Письма императора
Шрифт:
И этот властный тон, и то, что он вдруг стал называть ее на «ты», пришлось ей крайне не по вкусу. Она не была его вещью и не собиралась ею быть. И вообще она сейчас очень отчетливо понимала, что совершила большую ошибку, связавшись с ним. С трудом Амалия все же заставила себя сесть между Готье и Франсуа. Ален, закусив губу, устроился по другую руку от принца воров, но тотчас же отодвинул табурет поближе к Венсану. От Анри не ускользнул его маневр.
– Боишься? – спросил он. – Правильно делаешь, что боишься.
Ален
– Ну, и что ты сделаешь со мной? – с вызовом спросил он. – Убьешь меня за то, что я назывался твоим именем?
– Может быть, и убью, – задумчиво промолвил Анри, вертя в пальцах вилку. – А может быть, и нет.
– Прекратите! – не выдержала Амалия.
Голубые глаза обратились на нее, и она даже испугалась – настолько жестоким стал их взгляд. Мгновение принц воров боролся с собой. Он явно готов был сказать ей что-то грубое, но все же сумел пересилить себя.
– Не надо со мной так говорить, – очень тихо промолвил Анри. – Пожалуйста.
Франсуа беспокойно заерзал на месте.
– Кажется, дождь кончился, – пробормотал он.
Амалия поглядела за окно и поднялась с места.
– В самом деле, – сказала она. – Венсан! Выводи лошадей. Нам надо ехать.
– Мы никуда не поедем, пока не поедим, – вмешался Анри.
– Венсан, ты со мной? – спросила Амалия.
Кучер покосился на Анри, на побледневшего Алена и поднялся из-за стола. Вслед за ним вскочил и Тростинка – так резво, что даже опрокинул стул.
– Что-то у меня аппетит пропал, – пробормотал он.
– У меня тоже, – поддержал его Франсуа, вставая из-за стола.
– Прекрасно, – одобрила молодая женщина. – Вы с нами, месье Доре?
Правой рукой она нащупала в сумочке револьвер, но Анри не стал удерживать своего незадачливого соперника. Пятясь и расточая направо и налево фальшивые улыбки, пятеро авантюристов отступили к двери. Анри сидел, хмуро постукивая своими тонкими пальцами по столу. Прежде Амалии казалось, что это были пальцы художника, теперь же она знала – нет, всего лишь пальцы вора.
– Что будем делать? – одними губами спросил Франсуа.
– Сматываться, – ответил за Амалию Венсан.
Они вышли из дома. Деревья, кусты, травы были омыты дождем и в лучах пробивающегося сквозь тучи солнца сверкали мириадами искр. А вдали, за горами, стояла радуга.
Франсуа, чихая, забрался в экипаж. За ним последовал Тростинка.
– Куда вы?
На пороге дома стоял Анри, заложив руки в карманы. Его ноздри нервно подрагивали.
Амалия вытащила из сумочки пачку денег, положила сверху оба листка – с копией письма Антуана и расшифрованным стихотворением – и протянула все принцу воров.
– Держи. Деньги – за карету и лошадей. Остальное – тебе.
– Вы меня бросаете?
– А чего ты хотел? – вспыхнула она. – Ты лгал нам, ты лгал мне!
Анри приблизился к ней. Амалия отшатнулась.
– Можно подумать,
– Ты сошел с ума? – пробормотала Амалия. – Что с тобой, в конце концов?
Анри извлек руку из кармана и разжал ее. На его ладони лежал красивый небесно-голубой прозрачный камень, оправленный в золото. Кажется, он являлся частью какого-то украшения.
– Это было зажато в его руке, – сказал Анри. – Знаешь, что это такое?
Амалия посмотрела на камень. Что-то он ей смутно напоминал, но она не могла вспомнить, что же именно.
– Знаю, – ответила она на вопрос принца воров. – Драгоценный камень: топаз.
– Это часть сережки, – безжалостно промолвил принц воров. – Часть твоей сережки, между прочим. Поэтому мой отец перед смертью и сказал «это она», он имел в виду тебя. И после этого ты станешь утверждать, что ты не убивала его? Ты сумела обмануть льстивыми речами глупую собаку, но я-то не собака, я умнее ее!
Мгновение Амалия стояла, ничего не понимая. Потом внутри ее словно что-то взорвалось, и, размахнувшись, она врезала Анри по лицу так, что он едва не упал.
– Дурак! – крикнула она. – Жалкий безмозглый кретин! Я не ношу серег, ясно? И вообще, убирайся ко всем чертям! Я не желаю тебя больше видеть, понятно? Никогда в жизни!
Она швырнула ему в лицо деньги и шагнула к экипажу. Анри в остолбенении смотрел ей вслед.
– Амалия, стой! – крикнул он. – Погоди!
Но она, не слушая его, уже уселась в экипаж.
– Быстрее, Венсан, поехали отсюда! Пока он не науськал на нас свой сброд!
Кучер понимающе кивнул и хлестнул лошадей. Вскоре кабак толстухи Марго остался позади.
Глава 4
– И все-таки зря вы отдали ему ту записку, – заметил Тростинка, когда они проехали с четверть лье.
– Не страшно, – отмахнулась Амалия. – У меня все равно осталась копия. – Она вытащила ее из потайного кармашка и продемонстрировала сидящим в карете. – Кроме того, я хотела, чтобы мы не были ему ничего должны.
Франсуа выглянул в окно.
– Хорошо бы узнать, точно ли эта дорога ведет в Элерон, – сказал он. – А то мало ли куда нас может занести…
Вскоре им попался навстречу крестьянин, гнавший корову. Он подтвердил, что дорога действительно приведет их в Элерон, а до того – в небольшую деревню.
– А как нам найти старую Женевьеву? – спросила Амалия.
– Ее хибарка как раз по дороге, не доезжая пол-лье до замка, – отозвался крестьянин. – Правда, сказывали, она недавно умерла, да я не очень-то верю. Она пережила уже всех в округе и, я уверен, переживет и меня. – Высказав столь необычный, полный оптимизма прогноз, он погнал дальше свою корову, которая лениво двинулась по дороге, помахивая хвостом.