Пещерные девы
Шрифт:
В понедельник, 26 марта, Кристина, как обычно, опаздывала на совещание. Приоткрыв тяжелую дверь большого банкетного зала в цокольном этаже отеля «Чикаго Мариотт», она тихо, как мышка, шмыгнула внутрь. Тускло освещенный зал был полон агентов, которые сидели и смотрели в экран на стене над подиумом.
Дверь за Кристиной закрылась с громким стуком. Патриция Гастон, новый директор чикагского отделения ФБР, прищурившись, поглядела на Кристину с трибуны и продолжила говорить. В руке у нее была лазерная указка, которой она тыкала в новую схему реорганизации, выведенную на экран.
Кристина поискала себя в лабиринте имен,
Пока новая директриса расхаживала по подиуму, Кристина отметила для себя ее ярко-красный костюм. Гастон показывала презентацию, и ее голос звучал уверенно-монотонно. В презентации были представлены какие-то новые документы, и лазерная указка в руках начальницы зигзагами скользила по ним, показывая, как именно сотрудники будут их заполнять, чтобы затем своевременно передать их руководителям своих подразделений, которые должны будут незамедлительно их подписать и передать дальше. На экране мелькали, сменяя друг друга, формы ежедневных, еженедельных, ежемесячных, квартальных и годовых отчетов. Кристине, как руководителю отдела судебно-медицинской экспертизы, тоже предстояло окунуться в этот административный водоворот.
Она в ужасе помотала головой. Ежедневные отчеты? А работать когда? Но новый директор отделения – это та самая новая метла, которая по-новому метет, а значит, ей, Кристине, как и всем остальным, придется приложить максимум усилий, и она постарается. «Первое впечатление самое яркое» – как однажды сказала Кристине мать, наглаживая бледно-голубую плиссированную блузку дочери для ее первого дня в восьмом классе школы Святой Агнессы в Детройте. Йорца Прюсик хотела, чтобы ее дочь выглядела наилучшим образом. «Говори «да, мэм», когда к тебе обращаются, и обязательно улыбайся. И держи рот на замке, пока тебя не спросят. Слышишь меня, Кристина?»
Так Кристина усвоила простое правило: говорить «да», улыбаться и вежливо отвечать на вопросы. К сожалению, соблюдение правил никогда не было ее сильной стороной.
Пока Гастон бубнила, Кристина просматривала сообщения и почту на своем телефоне. Вдруг он завибрировал. Это был входящий звонок, которого она ждала, от доктора Эрни Хансена, судмедэксперта из Карбондейла в Иллинойсе.
Еще раньше она получила от полиции Иллинойса сообщение о том, что в южных дебрях штата, на берегу речки Литтл Мадди, в отдаленном секторе национального заповедника Шони, нашли мертвое тело пропавшей студентки Технического колледжа Линкольна. Хансен позвонил тогда Кристине по
2
См. роман Л. Деверо Ричардса «Каменные человечки».
Кристина выскользнула из зала, чтобы ответить на звонок в холле. Там она подтвердила, что встретится с судебно-медицинским экспертом на следующий день в его офисе в Карбондейле, небольшом городке с населением 26 000 человек, расположенном в нижней части штата, недалеко от слияния рек Миссисипи и Огайо. Ей показалось необычным, что Хансен звонит в ФБР в такую рань; но даже по телефону она улавливала в голосе доктора явное беспокойство и растерянность. Что бы ни стало причиной смерти студентки, судмедэксперт явно нуждался в помощи коллеги.
Поговорив с Хансеном, Кристина вернулась в зал. Там уже горел верхний свет, Патриция Гастон жала руки агентам, толпившимся у входа.
К Кристине подошел высокий худощавый мужчина с коротко стриженными темными волосами. Он, кашлянув, сказал:
– Вы, наверное, Кристина Прюсик. – Его голос прозвучал так неуверенно, словно он не смотрел ее фото только что в архиве Бюро в их компьютерной базе.
Кристина протянула ему руку, и они обменялись рукопожатием.
– А вы, наверное, Нед Миранда, – сказала она, вспомнив имя, которое прочитала прямо над своим на экране с презентацией.
Он кивнул и торопливо улыбнулся, оглядываясь на Патрицию Гастон, которая уже шла к ним.
Наблюдая за стройной загорелой женщиной, новой главой отделения Бюро в Чикаго, которая остановилась посередине прохода, чтобы пожать руку другой женщине, Кристина ощутила внезапное беспокойство. Неважно, насколько благонамеренно и добросовестно этот Миранда будет исполнять свои новые обязанности, главное, что этот молодой агент теперь ее, Кристины, новый начальник, в то время как ее саму уже во второй раз отстранили от руководства. Так что вряд ли это хорошая новость для нее.
Миранда представил их, и судебный антрополог протянула руку Гастон, чьи тонкие пальцы едва коснулись ее пальцев. Пожатие вышло неловким, как будто королева снизошла до подданной.
– Нед много рассказывал мне о вас, Кристина. У вас довольно богатая биография. Вы расследовали столько необычных дел.
– Спасибо, директор Гастон, – вежливо ответила Кристина, гадая, что это было – комплимент или насмешка.
– Я попросила Неда выделить для нас время, возможно на текущей неделе, чтобы мы могли обсудить направление работы отдела криминалистики.
Кристина кивнула, как она надеялась, бодро. То, что Гастон выбрала слово «направление», прозвучало как зловещий код, что-то вроде «Пора уже как следует перетрясти эту банду криминалистов».
– Патриция, – сказала Кристина, отодвигая в сторону административные заботы, – я должна довести до вашего сведения важный вопрос. Безотлагательный. Я получила два звонка из штата, от судмедэксперта из Карбондейла, насчет студентки колледжа, которая пропала несколько дней назад. Сегодня ее тело нашли при странных обстоятельствах. Он обратился к нам за помощью.