев десять дюймов, и снова застряло. По ее щекам уже бежали слезы. Здесь она и умрет!
Внезапно ее плечо пронзила боль. Ее снова дернули, да так сильно, что ей показалось, будто рука оторвалась от тела. С громким криком она вылетела из трещины, как пробка из бутылки с шампанским.
Свободна!
— Она в порядке? — спросила Эшли, выскользнув из предательской трещины и заметив, что Халид поддерживает Линду.
— По-моему, да, — кивнул Бен. — Здорово перепугалась, да еще некоторое время у нее будут чертовски болеть плечи, а в остальном…
Он покачал головой.
— Хорошо. Значит, остался только Майклсон. Будьте готовы, как только он появится, мы идем дальше.
— Хэллоуэй был здесь, — послышался голос Виллануэвы. Спецназовец сидел на корточках в нескольких шагах от них и светил фонарем на свой красный от крови палец. Затем он повернулся и посветил дальше по проходу. — След тянется в ту сторону.
Эшли молчала. Мозг ее лихорадочно работал. Значит, Хэллоуэй все еще жив и пытается уйти дальше.
— Всем вооружиться! — приказала она. — Сейчас же!
Позади нее послышался шорох, и из трещины выбрался Майклсон. Пока он продирался через узкий проход, его майка изорвалась в клочья. Эшли знаком велела всем подойти к ней.
— Приготовьтесь, мы выступаем через две минуты. Пусть в руках у каждого будет пистолет или винтовка.
— Может, нам лучше вернуться? — дрожащим голосом спросила Линда.
Ее щеки все еще были мокры от слез. Эшли положила руку ей на плечо.
— Мы слишком далеко зашли, и теперь нам остается только двигаться вперед.
Линда глубоко вздохнула, борясь с собственными страхами, а когда заговорила снова, голос ее звучал уже более уверенно.
— Ты права.
Эшли одобрительно погладила ее по плечу и повернулась к команде.
— Пора отправляться.
Никто не возражал, и вскоре группа двинулась вперед по тоннелю. Первыми шли Бен и Виллануэва, тщательно осматривая каждый ярд пространства.
— Оставайтесь в зоне видимости! — окликнула их Эшли, когда Бен ушел слишком далеко вперед. — Нам нужно держаться плотной группой.
Они дошли до
— Кровавый след тянется туда, — сказал он.
Эшли махнула пистолетом, указывая направление. За каждым новым поворотом тоннеля она ожидала увидеть скорчившееся на полу безжизненное тело Хэллоуэя. С каждым пройденным ярдом она непроизвольно убыстряла шаг.
— Ты наступаешь мне на пятки, женщина! — прошипел Бен. — Если я налечу лбом на скалу, вряд ли это поможет Хэллоуэю!
— Извини, я нечаянно.
— Мы и без того идем настолько быстро, насколько это возможно.
Виллануэва прервал их дискуссию, энергично взмахнув рукой, и указал на следующий поворот тоннеля. Подойдя к нему, Эшли осторожно выглянула из-за угла. Тоннель впереди выходил в просторную пещеру.
— Я думаю, мне лучше пойти одному, — сказал спецназовец. — Погляжу, как там и что.
— Нет! — отрезала Эшли. — Пойдем вместе! Хэллоуэй уже прогулялся в одиночку, и вот что из этого вышло. Больше людей — больше глаз, больше пальцев на спусковых крючках.
— Как угодно, — пожал плечами Виллануэва.
Команда вошла в пещеру одновременно. Лучи света от фонарей были направлены сразу во все стороны и напоминали расходящиеся спицы огромного колеса. Эта каверна напоминала все те, через которые им уже довелось пройти: сверху висят сталактиты, снизу торчат сталагмиты. Но было здесь и нечто новое.
Эшли смахнула с ресниц снежинку.
— Черт! Здесь идет снег!
И правда, посверкивая в свете фонарей, сверху падали маленькие белые хлопья. Линда подставила ладонь, и вскоре она стала белой.
— Странно, но они не холодные и не тают.
Бен протиснулся к Эшли.
— Скверно, — сказал он.
— Что?
— Это не снег. Это гипс. — Он направил луч света на огромный сросток гипсовых кристаллов, украшавший своды пещеры наподобие диковинной люстры диаметром в двадцать футов. — Это очень хрупкие и деликатные образования. Тепло человеческого тела может заставить их размягчиться, и тогда они начнут осыпаться. Что, собственно, и происходит сейчас.
Эшли стряхнула «снежинки», словно перхоть, со своих плеч.
— Но я не вижу никакой опасности, — проговорила она.
— Если они осыпаются, значит, недавно здесь было много тепла. Гораздо больше, чем может излучать тело одного раненого «морского котика».
Когда смысл сказанного Беном дошел до сознания Эшли, ее глаза расширились.
— Мы здесь не одни…
По мере того как команда шла по пещере, хлопья падали все гуще. Лучи фонарей обшаривали стены, и тени, как испуганные летучие мыши, шарахались от света. Эшли повязала на лицо носовой платок, чтобы хлопья гипса не попадали в рот и нос. Другие последовали ее примеру. Теперь все они походили на банду киношных бандитов, выслеживающих ничего не подозревающую жертву.