Пьесы
Шрифт:
Антонин. А он… едет вместе с вами?
Лидия (смотрит на него с удивлением). Кто он?
Антонин (тихо). Я все понял… Он приедет потом… Поль Астье!..
Лидия. Так вы об этом знаете? Все об этом знают?
Антонин. Вы мне сказали тогда, что любите другого, и я стал доискиваться. Он особенно и не таился. {Резко.) Так вы твердо решили ехать?
Лидия. Твердо.
Антонин. Сегодня?
Лидия. Сегодня.
Антонин.
Лидия. Сейчас.
Антонин (оглядываясь). Вещи уложены?
Лидия (улыбаясь страдальческой улыбкой). Все, что мне нужно, я собрала.
Антонин (помолчав). Вот что! Раз вы едете одна… Хотите, я скажу маме? Она бы поехала с вами. Она все может понять! Ей так много пришлось пережить!
Лидия fcxeojb зубы). Нет, нет, спасибо… Мне никто не нужен.
Антонин. Позвольте мне хотя бы проводить вас на вокзал!
Лидия. Нет, не надо, не провожайте!
Антонин (горячо). Ведь я же ваш друг!
Лидия. Вы такой благородный… такой великодушный!.. Я должна была бы… я бы хотела… но теперь уже слишком поздно. Я прошла мимо своего счастья, не заметив его… Я думала об этом, когда слушала вас. (После некоторого молчания, порывисто.) Да, вы правы, этот человек — злодей. Теперь мне ясно, что он собой представляет. Он воспользовался моей неопытностью, он меня втоптал в грявь, он меня уничтожил. И я все еще люблю его…
Антонин (в сильном волнении). Да, если любишь, то уж… то уж тогда конец. Все видишь, все знаешь, твердишь себе без конца… это… это… как это?..(Рыдает.) И все равно любишь…
Л и д и я (в сильном волнении). Прощайте, друг мой! Я на вас надеюсь!
Антовнн в знак согласия наклоняет голову и быстро уходит.
ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Комната Поля Астье. Направо — полуоткрытая дверь в ванную. Вечер. Лампы и стенные бра зажжены.
Шемино, Стен, потом Л о р т и г. Немая сцена.
Шемино, во фраке и белом галстуке, развалился на диване и при свете бра читает газету. Стен бесшумно переходит из комнаты в ванную и обратно, зажигает спиртовку, смотрит на маленькие часы Людовика XVI, стоящие на камине. В руках у него черный фрак и жилет барина; все это он бережно перекидывает через спинку кресла.
Стен. Патрон запаздывает, господин Шемино. Шемино (поглядев на часы). Да, половина восьмого. А ведь сегодня в Палате не было заседания!
Лортиг (быстро входит; он в вечернем костюме, с программой в руке). Еще не пришел? Стен. Нет.
Л о р т и г (не
Л о р т и г. А, и вы здесь?.. Ну, конечно, Эрше! Это гвоздь вечера. Он будет читать отрывки из своей новой книги.
Шемино. «Два молодых француза нашего времени». Не больно весело!
Л о р т и г. Да уж! Но зато модная тема… Самая что ни на есть модная… Программу иллюстрировали Монтегю и Рошгросс. (Читает.) «Большой благотворительный вечер в доме Падовани в пользу Дома для немых детей…»
Шемино (лежа). Ну?
Лор т и г. Гениальная идея — это я придумал — показать модного романиста, который нигде не бывает. Таким способом мы продали больше пятисот билетов по сорока франков!
Шемино. Сорок франков за то, чтобы посмотреть на романиста!.. Неплохая цена!
Л о р т и г. Не только посмотреть, но и послушать!.. Он будет читать в оранжерее.
Шемино. Вы приглашены на обед?
Лортиг. И на обед и на вечер… А вы?
Шемино. Никуда.
Стен (поправляет лампу). Потому что вы не из Нима. (Уходит.)
Шемино, Лортиг.
Лортиг (придвигает к дивану стульчик и садится на него верхом; вполголоса). Ну, толстый хитрец, говорите, что здесь происходит?
Шемино. Что происходит? Почем я знаю? Я же все узнаю от вас.
Лортиг. Они разорились, все должно было пойти с молотка, а потом вдруг ничего не стали продавать. Разъехались, совсем было собрались разводиться, а сейчас опять медовый месяц. Что подо всем этим кроется? Заметьте, это — вполне законное любопытство.
Шемино. Конечно.
Лортиг. Если происходит раздел хозяйства, то надо выбрать более надежную сторону и примкнуть к ней.
Шемино. Само собой разумеется.
Лортиг. Видимо, патрон замышляет какую-то штуку… Но какую?
Шемино. Но какую?
Лортиг (все время понижая голос). Между нами говоря, я считаю, что в данном случае он сплоховал.
Шемино. Н-ну!..
Лортиг (передразнивая Шемино). Вот вам и «н-ну»! На его месте я бы уже давно так или иначе освободился от этого балласта.
Шемино. Так или иначе?..
Лортиг (смотрит на него недобрым взглядом). Безусловно! (Встает и начинает ходить по комнате.) Но люди вашего поколения, в возрасте от тридцати до сорока, даже самые сильные, завязли в тине предрассудков и угрызений совести. (Закуривает.)