Пилот
Шрифт:
– Перестарался маненько! – радостно, будто исполнив самую заветную мечту, захохотал абордажник и кинулся внутрь. Колычев с Кимом тут же последовали за ним.
Внутри было темно от поднятой пыли, и непрерывно гремели выстрелы. Оглушенные японцы пытались отстреливаться, но дядька Игнат, хотя и не был одаренным, умел бить на звук и вспышки выстрелов, хладнокровно целясь чуть правее и выше. Витька тоже дал пару коротких очередей куда-то в сторону стрелявших и обернулся к товарищу, чтобы спросить, что делать, однако того не оказалось рядом.
Едва оказавшись внутри помещения, не нуждающийся в освещении Март скользнул вдоль стены, старясь не угодить под шальную пулю. Враги были совсем рядом, протяни руку – и можно схватить любого за шиворот. Деловито щелкая затворами винтовок, они то и дело высовывались из-за парапета, посылая пулю за пулей в сторону нападавших. Вахрамеев, заняв удобную позицию и укрывшись за массивной бетонной опорой, в ответ давил их автоматическим огнем, заставляя пригибаться и прятаться.
Пора было вступать в игру, и Колычев двумя точными уколами поразил скрючившихся японских моряков, разом достав до сердца. Кровожадный гунто с удовлетворением воспринял подношение, мгновенно выпив жизни из своих жертв.
«Однако, где же эти чертовы шиноби?» – подумал Март, отметив про себя, что убитые им японцы в простой матросской форме.
В этот момент один из них с душераздирающим криком прыгнул прямо на него, стараясь достать своим коротким клинком. От первого удара Колычев с большим трудом увернулся, второй отбил и тут же ловко чиркнул острием по груди своего противника. Однако тот, не обращая внимания на хлынувшую ручьем кровь, продолжал напирать как бешеный, пока, наконец, его движения не стали вялыми и заторможенными. И только глаза с расширенными черными зрачками продолжали яростно сверкать в окружавшей их тьме.
«Да они же обдолбанные как бобики!» – мелькнула в голове мысль, прежде чем на него навалились еще два врага.
На сей раз Колычев не стал испытывать судьбу и, резко отскочив назад, перекинул гунто в левую руку, а правой взялся за пистолет. Загремели выстрелы, и тяжелые девятимиллиметровые пули понаделали непредусмотренных природой отверстий в телах ниндзя. Причем, если входящие были еще более или менее аккуратными, то с обратной стороны они выходили, вырывая целые клочья плоти и крови.
Тем не менее умирающие японцы продолжали атаковать, пока силы окончательно не оставили их.
– Будто зомби, ей-богу, – вздохнул Март, сунув ставший бесполезным «хай-пауэр» в кобуру. – А где еще двое?
Как оказалось, остальные «воины ночи» выбрали объектами для атаки Витьку и Игната. Однако юный кореец, несмотря на очевидную слабость своего дара, сумел-таки войти в «сферу» и обнаружил шиноби еще на подходе. Несмотря на то что ППК-41 был, по сути, предсерийным образцом, отработал он на славу, и до Кима враг добрался нафаршированный под самую завязку свинцом, после чего свалился у ног своего убийцы и затих.
Иначе получилось с Вахрамеевым.
Первый же удар должен был стать смертельным, однако в последний момент старый вояка сумел увернуться и подставить вместо себя ствольную коробку американского автомата. Жалобно звякнул треснувший пополам клинок, и оба противника остались безоружными. Впрочем, у Вахрамеева имелся еще и приклад, которым он отоварил прыткого японца по голове.
Тот, в свою очередь, уклонился и попытался ответить классическим маваши-гири. Игнат в ответ схватил его за ногу, и, в конце концов, противники сцепились в отчаянной схватке, пытаясь друг друга придушить.
– Дяденька Игнат, вам помочь? – склонился над ними только что управившийся со своим врагом Витька, включая небольшой фонарик.
– Болтаешь много! – прохрипел в ответ могучий абордажник, продолжая сжимать натруженные ладони на шее верткого и совершенно невменяемого японца, который словно и не чуял боли. – Бей давай!
Засуетившийся Ким сначала хотел пустить в дело свой автомат, но затем пожалел экспериментальный образец и, отложив его в сторону, подхватил за ствол валяющийся рядом «томпсон».
– Хех, – выдохнул Витька, опуская приклад на затылок не в меру шустрого сына Страны восходящего солнца.
Не ожидавший подобной подлости противник сразу же поник, и едва дышащий Вахрамеев смог выбраться из-под него.
– Вот паскуда, – сплюнул старый вояка и сноровисто скрутил руки и ноги обездвиженного врага, – чуть Богу душу не отдал из-за него!
– Вы думаете, он живой? – недоверчиво поинтересовался Ким.
– Хрен его знает, но вроде дышит!
– А Мартемьян где?
– Слушай, парень, кто из нас одаренный: ты или я?
– Я, – шмыгнул носом Виктор. – Но резерв кончился…
– Беда за бедой, – покачал головой дядька Игнат, – купили быка, а он… не такой!
Пока они сражались, Март сумел-таки добраться до столь заинтересовавшего его таинственного корабля и теперь застыл в полном недоумении, ибо он оказался не чем иным, как… подводной лодкой! Причем летающей… Аура явно показывала наличие ГДК, причем классом не ниже «В», хотя для таких размеров за глаза хватало «С» или даже «D».
– И на хрена попу гармонь? – покачал головой потрясенный Колычев.
Впрочем, техническому оксюморону было наплевать на недоумение пилота. Движки внутри него продолжали работать, передавая едва слышную вибрацию на корпус, а сам он хранил презрительное молчание.
Поднявшись по приставленному к борту трапу, Март поднялся на верхнюю палубу и подошел к невысокой рубке, огражденной с бортов поручнями. Дверь оказалась открыта, но заходить внутрь отчего-то не хотелось. Кроме того, ясно чувствовалось присутствие того самого одаренного.