Пески Марса
Шрифт:
– Да, – кивнул Хэдфилд. – Их открыли года два назад. У экватора их довольно много. Им нужно солнце. Ваши – самые северные.
– Чтобы добывать кислород из песка, требуется много энергии, – пояснил Бейнс. – Мы здесь им светом помогаем, ну и экспериментируем понемногу. Пойдемте, увидите, что получается.
Гибсон двинулся вперед, осторожно ступая по узкой тропинке. В сущности, эти растения были не совсем такие, как у него. Вместо пупырышек их испещряли мириады крохотных пор.
– Это очень важно, – сказал Хэдфилд. – Мы вывели
– Понятно… – медленно произнес Гибсон. – Значит, вы предвосхитили мою идею и пошли гораздо дальше. Однако я все равно не понимаю, зачем такая секретность.
– Какая секретность? – спросил Хэдфилд с видом оскорбленной невинности.
– Такая! – не сдался Гибсон. – Сами меня просили никому ничего не говорить.
– Ах это? Скоро будет официальное сообщение, мы просто не хотим преждевременно возбуждать надежды. А вообще-то особой секретности нет.
Гибсон размышлял над этими словами всю обратную дорогу. Хэдфилд сказал ему немало, но все ли? При чем здесь Фобос? Может быть, его подозрения лишены оснований и Фобос никак не связан с лабораторией?
Его так и подмывало спросить Хэдфилда прямо, но он понимал, что только окажется в глупом положении.
Уже появились купола столицы, когда Гибсон заговорил о том, что не давало ему покоя в последнее время.
– «Арес» уходит через три недели, да? – спросил он.
Хэдфилд кивнул. Вопрос был чисто риторический – Гибсон знал ответ не хуже прочих.
– Я все думаю, – продолжал Мартин, – не задержаться ли мне немного.
Ну, до будущего года хотя бы.
– О! – сказал Хэдфилд. В его тоне не было ни радости, ни недовольства, и Гибсон даже обиделся. – А как ваша работа?
– Здесь можно работать не хуже, чем на Земле.
– Надеюсь, вы понимаете, что, если вы останетесь, вам надо будет приобрести полезную профессию. – Хэдфилд криво улыбнулся. – Я хочу сказать, вы должны будете что-то делать для колонии.
Уже лучше; во всяком случае, это значило, что Главный не отказался наотрез. Но в порыве энтузиазма Гибсон не подготовил ответа на такой вопрос.
– Я не собираюсь остаться здесь навсегда, – замялся он. – Я хотел бы немного понаблюдать за марсианами… И потом я не хочу покидать Марс, как раз когда здесь становится интересно.
– Что вы имеете в виду? – быстро спросил Хэдфилд.
– Ну, эти растения… И Седьмой купол… Я хотел бы посмотреть, что из всего этого выйдет в ближайшие месяцы.
Хэдфилд задумчиво взглянул на него. Он удивился меньше, чем думал Гибсон. Такие вещи уже случались. К тому же он подозревал, что это может случиться именно с Гибсоном.
– Энтузиазм – еще не все, – сказал Хэдфилд.
– Я знаю.
– Наш маленький мир держится на двух вещах: на профессиональном умении и тяжелой работе.
– Работы я не боюсь. Я мог бы, например, служить в администрации.
«Очень может быть, – подумал Хэдфилд. – В таких делах главное – ум, а ума у Гибсона хватает. Но здесь этого мало. Лучше не обнадеживать его слишком до разговора с Уиттэкером».
– Вот что, – сказал Хэдфилд, – подайте заявление, а я запрошу Землю. Ответ придет примерно через неделю. Конечно, если они откажут, мы бессильны.
Гибсон знал, как мало Хэдфилд считается с земными распоряжениями, если они не совпадают с его планами, но возражать не стал.
– А если согласятся, все в порядке? – спросил он.
– Тогда я начну думать.
«Что ж, и то хлеб!» – решил Гибсон.
Дверь камеры открылась перед ними, и «блоха» прыгнула в город. В конце концов даже если он поступил опрометчиво, невелика беда. Можно вернуться через год… или через два года…
Он знал, что многие его приятели скажут, прочитав новость:
«Слыхали? Кажется, Марс сделал из него человека! Кто бы мог подумать!»
Ему совсем не хотелось стать наглядным пособием. Даже в самые чувствительные минуты Гибсон не питал склонности к старомодным притчам о том, как ленивый эгоист превращается в полезного члена общества.
Однако, к его величайшему недоумению, что-то удивительно похожее творилось с ним.
Глава 14
– Говорите прямо, Джимми.
– Я думаю, какое безобразие, что Айрин никогда не видела Землю! – сказал Джимми, ковыряясь в синтетическом омлете.
– А вы уверены, что ее туда тянет? Я здесь не слышал о Земле ни одного хорошего слова.
– Тянет, тянет! Я спрашивал.
– Перестаньте крутить, Джимми. Что вы оба задумали? Хотите сбежать на «Аресе»?
Джимми кисло усмехнулся:
– Это мысль! Только очень трудно. А если честно, вы не думаете, что Айрин надо отправиться на Землю? Если она здесь останется, она превратится в… э…
– В деревенскую дурочку?
– Ну, зачем вы так резко?..
– Виноват, не хотел. В сущности, я с вами согласен. Надо бы кому-нибудь поговорить с Хэдфилдом.
– Мы как раз… – заволновался Джимми.
– …хотели меня подговорить? Сказали бы сразу, сэкономили бы уйму времени. Признайтесь мне честно, Джимми, это серьезно?..
Укоризненный взгляд был ему ответом.
– Очень серьезно. Вы и сами знаете. Я хочу на ней жениться, как только ей будет двадцать один, а я смогу зарабатывать на жизнь.
Они помолчали.
– Что ж, могли выбрать хуже, – сказал Гибсон. – Она хорошая девушка. Но сейчас бы я Хэдфилда не трогал. Он очень занят и… В общем, я уже обратился к нему с просьбой.
Джимми вопросительно взглянул на него. Гибсон откашлялся:
– Рано или поздно все узнают, но пока что не говорите никому. Я хочу остаться.