Пещерные девы
Шрифт:
– Хетчбэк «Фольксваген Гольф», – сказал Макфэрон. – Такую же машину Пайки Артур видел в тот день, когда пропала Наоми Винчестер.
Они вернулись в дом.
– Почему ты стреляла? – спросил Макфэрон, все еще не придя в себя.
Кристина показала на кухонный нож, который лежал на коврике в столовой.
– Надо снять с него отпечатки, Джо.
– Далеко он не уйдет, – сказал Макфэрон. – Дорога здесь только одна, та, по которой мы ехали. Отсюда нет выхода. Кто бы ни был этот мерзавец, пришло время ставить ему мат.
– Ты ничего не забыл, а? – спросила его Кристина. – У него в животе моя пуля девятого калибра.
В тот раз он выбрался из пещеры, просто плывя по течению –
Правда, одного он так и не понял – как ей удалось восстать из мертвых. Он же совсем недавно накачивал кольцо-лягушку свежим ядом и помнил, как игла раз за разом заносила шарик богатой батрахотоксином лягушачьей слизи в крохотный золотой резервуар. Он так предвкушал предсмертные муки этой сучки, но она ухитрилась избежать своей судьбы.
Теперь Трип тяжело дышал, сидя за рулем своего автомобиля, из его бока сочилась кровь. Он зажал рану ладонью и спросил себя, есть ли на свете такое лекарство, которое способно повернуть переключатель в его голове. Может быть, переливание крови поможет? Он взял рулон клейкой ленты, отмотал от него длинный кусок и отгрыз его зубами, потом еще один и заклеил ими дырку в боку – прямо над почкой, надо же, – чтобы остановить кровотечение.
Он почти справился с ней, хотя она и притащила с собой шерифа, как будто это могло что-то изменить. Даже раненый, он все равно умнее их обоих. Он все время был на шаг впереди них. Сучка из ФБР узнала о бабкином доме и его тщательно хранимых дневниках только потому, что он сам этого хотел.
На заправочной станции у моста через реку Огайо в Луисвилл его уже поджидала сменная машина. Она стояла у заправочной колонки, ее мотор работал, а ничего не подозревающий владелец отошел то ли заплатить за бензин, то ли в туалет. Трип на своем черном «Гольфе» подъехал к мусорному контейнеру, возле которого стояли какие-то бочки, заляпанные маслом, морщась от боли, стянул с себя окровавленную рубашку и бросил ее в мусор. Скотч сделал свое дело – не зря астронавты берут его с собой в космос. Застегнув ветровку на «молнию», он обтер кровь с дверной ручки машины, чтобы не привлекать ненужного внимания.
Он готов. Даже потеряв пинту крови, он переиграл их в их же игре. И Трип прыгнул в пустую машину у заправки и укатил.
Макфэрон сначала позвонил местному шерифу и в полицию штата, а потом обыскал гараж и сарай, где нашел старый велосипедный насос – не бог весть что, конечно, но подкачать шины «Эксплорера» сгодится.
Кристина тем временем вернулась в библиотеку, где покачала на петлях одностворчатую дверь, искусно замаскированную под книжный стеллаж, а потом просунула голову в пустоту за ней. Привыкнув к слабому освещению, она разглядела узкую винтовую лестницу и маленькое окошко.
Поднимаясь по тесной лесенке, Кристина обратила внимание на то, как там тепло и душно. Пол в коридоре второго этажа был застлан потертой ковровой дорожкой с повторяющимся орнаментом из павлинов и фруктовых деревьев в переплетении виноградных лоз и каких-то символов, истолковать которые мог бы лишь знаток персидской культуры. Все двери, ведущие в коридор, были закрыты. Скорее всего, это были спальни.
