Пешки
Шрифт:
— В корпоративных архивах рассказ о ночных охотниках относится к легендам, — Фурри не понимал замешательства командира. — Насколько знаете и вы, и я, сведения у нас весьма скудные. Вот ночные охотники в них — мифические существа, которые раньше опустошали незащищенные деревни. Без крови, трупов и тому подобного. Теперь, кажется, мы знаем их секрет.
— Ага, — согласился кто-то из бойцов.
По глазам резанул сполох. Видимо, горгульи и не собирались сдаваться. Тушку, слишком плотно приблизившуюся к периметру, разрядом откинуло
— А они настырные.
— Завтрак! — прикрикнул на подопечных командир, сам усевшись, видимо, изучать аналитику короткого боя, которую уже сформировала система.
Энн, посмотрев на командира, внутренне скривилась. Властный и обладающий всеми качествами лидера, он общался с подчиненными неприятным, режущим слух голосом. И действительно, почему бы не позавтракать? До времени подъема каких-то полтора часа. Вот-вот ночная темнота должна рассеяться, уступая место предутренним сумеркам.
Глотая приторный коктейль из смеси стимуляторов, сиропа и специфических компонентов, предназначенных для нормальной работы организма на Аспиране, девушка безразлично разглядывала горгулий-смертников, которые до конца так и не поверили, что добыча ушла прямо из-под носа. Лысое, сморщенное лицо, напоминающее человеческое, глаза навыкате, огромный по человеческим меркам рот… а дальше шеи уже начинались метаморфозы: короткая, плотно прилегающая шерсть, когтистые лапы, голые кисти рук, увенчанные длинными, изогнутыми черными когтями, и ноги, по строению напоминающие лапы собаки. Интересные экземпляры, однако.
— Они к утру должны уйти, — Фурри снова подсел к Анне.
И ведь надо же, какой настырный!
— Не настырный, а целеустремленный, — поправил он ее.
— Что?
— Сама же знаешь, о чем подумала, — он обезоруживающе улыбнулся. — У тебя все на лице написано.
— Пф. С чего ты взял, что они уйдут?
— А ты знаешь, откуда у нас вообще сведения об Аспиране?
— Предполагаю, что со станции, которая находится в нескольких десятках километров от нас. И это правильно.
Фурри обрезали на ровном месте. Он-то хотел поделиться своим, как ему казалось, тайным знанием. Однако же, Энн было не так просто впечатлить. Снова впечатлить.
На девушку подобные уловки давно не действовали. Слишком много прошло времени, было достаточно встреч и общения, чтобы в голове составить справочник классификации типов личностей ее окружающих. Некоторые люди были интересны Анне, с другими же после первых же десятков фраз продолжать разговор не представлялось разумным.
— Энн, но ты хоть понимаешь, что мы столкнулись с живой легендой?
Она усмехнулась.
— Все эти замечательные зверюшки подчиняются физическим законам. Смотри, — Анна подошла к границе периметра, где на некотором расстоянии валялась свежеобжаренная тушка. — Они сделаны из точно такого же мяса, как и мы с тобой. Природа наделила их умением гипноза врага, но они похожи
— Иногда ты меня пугаешь, — Фурри сделал шаг назад. — Что с тобой произошло за это время?
— Жизнь, — улыбнулась девушка, затем, решив сменить тематику разговора, спросила. — Ты данные-то о новом виде собирать будешь?
— Для начала стоит отключить защиту…
— А я уже вижу, что летучие у них только самки, — подметила Энн, ткнув пальцем в другую тушку. — Не занимай у группы время, начинай работать уже сейчас.
Фурри хотел возразить, но девушка уже направилась в другую сторону купола. Когда настали предутренние сумерки и лес наполнился серым, мертвенно-бледным светом, горгульи пропали.
Визоры в радиусе ста метров не показывали ничего и никого, чья температура отличалась бы от средней по палате. Воздух, растения.
— Не забываем про змей, — в очередной раз повторил командир.
Группы не стали изменять устоявшемуся порядку. Разве что теперь не было разделения на альфа и бета. Единственный, но, пожалуй, неоспоримый плюс уменьшения численности — это то, что теперь, чтобы двигаться скрытно, нужно было на порядок меньше времени. Завтра днем, скорее всего, они уже увидят стены замка местечкового лорда.
Через два часа после начала движения случился небольшой форс-мажор: ожидаемый мелкий дождь с переменной облачностью обрушился на полутропический лес полноценным ливнем, который вовсе и не думал прекращаться. Когда переход стал требовать больших усилий, которые группа могла бы себе позволить, было решено остановиться в более-менее надежном укрытии. Раскинувшиеся кроны местных баобабов как раз подошли. Лес из лиан, сквозь который следовало продираться, кромсая жесткие стебли, превратился в территорию исполинов. Величие огромных вечнозеленых деревьев подкреплялось тишиной и подозрительным отсутствием жизни. Мягкая, мшистая почва, переплетающиеся где-то в стороне корневища — длинные, неправильные, чуждые. Они напоминали окаменевшие, серо-голубые, бледные щупальца, и это при том, что сами деревья смотрелись достаточно традиционно.
Лагерь разбили без особых трудностей — навес, небольшой обед, да и в общем всё прошло относительно хорошо. Группа успела отдохнуть и набраться сил. Ливень продолжался около шести часов с небольшими перерывами. Потоки воды, скатываясь по небольшим склонам леса, частично впитывались почвой, остатки превращались в небольшие болотца в низинах.
Они почти пришли.
Костюмы позволяли чувствовать себя на порядок комфортнее, чем в обычной одежде, но воздух со стелющейся по земле взвесью, белесый туман и какая-то странная тишина делали свое черное дело. Атмосфера нагнетала чувство тревоги. Общий настрой был где-то на уровне нулевой отметки.