Письма (1870)
Шрифт:
Ваш весь Ф. Достоевский.
NB. Я бы кончил на 3-й страничке словом: чем же мы виноваты? (2) Написанное на 4-й страничке и отмеченное мною чертой - необходимо ли? Я бы очень желал кончить на 3-й страничке и зачеркнуть всё на 4-й. "С<анкт>-П<етербургские> вед<омости>" нас целый почти год не трогали: обойдемся, на первый случай, как можно мягче, потом все-таки можно будет ответить.
(1) Если найдете ... ... ради бога. приписано позднее
(2) вместо: чем же мы виноваты?
– было: полезного.
509.
3-4 ноября 1873. Петербург
Из типографии.
Многоуважаемый князь, на Вашу обделку ответа "С<анкт>-П<етербургским> ведомостям") - я вполне согласен, это очень ловко; всё то же сказано, но несравненно неотразимее, чем в виде прямого обвинения (которому никто из читателей и не поверил бы, так что во всяком случае, с нашей стороны, был бы холостой заряд).
Но 7 строк о надзоре, или, как Вы выражаетесь, о труде надзора правительства, я выкинул радикально. У меня есть репутация литератора (1) и сверх того - дети. Губить себя я не намерен. (2)
Ваш Ф. Достоевский.
(1) далее было: и репутация (2) далее было: Кроме того, Ваша мысль глубоко противна моим убеждениям и возмущает мое сердце. Приписываю и хочу приписать Вам <как?> раз теперь - да и <нрзб.> приписать <?> иначе?
510. M. П. ПОГОДИНУ
12 ноября 1873. Петербург
Многоуважаемый Михаил Петрович,
Простите, что не сию минуту Вам отвечаю. Но каждый раз; к концу недели бываю очень занят и не имею времени даже для себя, на свои домашние дела.
За статью "Сусанин" "Гражданин" Вам весьма благодарен. Я пускаю ее в двух №, так как для одного номера она длинненька. И уж, само собою, не оставалось времени посылать корректуру в Москву. Если б, впрочем, она была потщательнее переписана, то не могло бы быть ни малейшей ошибки в корректуре, потому что, когда надо, и в "Гражданине" сумеют продержать корректуры хорошо. Но в Вашей рукописи много небрежностей: не знаешь, как читать иные имена, и до сих пор я не знаю: Щекатов или Щекотов, о или а? А справляться с "Вестником Европы" (1) - большие хлопоты. Так как у нас в журнале нет единого главы, то отзывается и при издании: библиотека редакции не всегда под рукою и всегда почти растаскана по рукам.
Вы мне пишете о №№ журналов и говорите, что не можете их допроситься. Уверяю Вас, что я, нижеподписавшийся, здесь ни при чем; я составляю №, читаю статьи, переделываю их и изредка пишу сам - вот моя работа. Что же до всего прочего, то если б я и захотел, - не могу о том иметь понятия.
Вы весной присылали иногда в "Гражданин" сердитые письма. Повторяю Вам, они до меня и касаться не могли. Вся хозяйственная и распорядительная часть не на моих руках, если б я и захотел тут что-нибудь сделать, то не мог бы.
О требованиях Ваших сообщил секретарю и Мещерскому. О статье о Кохановской говорил секретарю и не забуду о ней и сам. Найдется - вышлем.
Вы
Я всё хвораю и всё из себя выхожу. Локти у меня несколько связаны. Принимаясь за редакторство, год тому, воображал, что буду гораздо самостоятельнее. От этого лишаюсь энергии к делу. Майков здоров, благодушествует и Вам кланяется.
Ваш весь Ф. Достоевский.
12 ноября/73.
В статье Страхова есть иные места, которые могли бы быть иначе написаны. Да он и сам соглашается.
(1) было: "Русским вестником"
511. H. A. ЛЮБИМОВУ
13 декабря 1873. Петербург
Декабря 13/73.
Милостивый государь Николай Алексеевич,
Во-первых, позвольте мне засвидетельствовать Вам мое уважение, а во-2-х, разъяснить одно обстоятельство. Чуть не с месяц назад отправил я в редакцию "Русского вестника" одну рукопись - название, кажется: "Болезнь нашего времени". Но, намереваясь написать Вам, не снабдил посылку никаким объяснением. Затем занемог, захлопотался и вот только теперь могу объяснить Вам всё этим письмом.
Эта рукопись - повесть (около 4 1/2 печат<ных> листов "Р<усского> вестника") г-жи Прибытковой, живущей в Москве. Почти год назад она доставила ее в "Гражданин". По неопытности я принял и дал обещание напечатать. Но скоро увидал, что она займет по крайней мере 10 № "Гражд<анина>" (сряду). Такую рассрочку наше маленькое издание принять не может на себя. Одним словом, произведение такой величины в "Гражд<анине>" не может найти место.
Между тем повесть я читал внимательно: она весьма недурна. Конечно, не блестит художественными достоинствами, но умна бесспорно и не хуже никакой женской работы наших современных писательниц. Насчет цены г-жа Прибыткова готова довольствоваться и малою платой, но, кажется, намерена попросить хоть малую часть вперед, в случае если Вы повесть ее не отвергнете.
Я на прошлой неделе говорил об этой повести Михаилу Никифоровичу и уведомил его, что послал ее к Вам на Ваше решение.
Примите, многоуважаемый Николай Алексеевич, изъявление чувств моего глубочайшего к Вам почтения.
Ваш покорный слуга Ф. Достоевский.
Р. S. Рукопись препроводил я в "Русский вестник" с согласия и по просьбе г-жи Прибытковой.
512. В. В. ТИМОФЕЕВОЙ
5-16 декабря 1873. Петербург
Многоуважаемая Варвара Тимофеевна. (1) Особенно прошу Вас поправить эту статью, сообразно с моими поправками. Как только дело касается этого автора, так тотчас у Вас неразобранные слова, выкидки целых фраз или повторения двух фраз сряду и проч. Вы мне сделаете особое удовольствие, если исполните мою просьбу.
Ваш Достоевский.
(1) описка, следует: Васильевна