Пираньи
Шрифт:
— Слушай, давай обратимся к журналистам, а? — сказал вдруг Дейм. — У меня есть знакомые парни в «Вашингтон пост».
Кларк вздохнул.
— Мы подвергнем риску ни в чем не повинных людей.
Внутренний голос сделал свое дело и умолк. Мысли повернули в иное русло, и Кларк вспомнил свою последнюю встречу с Шарлоттой в Джаспере. Это было четыре месяца назад, зимой.
Обыкновенный греческий ресторанчик рядом с мотелем Джаспера в восьми милях от Джэксонвилла также называли «Джаспером», хотя его хозяин носил греческую фамилию Пасхалидис. Они поехали туда рано утром, поставили
День пролетел незаметно. Голодные и усталые, они вернулись в мотель, пообедали внизу, причем блюда им подавал сам хозяин ресторана Кассиматис Пасхалидис, наговоривший кучу комплиментов Шарлотте, и уединились в комнате для особо почетных гостей на втором этаже. И тут Шарлотта, раскрасневшаяся от прогулки, восхитительно красивая, вдруг стала рассказывать о себе.
Шарлотта приехала в Джэксонвилл с родителями из Нью-Йорка после громкого скандала, связанного с фирмой «ДРГ пластикс». Отец девушки, репортер «Нью-Йорк таймс», француз по национальности, раздобыл материалы, свидетельствовавшие о том, что фирма консервных банок делает эти банки из дешевой пластмассы, отрицательно влияющей на содержимое. Виновником серии отравлений консервами оказалась не фирма «Литтон продакс», производящая начинку, а «ДРГ пластикс». Скандал получил огласку, так как в дело были замешаны высокие чины из госдепартамента, и ретивого репортера убрали подальше, в провинцию, пригрозив пустить в ход машину иммиграционной службы. Но в Джэксонвилле Франсуа Ажен не смог остаться в стороне от политики и социальной несправедливости. Очередное скандальное дело, которое он раскрутил, коснулось мэра и шефа полиции, и в один прекрасный день трупы Ажена и его жены выловили в водах Анджелины.
Шарлотта, без памяти любившая родителей, — ей тогда было девятнадцать лет, — заболела и целый год провела в клинике нервных заболеваний, главврач которой дружил с семьей Ажен. За это время она привязалась к своему спасителю, и уже поговаривали об их свадьбе, как вдруг машина, на которой ехал главврач, разбилась, врезавшись в военный тягач. От потрясения Шарлотта снова слегла в постель, а когда вышла из клиники, это был другой человек, патологически боявшийся малейшей привязанности.
На шоссе послышался шум моторов: шла колонна грузовиков. За ней проследовала моторкада — кортеж легковых машин, сопровождавших роскошный «Кадиллак». И снова все стихло.
— Хорошо бы…
Дейм не закончил. Сзади, на грунтовой дороге, ведущей в карьер, вспыхнули фары и раздался голос, усиленный мегафоном:
— Эй, парни! Сдавайтесь, вы окружены! Выходите по одному.
Кларк мгновенно завел мотор и рванул по дороге вниз, к карьеру. Вслед загремели автоматные очереди, изрешетив багажник и разбив заднее стекло.
Уклон стал круче и на время скрыл их от не слишком расторопных преследователей, полагавших, что птички попали в клетку.
И тут Кларк увидел узкую дорожку, ответвившуюся от дороги влево. Не раздумывая, свернул на нее.
— Держись!..
Машина ударилась правым боком в стену обрыва и встала на два колеса. Кларк наугад
Сзади все еще раздавалась громкая стрельба, и однажды даже грохнул взрыв гранаты.
Дейм засмеялся:
— С кем это они воюют?
«Действительно странно, — подумал Дональд. — Кто это был? Полиция? Почему же она не окружила карьер? И почему напали так поздно? И в кого они до сих пор стреляют?..»
«Дацун» скатился под уклон, продрался сквозь кусты и выбрался на шоссе. Кларк оглянулся. Шоссе было пустынно, однако со стороны Палестайна плыли светляки фар.
— Нам явно кто-то помог, — невнятно проговорил Дейм.
Кларк тоже думал об этом, а еще он подумал, что дорога к Джэксонвиллу может быть перекрыта.
— Приготовься на всякий случай к новой встрече, — сказал он пилоту и дал газ.
Помятый «Дацун» резво устремился на север. До моста через Нечес оставалось две мили, когда на повороте Кларк заметил впереди радарный пост и полицейский пикет. Дорога была перекрыта фургоном «Трансконтиненталь», перед которым скопились машины: две легковые — «Лендровер» и «Роллс-Ройс», пустой тягач-платформа для перевозки морских контейнеров. Поодаль стояли полицейский фургончик и черный «Мерседес» с мигалкой.
Думать было некогда, их заметили, и Кларк решился на трюк, подобный которому он выполнил однажды при спецподготовке к полетам. Тягач-платформа имел сзади пологий пандус для въезда на него погрузчика, и козырек над кабиной, также плавно опускающийся на платформу. Кларк включил фары, разогнал машину и направил ее на пандус.
Дальнейшее произошло в течение трех секунд: удар, второй — и «Дацун» взмыл, как прыгун с трамплина, в воздух, перелетел через легковые автомашины и фургон и, грохнувшись на крышу «Мерседеса», со скрежетом соскользнул с него на шоссе.
Удар был так силен, что Кларк получил настоящий нокдаун, врезавшись головой в потолок кабины. Но ремни выдержали, спасли, а инстинкты работали в нужном направлении, и рука сама переключила скорость, а нога вдавила педаль газа. «Дацун» с разбитыми фарами, виляя колесами, устремился в спасительную темноту…
Когда Дейм очнулся от беспамятства — ему досталось больше, чем Кларку, — машина тихонько катила между шпалерами высокого кустарника по песчаной проселочной дороге.
— Я жив? — слабым голосом спросил пилот.
Дональд молча сунул ему флягу с виски. Дейм дважды отхлебнул, потом вытер подбородок.
— Где мы?
— Подъезжаем к мотелю.
— А полиция?
Кларк промолчал.
Стив снова приложился к фляге. Дональд отобрал у него виски и завинтил пробку.
— Как говорят мудрецы: алкоголь хорошо укрепляет нервную систему, если его не употреблять.
Дейм улыбнулся разбитыми губами, смеяться у него не было сил. В голове трещало и пекло так, словно его мозги поджаривали на сковороде.