Пешки Сдвига

Громов Вадим Николаевич

– Нет.
– Книжник мгновенно "потух", и поскакал за чуть замедлившими шаг спутниками, которые явно слышали весь диалог. Но снова - ничего не сказали.

Они прошли ещё несколько стоящих вплотную друг к другу, изрядно тронутых ржавчиной контейнеров, когда Лихо притормозила, углядев в глубине одного из них, что-то подходящее.

– На меня найдётся?
– Она ткнула пальцем на предмет их, несколько затянувшихся поисков.
– Обрадуйте, скажите, что есть. Надоело ходить без толку.

– Посмотрим...
–

Сухопарый торговец, похожий на сомлевшую на солнце рыбину, и внешне, и своими безобразно неторопливыми движениями, поднялся с перевёрнутого железного ведра, на котором он восседал, ожидая желающий поменять одно на другое.
– Вроде было что-то.

– Тётенька, дай ножик!
– Звонко выкрикнул кто-то, совсем рядом с Лихо. Она вздрогнула от неожиданности, и посмотрела в ту сторону, откуда донёсся крик. Рядом стоял чумазый пацан, лет десяти-двенадцати, одетый кое-как.

– Дать я тебе могу только того, чего тебе в жизнь не унести.
– Лихо повернулась к нему передом.
– Так что, лучше - гуляй.

– Ну, да-а-а-ай!
– Челябинский гаврош, неожиданно вцепился в неё обеими руками. Лихо не успела среагировать, и теперь вынуждена была отрывать вцепившегося в неё с силой капкана, подростка.

От растерянности, она позабыла все приёмы, с помощью которых это можно было сделать за две секунды, и просто отдирала приставалу от пострадавшей куртки, начинающей полностью расползаться на лоскуты. Радуя этим зрелищем всех находящихся неподалёку.

– Дай! Дай! Дай!
– Через несколько мгновений, малорослых гавриков стало человек десять. Скорее всего, сигналом к "набегу" стал крик первого "разведчика". Орава слаженно действующих сорванцов, крутилась возле троицы, хватаясь за что попало, оглушительно вопя во всё горло. Их не пугал даже Шатун, который тоже откровенно растерялся, несмотря на свои феноменальные способности. Трое почти смяли Книжника, дёргая его за куртку, четверо прыгало вокруг громилы. Остальные суетились около Лихо.

– Брысь!
– Громогласно рявкнул опомнившийся Шатун, и всё малолетняя кодла вдруг рассыпалась в разные стороны, растворяясь в лабиринте Перекрёстка. С момента первого контакта с рыночными попрошайками, прошло не более десяти секунд.

– "Гюрзу" упёрли...
– Ошалевшим тоном доложил Книжник, хлопая себя по бокам.
– Во дают...

– Деактиватор!
– Лихо стала восково-бледной, нырнув рукой в карман, где до этого помещалось устройство.
– Твою мать...

Шатун, который утратил обе висящие на поясе "эфки", но сберёг тесаки, рванулся в одну сторону, в другую, пытаясь высмотреть хоть один невысокий силуэт, из которого можно было вытрясти хоть какое-то количество информации. Воришки растворились бесследно.

У Лиха не пропало ничего, кроме деактиватора. Даже "Беретта", которую она прихватила для обмена на одежду: была на месте. И даже "Потрошитель", на которые позарился малолетний

грабитель - тоже покоился в ножнах. Правда, почти наполовину вытащенный. Лихо предпочла бы, чтоб всего этого не было, но деактиватор снова оказался на месте. Увы...

– Не найдёте теперь...
– Чуть растягивая слова, равнодушно оценил их бедственное положение торговец.
– Не вы первые. Никто не находит.

– А где они обретаются?
– У Лихо испарилось всё похмелье.
– Где найти можно? Знаете?!

– Не... Я тут недавно. Куртку брать будете?

– Давайте.
– Лихо отчаянно оглядывалась по сторонам, будто ожидая, что сейчас ей с извинениями и, поклонами - принесут деактиватор.
– Да что же делать-то?

Шатун с Книжником потеряно вертелись на месте, озирая окрестности. Результата не было.

– Обосрались, как безрукий в чистом поле!
– Блондинка, не меряя, схватила протянутую куртку: сунула торговцу "Беретту", и быстрым шагом пошла по направлению к "Горынычу".
– Привыкли в Суровцах жить, в примерном обществе: пожинаем теперь плоды райского существования. Блядь!!!

Сзади что-то вякнул продавец, по поводу проверки оружия, но Лихо на мгновение обернулась, и поглядела на него такими взором, по сравнению с которым - взгляд Медузы Горгоны был не более, чем каким-то нелепым недоразумением, способным превращать в камень, в лучшем случае - собачьи экскременты. Торговец тут же заткнул фонтан, и слинял на своё место.

Алмаз, увидевший стремительно шагающую процессию, и Лихо, разве что самую малость - не дышащую огнём, без малейших признаков абстинентного синдрома, поперхнулся водой из бутылки.

– Что стряслось?

– Деактиватор упёрли.
– Сумрачно заявил Книжник.
– Налетело мелкота какая-то, "Гюрзу" у меня умыкнули....

– Да хрен с ней, с "Гюрзой"!
– Рявкнула блондинка.
– Там три рюкзака этого металлолома! Сука, я сейчас от этого Перекрёстка, начну откусывать крупными кусками, и подавится он, а не я! Прибарахлилась, мать его ети...

– Не получится...
– Шатун озадаченно покачал головой.
– Это тебе не в ангаре у Ашота резвиться.

– Точно.
– Подтвердил Книжник, с некоторым сожалением расставаясь с возможностью заработать себе ещё один шрам на задницу.
– Не выйдет...

– Потрясти кого-нибудь.
– Предложил Алмаз.
– Наверняка ведь знают, кто и что...

– Можно. Но сложно.
– Очкарик снял очки, принявшись протирать их.
– Мы же не кустаря-одиночку за вымя держать собираемся. Здесь - Система. Одного зацепим - остальные, скорее всего - на дыбы встанут. Экономика, это вам не хухры-мухры... Самое плохое даже не в том, что их тут больше, чем нас. А в том, что мы - чужаки. Сами за себя. А они - давно сформировавшийся организм. Явно наловчившийся отторгать всё чужеродное, любыми доступными способами.