Пьесы
Шрифт:
РИЧАРД (на пороге, снимая шляпу). Леди и джентльмены! Ваш слуга, ваш покорнейший слуга! (С этим откровенно издевательским приветствием он швыряет шляпу Кристи, который подпрыгивает от неожиданности, точно зазевавшийся голкипер, а сам выходит на середину комнаты, останавливается и непринужденно оглядывает все общество.)Какая радость написана на ваших лицах! Как вы все счастливы меня видеть! (Поворачивается к миссис Даджен, и верхняя губа у него зловеще приподнимается, обнажая клыки, когда он встречает ее полный ненависти взгляд.)Что, матушка, как всегда, соблюдаем приличия? Что ж, правильно,
Джудит демонстративно отступает от него в дальний угол кухни, инстинктивно подобрав юбку, словно для того, чтобы уберечься от прикосновения заразы. Дядя Тайтэс спешит выказать ей свое одобрение, бросившись добывать для нее стул.
Как! Дядюшка Уильям! Да мы с вами не видались с тех пор, как вы бросили пить. (Бедный дядя Уильям, сконфуженный, хочет возразить, но Ричард, дружески хлопнув его по плечу, прибавляет.)Ведь вы же бросили, верно? И хорошо сделали, а то уж очень вы усердствовали. (Поворачивает спину дяде Уильяму и направляется к дивану.)А где же наш честный барышник, дядюшка Тайтэс? Дядюшка Тайтэс, покажитесь. (Застигнув Тайтэса в тот момент, когда тот подставляет стул Джудит.)Ну конечно, как всегда, ухаживает за дамами.
ДЯДЯ ТАЙТЭС (негодующе). Стыдитесь, сэр…
РИЧАРД (перебивает его, насильно пожимая ему руку). Стыжусь, стыжусь, но и горжусь тоже – горжусь своим дядюшкой, всеми своими родственниками. (Снова оглядывает присутствующих.)Разве можно смотреть на них и не чувствовать при этом гордости и удовольствия!
Дядя Тайтэс, уничтоженный, возвращается на свое прежнее место.
(Ричард поворачивается к столу.)А, мистер Андерсон! Всё заняты добрыми делами, всё пасете свое стадо. Не давайте им сбиваться с пути, пастор, не давайте им сбиваться с пути. Ага! (Прыжком усаживается на стол и берет в руки графин с вином.)Чокнемся, мистер Андерсон, за доброе старое время.
АНДЕРСОН. Вы, кажется, знаете, мистер Даджен, что я не привык пить до обеда.
РИЧАРД. Со временем привыкнете, пастор. Вот дядюшка Уильям – так тот даже до завтрака пьет. Верьте мне: от этого ваши проповеди только станут елейнее. (Нюхает вино и корчит гримасу.)Только не советую начинать с хереса моей матушки. Я его раз отведал тайком, когда мне было лет шесть, и с тех самых пор отличаюсь умеренностью. (Ставит графин на место и меняет тему.)Так я слыхал, вы женились, пастор? И говорят, ваша жена гораздо красивее, чем подобает доброй христианке.
АНДЕРСОН (спокойно указывает на Джудит).Сэр, моя жена перед вами.
Джудит встает и застывает в позе несокрушимой добродетели.
РИЧАРД (спрыгивает со стола, повинуясь инстинктивному чувству приличия). Ваш слуга, сударыня. Не обижайтесь на меня. (Внимательно смотрит на нее.)Что ж, вы заслуживаете своей славы, но, к сожалению, по вашему лицу видно, что вы добродетельная женщина.
Джудит явно шокирована и опускается на свое место под возмущенно-сочувственный ропот всей родни. Андерсон, который достаточно умен, чтобы понять, что подобные изъявления неудовольствия только забавляют и раззадоривают человека, задавшегося целью злить окружающих, сохраняет все свое благодушие.
Но все равно, пастор, я вас теперь уважаю больше
ДЯДЯ ТАЙТЭС. У него был только один внебрачный ребенок, сэр.
РИЧАРД. Только один! По-вашему, это пустяки? Я краснею за вас, дядюшка Тайтэс.
АНДЕРСОН. Мистер Даджен, вы находитесь в присутствии вашей матери, удрученной горем.
РИЧАРД. Я весьма растроган ее горем, пастор. А кстати, куда девался этот внебрачный ребенок?
АНДЕРСОН (указывая на Эсси).Перед вами, сэр, и слушает ваши речи.
РИЧАРД (от неожиданности бросив паясничать). Как! Какого же черта вы мне об этом не сказали раньше? Дети довольно видели горя в этом доме и без того, чтобы… (Мучимый угрызениями совести, бросается к Эсси.)Послушай, сестренка! Ты не сердись на меня, я не хотел тебя огорчить.
Эсси поднимает на него взгляд, полный благодарности.
(Выражение ее лица и следы слез на нем глубоко трогают Ричарда, и он кричит в бурном порыве гнева.)Кто заставил ее плакать?.. Кто обидел ее? Клянусь богом…
МИССИС ДАДЖЕН (встает и наступает на него).Придержи свой язык, богохульник. С меня довольно. Прочь из моего дома!
РИЧАРД. А почему вы знаете, что дом ваш? Ведь завещание еще не прочитано.
Мгновение они смотрят друг другу в глаза с непримиримой ненавистью, потом миссис Даджен, побежденная, тяжело опускается на место. Ричард решительным шагом проходит мимо Андерсона к окну и берется рукой за резную спинку стоящего там стула.
Леди и джентльмены! Приветствую вас, как старший сын своего покойного отца и недостойный глава этого дома. С вашего разрешения, мистер Андерсон, с вашего разрешения, адвокат Хоукинс. Место главы семейства – во главе стола. (Ставит стул с резной спинкой к столу, между священником и стряпчим, садится и тоном председателя обращается ко всем присутствующим.)Мы собрались здесь сегодня по прискорбному поводу: в семье скончался отец; дядя повешен и, должно быть, угодил в преисподнюю. (Сокрушенно качает головой.)
Родственники цепенеют от ужаса.
Вот, вот, так и надо; стройте самые постные мины (взгляд его падает на Эсси, и тотчас же голос теплеет и тон становится серьезнее), только бы у девочки в глазах светилась надежда. (Живо.)Ну, адвокат Хоукинс, к делу, к делу! Читайте завещание, друг.
ТАЙТЭС. Мистер Хоукинс, не позволяйте приказывать вам и понукать вас.
ХОУКИНС (любезно и предупредительно). Я уверен, что мистер Даджен не имел в виду ничего обидного. Я вас и секунды не задержу, мистер Даджен. Вот только надену очки… (Шарит по карманам.)
Даджены переглядываются в предчувствии недоброго.
РИЧАРД. Ага! Они заметили вашу вежливость, мистер Хоукинс. Они готовы к самому худшему. Стакан вина, покуда вы не начали, – это прочистит вам горло. (Наливает стакан и подает ему, потом берет другой и наливает себе.)
ХОУКИНС. Благодарю вас, мистер Даджен. Ваше здоровье, сэр!
РИЧАРД. И ваше, сэр! (Он уже поднес стакан к губам, но вдруг спохватывается, недоверчиво косится на вино и говорит с ударением.)Не будет ли кто-нибудь так добр дать мне стакан воды?