Пирос
Шрифт:
Его отряд перебежал на другую сторону улицы и исчез за углами.
Филипп напрягся, глядя на выбранного Флиннстоуном командира. Тот невозмутимо окинул взглядом оставшихся солдат. Их было четверо: принц, о котором отзывались положительно все, кого Хейдан знал; мальчишка Эйрик, новичок с огромными испуганными глазами, сжимающий кулаки так сильно, что вокруг них летали зеленоватые искры; врач Ирэм, которого он видел в действии в прошлую вылазку и который произвёл впечатление неплохого бойца, несмотря на то, что выглядел хило; давно знакомый ему Линкольн Эрзет, улыбающийся с прищуром и держащий автомат наизготовку.
— Пойдём, — скомандовал Хейдан, кивая в сторону.
Они пошли быстро, но осторожно вдоль стены, следя за окнами, за крышами соседних домов, выглядывая из-за углов, прежде чем перебежать от одной стены к другой. Улицы казались пустыми, но, чем ближе они подбирались к центру, тем сильнее ощущалась опасность, тем сильнее нервничал Эйрик и тем чаще тут и там мелькала тёмная форма воинов Райдоса.
«Мы себя не выдаём», — прошептал Хейдан, сверкая умными серыми глазами на Эрзета. Тот сплюнул и кивнул, но автомат не опустил.
Филипп взглянул на свой, и в памяти всплыли слова Гардиана Арта: «Избавьтесь от мечей». Война изменилась, Филипп понял это ещё на острове. Мечи были бессильны против той техники, что ждала их впереди. Они были бесполезны, когда в тебя стреляли, а ты даже не мог понять — откуда. Ближний бой оставался позади, а всё, что Филипп знал и умел, — был ближний бой. Его собственной магии на дальний не хватало, а винтовки… Он до сих пор чувствовал странный, давящий холод от них. Словно они были чем-то противоестественным.
Группа замерла, и Филипп вопросительно посмотрел на Хейдана. Тот приложил палец к губам и беззвучно произнёс: «Они».
«Они» приближались. Шли осторожно, бесшумно, словно ступали по воздуху. Все готовые к атаке, все настороже, окидывали внимательными взглядами углы и подворотни. Было вопросом времени, когда они завернут за этот угол.
Эйрик сполз на землю и прижался к стене, шумно дыша и глядя в небо, его руки тряслись, одна тянулась к реле на поясе. Он был бы счастлив крутануть его и оказаться далеко отсюда. Он был бы счастлив никогда вообще не появляться в этом посёлке, но кто-то сказал, что это его долг… Зачем он послушал? Теперь же приходилось доказывать, что он не предатель и не трус!
Ирэм присел рядом с Эйриком, пытаясь успокоить его пока словами, но уже прикидывал, какое успокоительное уместнее в этой ситуации. Филипп презрительно сморщился при взгляде на Эйрика и посмотрел на разбитое окно у того над головой.
— Отойди, — сказал Филипп и, подтянувшись, заглянул внутрь.
Небольшое пустое, полутёмное помещение с дверным проёмом, за которым виднелся большой зал с колоннами: утопающие в тенях длинные столы, похожие прилавки. Филипп дёрнул ставню, и та, расшатанная, легко поддалась.
— Может, туда, командир?
Хейдан оценивающе посмотрел на окно, затем на целящегося с земли Эрзета и цыкнул ему. Тот не отреагировал. По его лбу стекали капельки пота, камни на автомате мерцали, и палец был готов нажать на спуск.
— Не стреляем, Эрзет, — прошипел Хейдан. — За мной.
Стрелок вскочил на ноги последним и вслед за всеми забрался в окно, кинув недовольный взгляд на улицу, когда осторожно задвигал ставню назад.
Они
— Слишком тихо, — выдохнул Эйрик. Он почти успокоился, но тишина, нарушаемая лишь скрипом шагов, давила ему на нервы.
И словно специально для него мимо просвистел выстрел. Эйрик вскрикнул и, не задумываясь, выпустил в воздух несколько бледно-зелёных шаров. Новые выстрелы посыпались сверху, из темноты.
Они бросились врассыпную, пока их не успели окружить. Врач увлёк на собой мальчишку, Филипп оказался неподалёку от стрелка.
— Неудачное расположение, — выплюнул тот, целясь. Один выстрел в сторону площадок второго этажа — и тело поражённого в голову мужчины камнем рухнуло на пол.
— Что вы имеете в виду? — С выстрелом Филиппу повезло не так сильно, но по следующей атаке он понял, куда метить.
— Эйрик с Ирэмом. Они оба — слабое звено.
Филипп бросил взгляд в сторону, откуда летели бледные шары и золотистые лучи, и, пригнувшись и прячась за столами, побежал к ним. Они находились в уязвимом месте: за ними открывался коридор, а Эрзет был прав: эти двое — испуганный мальчишка и врач — не были так хороши, как меткий Эрзет или опытный Хейдан. Они не были даже так безрассудно уверены в себе, как сам Филипп.
Как он и подозревал, беда появилась из коридора. Их было трое, и один тут же упал с простреленной головой. Эйрик вскрикнул, заметив врагов; его атаки отбивали так, словно это были безобидные детские потуги в настоящую боевую магию. Филипп хотел выстрелить ещё раз, чтобы помочь, но нырнул обратно за витрину — в него полетел яркий луч, пробивающий деревянные стенки укрытия.
Филипп выстрелил вверх, и ответ просвистел прямо над ухом, обжигая. Ещё один выстрел — мимо. Ответный — тоже. Следующий пролетел слева, и сверху упал автомат. Из темноты площадки второго этажа безжизненно свесилась рука. Филипп метнул взгляд в сторону, Эрзет показал ему большой палец и скрылся за столами. Он собирался помочь Хейдану. Тот остался один на противоположной стороне павильона, но отстреливался успешно, поглядывая в сторону лестницы.
Филипп вернулся к загнанным в угол Ирэму и Эйрику. Последний старался поставить щит, но тот мигал, как сумасшедший, не в силах выдержать атаки, и в один момент просто исчез. Как в замедленном действии Филипп видел, как мощная сфера влетает в грудь Ирэму, того отбрасывает, и, сбив ящики витрины, он, бездыханный, валится на бок.
Прежде чем успел полететь удар уже в оцепеневшего Эйрика, двумя перекрёстными выстрелами были убиты оставшиеся двое райдосовцев.
— Керрелл! — выкрикнул Хейдан и кивнул на дверь. Они были к ней так близко!