Писк
Шрифт:
— Черт бы его побрал! Бедная женщина, — сказала она вслух сама себе, понимая, как страдает мать, сын которой безжалостный богатый тиран.
Если бы Анна имела чуточку больше терпения, то сэкономила бы много времени, потерянного ею здесь. И пришла бы на работу пораньше — то есть менее поздно. Иванченко, в отличие от нее, уже давно сменил поврежденное колесо и, сидя дома, пил горячий чай.
Старушка, с которой несколько минут назад беседовала Анна, уже была дома и, утерев слезы, выглядывала в окно, занавешенное шелковой розовой
— Милое дитя, — нежно прошептала она, в надежде, что Господь проявит хоть какое-то внимание на ее слова, — Пусть ничто и никто не омрачает твой жизненный путь, а враги и злые люди, пусть плетутся за тобой, а не следуют тебе навстречу.
Приближаясь к исследовательскому заведению, Анна быстро шагала по длинной аллее, молча рассуждая на тему семейных ценностей. В раздумьях она бросила случайный взгляд себе под ноги и четко разглядела, представшие ее взору, следы широкого протектора от машины, вероятно проехавшей тут недавно. В голове женщины засвербела пугающая мысль.
— К черту беспокойство и переживание, — сказала она твердо сама себе. — Если так всего бояться, тогда совсем не стоило просыпаться сегодня утром и вообще никогда!
ГЛАВА 3
Всегда трудно проводить важную презентацию, тем более в одиночку. Не имея под рукой твердое плечо опытного напарника. Точно также думал и Иван, самоотверженно бросив вызов всем своим неуемным страхам. И чем дольше продолжалось его шоу, тем больше он говорил, а значит, чаще повторялся.
Однако слова грузного мужчины, с угрюмым видом внимавшего все тридцать минут словам Ивана, не заставили его отчаяться и разочароваться в себе. А наоборот, позволили поверить в свои способности гораздо больше. Конечно, он помнил, что вся проделанная работа, которой была посвящена презентация, являлась заслугой его напарницы — Анны. Он же, в свою очередь, всего лишь ее помощник и не мог пожинать плоды, предназначавшиеся другому человеку. Но когда важный мистер с грубым голосом и с тяжелым взглядом обращался к Ивану, он не смог отказать ему, ведь рядом вдобавок стоял и его непосредственный начальник — Зимин.
Сегодня Ивану не пришлось долго задерживаться на работе. Уже через час личный автомобиль «Института Г. И.» высадил его в частном аэропорту этой же компании. Младшего сотрудника в одночасье повысили и ненавязчиво обязали лететь в Японию для обмена новым опытом с восточными учеными собратьями. Курс его лежал в город Кусима.
С момента его вылета из России прошло немало времени, но, не смотря на это, он даже не заметил, как преодолел такое большое расстояние и оказался в аэропорту незнакомого японского городка. Иван никогда не бывал в городе Кусима, так же как и в других городах Японии. Он не знал местного языка, но хорошо говорил
Долго шататься, как неприкаянному, по зданию аэропорта ему не пришлось.
Уже на выходе из вестибюля Иван своим озабоченным видом привлек внимание одного из таксистов, прежде патрулирующего в зале ожидания, выискивая очередную жертву в лице иностранца. Японец деловитой и одновременно скромной скорой походкой подпрыгнул к Ивану и, выхватывая чемодан из его рук, принялся настойчиво что-то калякать на своем безумно сложном языке. Так как хватка у русского ученного была крепкая, японец, еще пару раз подергав чемодан Ивана, наконец сдался и слегка утихомирил свои неудержимые приступы бескрайней любезности.
— Что тебе от меня надо? — по-английски прокричал Иван на взбалмошного таксиста, чем и привлек внимание одного японца, стоявшего в углу и державшего в руках картонную табличку, с надписью: «Россия».
Не надо было быть медиумом, чтобы понять, что человек с табличкой хорошо понял прозвучавшие слова. Выбросив свой самодельный баннер в урну, и оттолкнувшись от стены, японец направился к потерянному иностранцу. Когда японец приблизился к Ивану, он жестко оттолкнул надоедливого таксиста и кивком головы указал ему в сторону выхода.
Иван без лишних слов последовал за ним, с расчетом на то, что человек этот знает его и имеет какое-то отношение к медицинской науке. Пока шел следом, русский ученый принялся рассматривать посредственное одеяние личности, ступающей впереди него. Он был одет в светло-синюю джинсовую куртку и такие же штаны, а на голове у него аккуратно сидела кепка, все из того же материала. Чем дольше Иван сверлил взглядом спину японца, тем больше убеждался в том, что эта персона не имеет абсолютно никакого отношения к науке, как к таковой.
— Послушайте, уважаемый, — не выдержав, произнес Иван. — Кто Вы такой и куда мы идем.
Японец, сделав еще пару шагов, остановился напротив ухоженной машины.
Открыв дверь, он предложил Ивану сесть на пассажирское сиденье.
— Я никуда не поеду, — запротестовал русский ученый. — По крайней мере до тех пор, пока не получу хоть какие-то ответы на свои вопросы!
— Успокойтесь, — внезапно вымолвил японец на чистейшем английском. — Я доктор Адзума, — представился он. — Мне поручили встретить Вас и доставить в «Центр биоинженерных исследований».
Иван, с усмешкой, с ног до головы еще раз осмотрел японца, и прежде чем сесть в машину, сказал:
— Честно признаться, по внешним признакам сложно сказать, что Вы имеете какое-то отношение к науке.
— Разве? — смутился Адзума, — Буду откровенен, до сей поры, я считал, что это повседневная одежда всех российских генетиков.
— Мне жаль Вас разочаровывать, но, к сожалению, нет.
Заведя двигатель своего автомобиля, Адзума спросил:
— Может быть, желаете осмотреть город, прежде чем мы отправимся в место назначения?