Пьесы
Шрифт:
РАДКА. Осторожно.
ОТЕЦ. Я буду очень осторожен… очень…
РАДКА. Вот так.
ОТЕЦ. Тебе хорошо?
РАДКА. Да.
ОТЕЦ. Погладь меня.
РАДКА. Нет.
ОТЕЦ. Почему… Что тут страшного?
СЫН (стоит в дверях и смотрит на них, делает несколько шагов вперед. РАДКА замечает его, ОТЕЦ — нет). Что
СЫН. Доброе утро. Хорошо спал?
ОТЕЦ. Не особо.
СЫН. Да?
ОТЕЦ. Никак не мог заснуть. Ты уже пил кофе?
СЫН. Выпью позже.
ОТЕЦ. Она ушла?
СЫН. Ночью… Она ушла еще ночью.
ОТЕЦ. Вот, значит, как… А я не слышал. (Пауза.) И куда же она пошла?
СЫН. Не знаю.
ОТЕЦ. Ты ее выгнал?
СЫН. Нет.
ОТЕЦ. Что она сказала?
СЫН. Ничего.
ОТЕЦ. Нам нужно поговорить.
СЫН. Нет.
ОТЕЦ. А я хочу поговорить.
СЫН. Я сказал, нет.
ОТЕЦ. Послушай… я должен тебе объяснить. (Пауза.) Не держи все в себе — откройся мне, хотя бы раз.
СЫН. Я сам знаю, что мне надо. Мне нужно от тебя освободиться… И все.
ОТЕЦ. Так, значит, я должен уехать? Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы мы больше не встречались?
СЫН. Ты вещи уже собрал?
ОТЕЦ. Конечно нет… Я же только что проснулся. Когда бы я успел собрать вещи?
СЫН. Тогда не собирай. Не надо.
ОТЕЦ. Почему? Ты что, опять передумал? Уже не хочешь, чтобы я уезжал?
СЫН. Нет, не хочу.
ОТЕЦ. У тебя семь пятниц на неделе, за тобой не угонишься. И с настроением то же самое… Бывает, ты вроде доволен, вроде бы радуешься, что я приехал, — и тут же раздражаешься, стоит мне что-то сделать… Послушай…
СЫН. Что?
ОТЕЦ. Я сожалею о том, что произошло этой ночью… Не знаю, что на меня нашло… Правда… Я бы не смог… Может, это вино… Ты прав, не нужно говорить об этом. По крайней мере сейчас, раз уж я остаюсь… Ты мне веришь?.. Для меня это настоящий урок… Я тебе обещаю! Прости.
СЫН. Ты не должен мне ничего обещать, не надо ничего обещать.
ОТЕЦ.
СЫН. Верю.
ОТЕЦ. Я бы поклялся, но нечем… Мне так стыдно.
СЫН. Перед кем стыдно?
ОТЕЦ. Конечно, перед тобой!
СЫН. Брось. У меня не было к ней никакого чувства.
ОТЕЦ. Неужели?
СЫН. Да.
ОТЕЦ. Мне так не показалось.
СЫН. Ошибаешься. Можешь делать с ней все что хочешь.
ОТЕЦ. И мы будем друзьями?
СЫН. Что?
ОТЕЦ. Мы снова будем друзьями? Давай. Раз и навсегда. Ты же видишь, какой я дряхлый, труха сыплется. Ну что, забыли?
СЫН. Я же сказал: все это не имеет значения.
ОТЕЦ. А что же скажет она?
СЫН. Не знаю…
ОТЕЦ. Так-так… Пожалуй, пойду побреюсь.
СЫН. Давай.
ОТЕЦ. Ну слава богу… Прямо от сердца отлегло! А то я так беспокоился. Думал, ты меня выгонишь… А ты не выгнал. Даже не знаю, как бы я доехал до дома — в моем-то состоянии… (Пауза.) Какие планы на сегодня? Может, займемся чем-нибудь вместе — погуляем, проведаем кого-нибудь… Или ты работаешь?
СЫН. Мы никуда не пойдем.
ОТЕЦ. Может, в кино?
СЫН. Мы никуда не пойдем.
ОТЕЦ. А было бы славно… И полезно — нам обоим… Нужно куда-нибудь выбираться… А то сижу тут взаперти. Мне бы нужно поразмять ноги; если ты пойдешь со мной, мне будет спокойнее: вдруг я упаду, тогда ты мне поможешь.
СЫН. Нет.
ОТЕЦ. Может, все же займемся чем-нибудь вместе?
СЫН. Может.
ОТЕЦ. Есть предложение?
СЫН. Я уже сказал, что собираюсь от тебя освободиться.
ОТЕЦ. Что это значит? Ты и так свободен. Разве нет? Ты всегда жил по-своему и совершенно со мной не считался.
СЫН. Я избавлюсь от тебя.
ОТЕЦ. Да? И как же?
СЫН. Единственным доступным мне способом.
ОТЕЦ. О чем ты? Что ты собираешься делать? Что ты собираешься делать? (Бросается к двери. Она заперта.) Отопри! Немедленно отопри дверь! Слышишь, что я тебе сказал? Молокосос гребаный, что ты делаешь, что ты себе позволяешь — я приказываю тебе отпереть!