Пионер.Прощай СССР

Ларин Павел

— А вы кто такие? — раздался вдруг громкий голос позади нас. — Что вы тут забыли?

Смотртм, а в нескольких метрах от кухни стоит старый дед с велосипедом. В таких же старых сандалиях, штанах и в майке, которая на вид старее всего, вместе взятого, и с недоверием рассматривает нас. Я хотел сказать, что мы тимуровцы и пришли делать добрые дела, но во всём виде деда читались явная враждебность и полное отсутствие понятия о добрых делах. Да и Дашка меня опередила:

— А вы что это тут шкодничаете? — Спросила она.

Дед немного растерялся, и мы, воспользовавшись

этим моментом, решили бежать. Просто я вот точно чувствовал, что в этот раз добрые дела не сложатся. Но дед оказался проворным и встал на нашем пути, разведя руки в стороны, как будто собирался нас всех обнять. Словно старых добрых знакомых. А это явно не соответствовало действительности и его злому лицу. Тут сестрицу твою совсем понесло.

— Я вас в милицию сдам! — крикнула Дашка, чем немного удивила деда, но не усыпила его бдительности.

— Я вас щас сам в милицию сдам, шпана малолетняя! — Это дед нам в ответ, значит, крикнул.

Спас всех Антона. Не знаю, как он додумался, но нашел единственное правильное решение. Схватил кирпич, там, на дорожке валялся, и запустил его в самогонный аппарат. Раздалось какое-то бряканье и другие посторонние звуки, явно прервавшие процесс самогоноварения. После этого акта вандализма дед определенно потерял бдительность и, схватившись руками за голову, упустил ситуацию. Он даже не пытался нас поймать, когда мы пролетели мимо него на выход.

Бежали мы, не останавливаясь, долго, пока не решили, что погони за нами нет. Остановились возле очередного двора, повалились на траву, пытаясь отдышаться.

— Может, на море? — предложил я. — Ну его,этот флаг.

И, представляешь, сестра твоя согласилась…

Мишин замолчал. Переводил дыхание. Ему тяжело давалось и быстро идти, и говорить одновременно.

— Слушай, очень благодарен тебе за столь подробный рассказ. Но хотелось бы уже к делу. — Я окончательно начал терять терпение.

— А Богомол где был? — Спросила вдруг Фокина.

— Богомол…Черт…– Мишин остановился и растерянно посмотрел на нас с Машей. — Так мы еще и Богомола потеряли, выходит…

— Да где?! — Я прямо чувствовал, сейчас взорвусь. Теперь в комплекте неадекватный пропал. Класс! Двое детей в неизвестность канули. Скоро не то, что мы, скоро, похоже, все поедут по домам.

— Да на море! Богомол сначала нас у двора ждал. Жука какого-то нашел и разглядывал. А потом всеми мы пошли на пляж. А Дашка говорит, давайте в «Белое солнце пустыни» играть. Закопайте меня, как Саида. Ну, мы ее закопали. А она говорит, пить хочу. Лимонада. Мы с Антохой по карманам полазили, у него деньги нашлись. И побежали лимонад ей покупать. Только подошли к автомату, смотрим, Селедка чешет. Головой вертит. По сторонам оглядывается. Нас заметила и говорит, вот вы где! В общем, она за нами, оказывается, от самого лагеря следила. Ну, мы ее с собой взяли. А потом обратно пошли возвращаться и все. Не смогли найти место.

— Какое место? — Я удивлённо уставился на Мишина.

— Какое-какое? Куда мы Дашку закопали и где Богомола оставили. — Вася чуть не плакал. — Весь пляж оббегали.

—

Вот вы придурки! — С чувством высказался я и ускорившись, рванул вперед.

Глава 7

— Это все Селедка виновата. Это она, да! Отвлекла нас своими расспросами. А чего? А зачем? А почему? Во всем виновата, в общем, она. Так и скажем взрослым. — безапелляционно заявил Мишин и, повернувшись, ткнул пальцем девчонке в лицо.

— Какая я тебе Селедка! — Тупикина прямо на ходу ухитрилась лягнуть Толстяка в колено, а потом ещё до кучи звонко шлепнула ладонью по Васиной руке. — И чего это я виновата?!Вы, придурки, ребенка в песок закопали. Зачем? Кто просил!? Додумались…

— Играли в «Белое солнце пустыни», говорили ведь. — Мрачно ответил Ряскин.– Дашка так захотела.

Мы уже битый час лазили по пляжу в поисках того места, где эти двое оставили сестру Ванечкина. Не было ни самой сестры Ванечкина, ни намека хоть на какое-то ее присутствие.

— Место…приблизительно…Вспомните…– Я вздохнул и вытер потное лицо ладонью.

Солнце жарило нещадно. Не самое лучшее время для физических упражнений. Люди загорали, купались и радовались жизни. Только мы, как пять идиотов, взрывая песок пятками, нарезали круги по территории пляжного отдыха.

— Да вроде «грибок» там был…– Мишин посмотрел в сторону одной из названных им конструкций. Причём, даже если это так, легче не стало. Потому что «грибков» на пляже — просто до хренища.

— Не было там «грибка» — Еще более мрачно высказался Антон. — Там было много песка. Горка рядом целая. Кто-то из детей, наверное, нарыл.

— Да ладно…– Я развёл руками и покрутил головой. — Посмотри, это же офигенный знак. Песок… Аааа…. Нет. Ни черта не знак…Тут же везде –море песка!!!

— Ну, чего орать-то… — Ряскин обиженно надулся.– Я пытаюсь помочь, между прочим. Псих…

В этот момент мое внимание привлекла женщина весьма серьёзных габаритов. Наверное, они меня в первую очередь и «зацепили», эти габариты. Чисто ассоциации определенные возникли. Тётка чем-то неуловимо напоминала Бегемота. В данном случае, не только нашего воспитателя, но и настоящего, живого гиппопотама. Впрочем, отчего же неуловимо? Конкретно весом и напоминала. Весом, количеством складок, низким басовитым голосом. Учитывая, что Нина Васильевна вызывает у меня не самые лучшие воспоминания, связанные с различными эпизодами нашей лагерной жизни, я на тётке потому и заострил внимание. Сейчас ситуация тоже была не ахтец.

Моя богатая фантазия вдруг в одну секунду нарисовала ужасную картину. Вот — мы тщетно пытаемся найти Дашку, петляя между отдыхающих. Наверняка за это время кто-то бросил на пустое место покрывало и лёг загорать прям на «Саида». Вполне возможно, это будет именно вот такая тетя. И в этом случае «Саид» не успеет даже пискнуть. Сестре Ванечкина просто мгновенно настанет мандец.

— Ужас какой… — Пробормотал я, уставившись на толстуху.

— Чувствую, нам придется поднимать весь пляж и вызывать милицию с собакой… — Заявила Селедка.