Письма
Шрифт:
385. Ему же.
Чревоугодием , друг, называется излишество. Но и неистовая заботливость о чреве есть также чревоугодие; потому что значит неистовый. Поэтому, для чего, оставив соразмерное и благодарное употребление даров Божиих, заботишься с неистовством о лакомых яствах и суетных поварских ухищрениях, которые не к напитанию служат, но приводят в страстное неистовство?
386. Схоластику.
О молитве.
Молитву делают благоуспешною не голые слова, но более дела. Ибо, смотри: божественнейший Давид просит, чтобы судил его Бог по незлобе его (Пс.1:9); и благочестивейший Езекия представляет молитвенницею
387. Ему же.
Если, как говоришь, имеешь нужду в очевиднейшей ясности, то снова скажу тебе прямее. Того ли ты домогаешься, чтобы Бога иметь себе помощником? Смотри: помогал ли ты сам нуждающемуся, когда имел к тому возможность? Просишь ли у Него приложить тебе и богатство? Всмотрись, во благо ли ты распоряжался тем, что имеешь? Желаешь ли, чтобы Бог соделался благосклонным к тебе Судиею? Будь непамятозлобив ко врагам. Хочешь ли пользоваться Его человеколюбием? Сам будь снисходителен к подчиненным Хорошо заслуживать спасение, как воздаяние и долг, а не всякий раз рассчитывать на милость, что свойственно непризнательному.
388. Капитолину.
Если всеплодящее время изринуло на свет нового Доика, то не желаю тебе стать убийцею иереев — Саулом, потому что равное ко всем благодушие иерея, как служителя, должно не подлежать обвинению Благого ко всем Бога. Посему, перестань пламенеть гневом на старца, который совершил два славные дела: и тебя удержал от беззакония, и спас человека, подвергавшегося опасности.
389. Фирасию.
Об иереях.
Приятно мне спросить тебя, насмешника и немилосердного нашего судию: если бы царь приставил тебя к ограде крепости стеречь городскую башню, а ее стали подкапывать и приводить в колебание, чтобы город сделать доступным врагам, не употребил ли бы ты в дело всех оборонительных средств, какие были бы у тебя наготове и какие нужно было бы изыскать, ограждаясь, отбиваясь, отражая нападения, и город и себя приводя в безопасность, и наблюдая все, что благоугодно царю? А на нас, которых Бог поставил учителями в Своей Церкви, ты негодуешь за то, что мы боремся с Арием, который не только угрожает войною благочестивой пастве, но предал уже многих и смерти. А я посему–то и пренебрегаю всякой в этом опасностью, и скорее откажусь от всякого другого дела, нежели перестану, сколько есть сил, поражать Ария.
390. Кинтиниану.
Смутили меня неприятные слухи, известившие о деле, противном общему желанию. Иные сказывают, будто бы до того ты обезумел и расстроился в рассудке, что этому отроку, которому Бог дал способность всему обучаться, намереваешься дать в руки оружие и определить его в военную службу, не высоко ценимую, даже презираемую и делающую людей игрушкою смерти. Поэтому, если не вовсе поврежден у тебя рассудок, оставь безрассудное намерение: не гаси светильника, который о том старается, чтобы возгореться на славу; дозволь человеку разумному продолжать занятие науками. А эту честь, или, лучше сказать, это наказание, побереги для других, каких–нибудь бродяг, которым прилично невежество толпы.
391. Врачу Доместию.
Искусством, как говоришь, занимаешься ты любомудренным, а сердце занято у тебя пустыми делами. Ты врачуешь малые язвы, а сам и весь покрыть большими ранами. Поэтому, если хочешь на самом деле оказаться врачом, уврачуй свой нрав, потому что глупо, смешно и отвратительно пытаться целить других, а на то, что болен сам, не обращать
392. Архимандриту Досифею.
О монахах, употребляемых для прислуживания.
Служения при яствах для многих послужили к тому, что научили их чревоугодию, потому что не все трезвенно приступают к сему подвигу. Посему брата Амвросия отставь от прислуживания странным, чтобы, оставив при оном, тебе не устранить его от себя.
393. Кириллу.
Совершение первого чуда Господом произошло не просто. Ибо, если Он удовлетворил потребности брачного пира, то восполнил и недостававшее закону. Поскольку закон крестил одною водою, то Господь усовершил крещение Своею Кровью, срастворяя в Себе то и другое и соединяя закон с благодатью.
394. Евдикию.
Волы без намордников усерднее делают свое дело на жатве, а когда намордники препятствуют вкусить плоды трудов, ленятся и отворачиваются от дела. А учителя, не оскорбляемые непослушанием, с радостью продолжают труды, а когда не видят плода трудов, теряют охоту учить без пользы. Посему, если хочешь узнать то, о чем теперь еще спрашиваешь, покажи на деле то, чему научился прежде. Если же окажешься не знающим того, то для какой пользы будем объяснять тебе и это?
395. Авсонию соправителю.
Царь наградил тебя медною статуею, для большего блеска позолотив эту награду, потому что не знал, чем иным очевиднее доказать свою щедрость в вознаграждении добрых трудов твоих. Но награды, который не подлежать здешнему тлению, — нестареющуюся жизнь, бесконечное блаженство, вечную славу, которым нет и изменения, — соблюдает тебе там Христос.
396. Схоластику Феодору.
Сего Аврааму подобного Аврамия представляю тебе от себя, хотя он и лучше меня. Но по любви переносит он это, даже и оскорбляемый тем, что сравниваю его с собою. Имей его в чести, потому что от Бога дано ему искусство, которое умеет и угашать огонь юности, и к мертвому обучению присоединять живое.
397. Закхею.
Если разглашаемое действительно чудесно и совершено по упованию на Бога, то навсегда пребудет неизменным. А если это — обольщением произведенные призраки, то они не постоят и не будут иметь силы, потому что все, вновь производимое человеческими измышлениями, вскоре рушится, если только не охраняется Божиею благодатью.
398. Ему же.
Иные вводили людей в обман новоизобретенными рассказами о том, как Аполлоний Тианский в разных местах совершал много чудесного, как говорили, для приведения в безопасность места жительства. Но в действительности ни одного такого дела они не могут доказать. Ибо записавшие и неважные изречения сего человека, а также изложившие с точностью все, его касающееся, не умолчали бы об этих разглашаемых его деяниях. Но имеешь в руках Филострата, который подробно описал жизнь его. Познай же из сего, что о чародеяниях Аполлония, вероятно, враги его составили очевидную клевету.
399. Кандиду.
О том, что приобретение многих книг полезно для тех, которые употребляют их, как должно, а кто думает, что одно приобретение книг обогатит его, тому оно уготовляет конечное наказание.
Некто, собрав пшеницу с возделанного им поля, запер ее и, поскольку не давал имевшим в ней нужду согражданам, погиб, побитый камнями и сожженный огнем. Если же он, заперев плоды своего делания, истреблен, как удержавший у себя общее достояние, то ты, приобретя произведения не своего ума, но скупив книги многих мудрецов и не извлекая из них пользы, а также не делясь ими с любителями оной, чего не потерпишь, и здесь осуждаемый, и от Бога наказуемый, как владелец бесполезного и ненужного тебе сокровища?