Пипец Котенку! 2
Шрифт:
Правда, оказывается, что в зале уже кто-то занимается. Зайдя, вижу как Бернард и Григорий проводят беспощадный спарринг.
— Ставлю пятьдесят рублей! — кричу. — Кто победит, тому отдам!
— Замётано! — бросив на меня мимолётный взгляд, отвечает Гриха.
В итоге побеждает всё же тренер. Ничего удивительного, в общем-то. Приходится отдать полтинник ему, а Хенрикович и не против.
Разминаюсь, и Порохов проводит спарринг уже со мной. Настоящий, жёсткий, в полный контакт. Григорий готовится к соревнованиям, до которых осталось
А он стал гораздо лучше за время, пока меня не было! Или это я форму потерял? Не занимался ведь, а дрался в основном с помощью магии, если не считать стычки с Тараном. Да и там были духовные доспехи и усиленные маной приёмы, а в спортивном грубе они запрещены.
В общем, Гриха побеждает. А я понимаю, что когда мы дрались в тот раз из-за Сонечки, он действительно бился не в полную силу.
— Если бы не шлем, я б тебя вырубил! — хвастается Порох, тяжело дыша и стягивая перчатки.
— Если бы это была настоящая драка, я бы тебя за две секунды уработал, — ухмыляюсь. — Но как спортсмен ты лучше меня, спорить не буду.
— Оба молодцы, — подходит Бернард. — Ты, Котов, всё равно уникум. За очень короткое время вырос, вполне можешь Порохову конкуренцию составить. А ты, Гришка, не зарывайся. Сколько опасных ударов пропустил!
Тренер и Порох начинают разбирать его ошибки. Собираюсь прощаться с ними и уходить, но Григорий меня тормозит:
— Ты на сегодня ещё останешься? Давай с девчонками вечером погуляем. Соня по тебе соскучилась.
— Уже не ревнуешь? — подмигиваю я. — Погуляем, если успею вернуться. У меня назначена пара важных встреч.
Сначала с людьми Ротанова, который намерен «вывернуть мою душу наизнанку». А потом с Окуневым, который тоже что-то хочет, но менее кровожадное. Если судить по намёкам Маргоши, он вроде как даже намерен чем-то помочь.
Седлаю Эклера, и, как только выезжаю с территории приюта, сразу активирую духовный доспех. Не знаю, где меня поджидают люди Ротанова, лучше быть наготове.
«Люсиль, можешь подсветить людей поблизости? Как тех монстров с макрами».
«Могу. Но маны потребуется много», — отвечает мышка.
Через пару минут моё зрение накрывает полупрозрачная пелена, которая сразу спадает. Благодаря Люсиль я временно получаю способность видеть астральные тела других людей. На расстоянии сотни метров, примерно.
Так что группу из четырёх человек, притаившихся в перелеске, замечаю заранее. Недолго думая, спрыгиваю с коня и создаю двуручный Громовой молот. Сражаться Астральными когтями удобнее, но их нельзя метать, это раз, а молот выглядит эпичнее, это два.
— Выходите, черви! Я знаю, что вы здесь!
Замечаю лежащую в снегу верёвку на дороге. Похитители-неудачники наверняка хотели натянуть её, чтобы мой конь споткнулся и мы оба полетели кубарем. Сволочи! Допустим, я бы не особо пострадал, а вот Эклер мог и ногу сломать.
Враги, похоже, растерялись, и выходить не собираются. Ладно, придётся лезть в сугробы.
Напитываю
Одарённый пытается атаковать меня жалким подобием Астральных когтей. Одиночные мана-лезвия, торчащие из кулаков. Уклоняюсь от его неуверенных выпадов, а следом обрушиваю молот на макушку. Первый удар разносит доспех, второй — череп.
Да, я не собираюсь церемониться. Вы же хотели меня похитить и увезти на пытки? Поэтому не ждите милосердия.
Другая пара стремится на помощь уже мёртвым товарищам. У них такой же расклад, один маг и один чушпан с винтовкой. Он успевает выстрелить и даже попадает мне в грудь, но защита держит. В награду за меткость чушпан получает Громовик на грудь. Правда, от этого его рёбра выворачивает наизнанку.
— Подожди! — восклицает маг, хотя сам держит в обеих руках огненные шары.
— Чего? Последние слова хочешь произнести? — создаю новый молот, но поменьше, одноручный.
— Подожди, говорю! Я — Велимир Ротанов, сын барона. Твою мать, почему ты такой сильный?!
— Каши много ел. Перловой, гречневой, овсяной. Полезно, попробуй. Правда, кому-то придётся тебя кормить, потому что сейчас я переломаю твои руки, — иду вперёд на баронского сынка.
— Да подожди ты! — восклицает он, отступая, и даже гасит огненные шары. — Я ничего тебе не сделаю.
— Ясное дело. Ты просто не сможешь, — киваю на мужика с развороченной грудью. — Скажи спасибо, что не как его тебя разделаю. Вытяни обе руки вперёд, сломаю одним ударом.
— Да твою-то мать… Ты что, не расслышал?! — в истерике орёт Велимир. — Я сын барона! Если тронешь меня, тебе конец! Повесят, суку, вот на этом дереве!
— Слушай, а ты ведь прав. Придётся тебя убить, чтобы никому не рассказал.
Мужчина бледнеет, а потом издаёт яростный вопль и выпускает мощный огненный поток с обеих рук. Приходится резко вспомнить печать Прыжка и подлететь на четыре метра, чтобы меня не задело. Заклятие действительно мощное, духовник мог и не выдержать.
Цепляюсь одной рукой за ветку, как обезьяна. Когда Велимир направляет огонь на меня, спрыгиваю и с печатью Скорости мгновенно оказываюсь рядом. Наношу три мощных, размашистых удара Громовым молотом, чтоб уничтожить доспех. Потом отпускаю молот и провожу комбинацию кулаками по корпусу. Прощупываю печень, селезёнку и напоследок солнечное сплетение.
Велимир падает на снег, задыхаясь. Оборачиваюсь — к счастью, поджечь деревья он не успел, только снег расплавил.
— Вот теперь ты точно ничего мне не сделаешь, — сажусь на корточки и хлопаю баронского сынка по плечу. — Ну-ну, успокойся. Сейчас получится вдохнуть. Наверное. Если я диафрагму тебе не порвал.