Кристина поднялась на третий этаж. Там стояла уже такая духота, что она вспотела и даже промокнула лоб полой своего пиджака. Потолок в коридоре оказался ниже, чем на двух других этажах, – наверное, из-за крыши. Внимание Кристины привлекла комната в самом конце коридора, точнее, деревянный стул, который
Она оказалась в маленькой угловой спальне с двумя окнами. Из одного окна открывался потрясающий вид на излучину реки Огайо длиной в целую милю или даже больше, на которую выходил задний двор. Другое окно смотрело на разбитую подъездную дорожку и гаражи. Кристина надела защитные перчатки, подняла оконную раму и позвала Макфэрона, обращаясь к открытому гаражному отсеку. Она подождала, но шериф не отзывался. Наверное, обыскивает сарай.
Кристина пощелкала выключателем у двери спальни. Лампочка на потолке не горела. Так вот, значит, зачем здесь стул – его просто не успели убрать. Их приезд отвлек убийцу от того, что он тут делал. Неужели они застали его врасплох? Вряд ли, учитывая его коварство. Кристина заглянула в шкаф, но там не было ничего, не считая пары старых штанов цвета хаки и двух рубашек на пуговицах. На полке за стеклом стояла старинная керамика и какие-то безделушки. Кристина отодвинула стекло и вытащила одну глиняную фигурку – шесть дюймов, пучеглазая, с широкой пастью и высунутым языком. Изначально фигурка была цветной – шероховатая глиняная поверхность еще хранила следы темно-серой и ярко-оранжевой краски. «Похоже, древняя; может, какое-то божество из Мезоамерики», – подумала Кристина и вернула фигурку точно на прежнее место, в кружок, очерченный тонким слоем пыли.
Кровать в комнате заправляли, но небрежно – просто набросили покрывало поверх скомканных простыней. Это опять навело Кристину на мысль о том, что они с Джо могли застать убийцу врасплох. А может, он как раз лежал тут и ждал, когда под окнами заурчит автомобильный двигатель, возвещая об их приезде. Она села в ногах кровати и приподняла покрывало. В его тени на деревянном полу лежало что-то темное. Кристина встала на колени, протянула руку и ощутила под пальцами гладкую обложку. Это оказался дневник, точно такой же, как те, которые она уже видела в библиотеке. На черном корешке белыми чернилами была выведена римская цифра XI – одиннадцатый том. По порядку.
Кристина открыла тетрадь. Новенький переплет хрустнул под ее пальцами. Кристина быстро перелистала хрустящие страницы, но они оказались пустыми, все, кроме первой, которая была склеена со второй, так что ей пришлось повозиться, разделяя их. Хорошо, что у нее был с собой перочинный нож. Буквы на странице были бледно-серыми, словно припорошенными чем-то.
Вниз Кристина неслась со всей скоростью, какую была способна развить на узкой винтовой лесенке. Дневник она сжимала в руке. Промчавшись через гостиную, столовую и кухню, она выскочила на крыльцо.
– Джо! – закричала она и прыгнула с крыльца в сорняки. Не слыша ответа, она распахнула водительскую дверцу «Эксплорера» и жала на клаксон, пока Макфэрон не выскочил из гаража.
– Я только что накачал шины. Что случилось?
– Сколько отсюда до моста на Луисвилл?
– Немного, – ответил он. – Минут пятнадцать-двадцать. А что?
– Поехали. Быстрее! Там моя мать.
Он въехал в главные ворота центра помощи престарелым «Рэндольф Армз» и остановил красный «Таурус», который угнал с заправки – до чего же удобно, что есть на свете простодушные, которые, выходя из машины, любезно оставляют ключи в замке зажигания. У него кружилась голова, но не больше, чем двадцать минут назад, на заправке. Клейкая лента держалась хорошо. Он обошел дом престарелых по парку, чтобы никто из персонала не заметил его бледность и шаткую походку. Большое здание со множеством выступающих крыльев было красиво, оконные карнизы и линию крыши подчеркивали разные украшения, рожденные эпохой, когда на строительство денег не жалели; в 20-е годы так мог выглядеть какой-нибудь санаторий или приют для больных туберкулезом – прямо белый слон среди серого стада.