Писк
Шрифт:
Еще пятнадцать минут спустя в подземелье канализации спустилась третья группа из трех человек. Этим солдатам надлежало пройти в правый туннель, следуя за четверкой, на определенном расстоянии от них, что они, в свою очередь, и сделали. Затем в непроглядную тьму наконец пожаловала и последняя команда из четырех человек. Последние, посягнувшие на враждебную территорию солдаты, достигнув контрольной точки, маяча светом фонарей, закрепленных на оружии, вошли в левый туннель.
Теперь в каждом из направлений следовало по семь вооруженных автоматами человек — опытных солдат, прекрасно знающих свое дело,
Не все военнослужащие спустились на смерть в канализацию, были и те, кому посчастливилось пожить немного подольше менее успешных соратников. В последний момент Прохоров отдал новый приказ: оставшимся двум группам охранять периметр. Он понемногу начал переживать за свою собственную безопасность.
Шестерка военных, замерзая на холоде, к которому добавился назойливый колкий ветер со снегом, непринужденно слонялась вблизи железной пристройки — с торца здания школы. Они не отходили друг от друга дальше, чем на десять шагов. А сам генерал в этот момент отсиживался в теплом салоне военного джипа и при свете, встроенной в потолок лампочки, изучал карту-схему, инстинктивно ища пути для вынужденного отступления. Пара солдат, вечно следовавшая у него за спиной словно хвост, стояли неподвижно у водительской двери, охраняя чрезвычайно ценную личность. Снег безжалостно засыпал их снова и снова — они были похожи на двух искусно слепленных снеговиков.
Тем временем в подземелье все шло своим чередом, строго по расписанию, которое Прохоров индивидуально составил для каждой группы. Благодаря труду своего распорядителя солдаты заведомо знали, где и когда они должны были находиться.
Итак, теперь можно было подвести разумный итог. Горстка людей вторглась туда, куда им вовсе не следовало соваться, а Образец-0011, примчавшись к намеченному месту, терпеливо затаился. Он то, в отличие от всего человечества, хорошо знал свое положение в пищевой цепи — он занимал самую высокую позицию. Следовательно, с этого самого момента борьба за выживание начинается.
Четверо бравых ребят уже в течение тридцати с лишним минут шли по, казалось, бесконечному сточному туннелю канализации. Отвратительный запах не доставлял им больших хлопот: за время воинской службы им вдоволь пришлось натерпеться всевозможных тягот и лишений. Ноги мужчин изрядно промокли, и каждый из них в сердцах проклинал Прохорова за то, что он не потрудился раздобыть для них более подходящую обувь и одежду.
— Черт возьми! — проговорил один из них, глядя на свои ноги. — Когда мы выберемся отсюда, придется здорово постараться, чтобы смыть эту отвратную вонь со своих ног.
Тот, что шел рядом с ним, демонстративно усмехнувшись, парировал:
— Сдается мне, они у тебя и до этого не очень-то хорошо пахли!
Двое солдат, шедших впереди, громко засмеялись, но потом резко умолкли, вспомнив, где они сейчас находятся и что им предстоит сделать.
— Очень смешно! — саркастически подметил притязательный военнослужащий, с дежурной улыбкой посмотрев на соседа. Несмотря на неприятное замечание, он не обиделся на товарища, так как и сам не раз отстегивал в адрес того небезобидные шуточки.
— Вот это да, — удивился один из солдат, шедших впереди, — а это еще
Все четверо встали напротив неаккуратной выбоины, внимательно рассматривая грубые контуры отверстия и пытаясь определить каково же его происхождение. Вдруг это как-то связано с тем, ради чего они все здесь рыщут.
— Что же могло так разрушить стену? — спросил один из солдат, стоявших ближе всех к искусственно созданной пробоине.
Его сосед, хмыкнув, непринужденно отмахнулся:
— Понятно же — что, время и вода!
— Сомневаюсь, — пробубнил крайний справа.
Их взгляды различили ручеек сточных отходов, прежде не увиденный ими.
— Все ясно, — проговорил крайний слева, — это когда-то был сточный слив, хотя теперь не очень-то на него походит.
Военный, стоявший ближе всех к дыре, по-видимому, был самым любопытным из всей четверки. Когда его товарищи собирались пойти дальше, он, свесив автомат с плеча, взял его в руки поудобнее и, согнувшись в три погибели, заглянул внутрь выбоины. Дуло его оружия немного продвинулось вперед, а фонарик, прикрепленный снизу, осветил глубину загадочной скважины.
Он даже не успел удивиться, так быстро это произошло.
Услышав странный звук позади, троица повернулась в сторону своего напарника. Они обнаружили его в полусогнутом положении, а руки солдата почему-то тряслись, словно в предсмертных конвульсиях.
— Что ты там такого увидел? — спросил один из военных.
Не получив никакого ответа, он добавил:
— У нас нет времени на развлечения! Через пять минут мы должны быть у первого примыкающего прохода.
Солдат молча продолжал пристально всматриваться в глубь пробоины.
— Помнишь, ты жаловался на мокрые ноги, так вот, в том туннеле должно быть абсолютно сухо.
Когда из трясущихся рук солдата выпал автомат, тут ребята забеспокоились. Они заметили в поведении давнего друга нечто очень странное. Кроме того, что у него так ужасно мандражировали запястья, так еще вдобавок и левый глаз, видимый ими, абсолютно не моргал.
— Да что с тобой такое, черт возьми?! — недовольно пробурчал один из сослуживцев и сделал один шаг в направлении молчуна.
Совершить следующий шаг он побоялся, увидев, что голова солдата постепенно съезжает с плеч. Военный, с испуганным взглядом на лице, попятился назад, когда голова уже мертвого напарника плюхнулась в воду, а обезглавленное тело, сперва упав на колени, рухнуло набок.
Из темноты к трупу стал кто-то очень медленно приближаться.
Одновременно, со стороны струхнувшей троицы послышался дружный лязг передернувшихся затворов.
В последний раз, когда Образец-0011 стоял перед дулом пистолета, он ощутил ужасную боль. На этот раз подобного не повторится. Выпрыгнув из темноты со скоростью пули, он не дал противнику ни единого шанса даже попытаться защититься от внезапного нападения.
Откусив одному человеку руку, палец которой был на спусковом крючке, он, в мгновение ока оттяпал острыми когтями конечности двум другим. Все произошло так спонтанно, никто не смог бы спастись, окажись в подобной ситуации. Это даже нельзя было назвать бойней, просто хладнокровное убийство и все.