Певчие Ада
Шрифт:
Похоже, для Дмитрия Ивановича это не было сюрпризом: он заметил, что от туши к озерцу ведет странный след — будто проползла по снегу огромная улитка. След обрывался у воды. Само наличие участка свободной ото льда воды у берега было еще одной загадкой.
Дмитрий Иванович распорядился устроить у полыньи засаду. Собственно, засады, как таковой, не было — танк стоял открыто в сотне метров от берега, а в сорока метрах сбоку привязали, предварительно сытно накормив, несколько собак. В танке находились Дмитрий Иванович, Женя и сам Мартынов. Погода выдалась ясная и безветренная. Над открытой водой клубился пар, принимая образы таинственные и пугающие.
В
Но тут собаки проснулись и не залаяли — заскулили жалобно и громко, словно малые дети в ночи заплакали.
В тумане забегали огоньки, разноцветные, неяркие. Собаки начали рваться с привязи — и внезапно стихли, лишь изредка повизгивая тоненькими голосами.
Изрядно замерзший Мартынов почувствовал, что его обволакивает тепло и клонит в сон. Усилием воли он постарался отогнать истому.
Огоньки приближались. Когда от них до собак оставалось шагов пятнадцать, по приказу Дмитрия Ивановича Женя выстрелил из орудия, а сам Дмитрий Иванович открыл ураганный пулеметный огонь. Мартынов лихорадочно пытался завести двигатель, тот, остывший, долго не отзывался. Наконец, танк тронулся, и Мартынов направил его прямо на огоньки — на то, что от них осталось. И пули, и снаряды угодили точно в цель, да и невозможно было промахнуться: Женя служил прежде в артиллерии, а Дмитрий Иванович воевал в гражданскую.
Покинув танк, они осторожно подошли к копошащейся на земле студенистой массе, по которой пробегали угасающие огоньки. Сильно пахло аммиаком.
Дмитрий Иванович сказал, что перед ними — полярный живоглот или ледяной сфинкс, гигантское амебоподобное существо, которое живет в пресноводных озерах Заполярья. Оно обладает гипнотической силой и способно подманивать добычу на расстоянии многих и многих сотен метров. Несколько полярников с предыдущей экспедиции бесследно пропали. Обычные револьверные или даже винтовочные пули бессильны нанести вред чудовищу. Потому Дмитрий Иванович и затребовал танк, надеясь как на огневую мощь, так и на стальную броню, экранирующую гипнотическое излучение живоглота.
Существо это по счастью, встречается очень редко, и до сих пор большинство не верит, что оно существует на самом деле, считая рассказы о нем байками полярников.
Вампир катакомб
Георге Попеску услышал о вампире в свой первый одесский день. Денщик Ионел, ходивший на Привоз, принес оттуда помимо курицы и вермишели (брали леи плохо, но лучше, чем остмарки) слухи о таинственном ночном убийце, похищавшем людей прямо с улиц. Их трупы, совершенно обескровленные, находили потом рядом с катакомбами, а, случалось, не находили вовсе. За последний месяц пропало около двадцати человек — и румын, и немцев, и местных полицейских. Сколько пропало гражданских одесситов, никто не считал, но, говорят, тоже изрядно.
Болтовне Ионела капитан не поверил. В комендатуре его предупредили, что не следует без крайней необходимости ходить по ночной Одессе, но причину назвали прозаическую — партизаны. Разубеждать денщика не стал — пусть лучше вечерами сидит дома, следит за порядком, а не шастает в поисках местных красоток.
На следующий день, получив новое назначение, Попеску уже не знал, смеяться
Сигуранца, румынская сестра гестапо, среди офицеров популярностью не пользовалась, но Попеску выбирать не приходилось. К тому же он все равно оставался за штатом, и таким образом чести не терял. Сигуранце потребовался ученый — медиевист, и она нашла выздоравливающего после ранения пехотного капитана, до войны преподававшего историю в бухарестском лицее. Нашла и вызвала в Одессу. Впрочем, это лучше, чем возвращение на фронт.
Спустя три дня он уже не был в этом уверен. На фронте все ясно — рядом свои, напротив враг, здесь же враг был неведом.
Но само существование врага сомнения не вызывало. Попеску пришлось осматривать новые жертвы — двух полицейских из местного населения. Обоих нашли мертвыми у входа в Аид — так прозвали одну из катакомб почти в самом центре города. На вскрытии определили, что причиной смерти явилась колоссальная кровопотеря — они потеряли практически всю кровь. Но на месте находки следов крови не нашли, не обнаружили крови и на обмундировании, а, главное, не было никаких ран и на самих телах! Особо тщательно рассматривали шею — легендарные вампиры обыкновенно пьют кровь из яремной вены, но и на шее не отыскали никаких проникающих ран. Единственное, что обращало на себя внимание — это множественная сыпь, подобно той, что бывает при краснухе. Узелки розово-синюшного цвета размером с булавочную головку покрывали большую часть тела каждого полицейского. Подобную сыпь находили и у других жертв, но врач-инфекционист, по настоянию Попеску привлеченный к аутопсии, затруднялся с диагнозом.
Версию о партизанах, как виновниках гибели людей, пришлось пересмотреть. Если убивали они, то как? Нет, время от времени и партизаны совершали вылазки, но их почерк был прост — пуля, граната или нож.
К тому же — вот еще загадка — при убитых оставались и документы, и деньги, и, главное, оружие. Партизаны его взяли бы непременно.
В сигуранце служили люди, в глубине души остававшиеся суеверными крестьянами, и потому они только утвердились во мнении, что все случившееся — дело вампира, а уж зубами он впивается в жертву, или чем еще — не суть важно. Еще больше людей, не допущенных к расследованию, передавали друг другу леденящие кровь подробности — о двух ранках на шее каждого убитого, об огромном черном нетопыре, якобы неоднократно виденном в лунные одесские ночи, о том, что катакомбы под городом имеют выход чуть ли не в каждый подвал, и потому никто не может чувствовать себя в безопасности даже дома. Серебро стремительно повысилось в цене и стало дороже золота — всяк хотел повесить не шею серебряную цепь, распятие, амулет. Особым шиком считалось иметь обойму серебряных пуль, кому же серебро было не по средствам, наполняли фляги святою водой и жевали чеснок.
Полковник Садовяну, заместитель одесского управления сигуранцы, прямо спросил Попеску, насколько обоснованы слухи о вампире и что, по мнению науки, следует предпринять в данном случае.
Капитан доложил, что пока делать выводы рано. Не исключено, что в городе эпидемия неизвестной болезни, противник мог применить особое бактериологическое оружие. Другая версия — яд, солдат могли отравить в расплодившихся в последнее время кабаках. И, наконец, возможно, орудовал маньяк.
Следует ли понимать капитана Попеску так, что он начисто отвергает существование вампира, осведомился Садовяну.