Плацдарм
Шрифт:
Шли неприметными закоулками — безликие холмы, заломы деревьев, снесенные под фундамент здания, что одиноко серели в желтизне полей, куски грунтовки, перепаханной невнятными следами. Лист не спешил — вел обстоятельно, нагружая путь излишними поворотами у каменных россыпей. Медлительность скорее неосознанная, на уровне инстинкта самосохранения, но виртуальную мишень на заднике бейсболки я нарисовал…
Стойкое желание ускорить действо пулей едва не дозрело. Проводник торопливыми жестами обозначил место наблюдения под прикрытием рухнувшей кирпичной стены и сдал назад — рассосался, сука, лучше иллюзиониста, только
Я перевел взгляд на цель. Одноэтажное длинное здание в обрамлении песчаной дорожки, панельные стены с узкими горизонтальными щелями окон, голая серость на минимуме декора. Мусор у стен, сплетение трав, деревянные поддоны, что уныло подпирали кладку. Место некогда пользовали, следы еще сохранились — можно пройтись по периметру, не запинаясь, еще и покемарить на паре лавочек у выезда на грунтовую полосу. Двери, скорее всего с торца, из текущей позиции не разглядеть… По дорожке насыпана щепа, точно кто-то бежал и крошил, на углу привалена нижняя часть мужского торса, в чашечке униформы запеклась бурая начинка… Слышался легкий скрип в унисон сопению тощего.
— Что видите? — спросил, смещаясь назад.
— Да… — многозначительно объявила Крыса. А я было понадеялся…
— Да нихрена она не видит, — прошипел Шест. — Может там нет никого…
— Есть, — порадовал напарников. — Тихонько обходим пакгауз. Зайдем с противоположной стороны…
— А… — Костлявый обернулся, минуту смотрел на бетонные возвышенности, что проступали за полем, средь рухнувшей магистрали. — Типа, чтоб не смотрели?
— Хвалю за сообразительность, — ответил честно. — Мы отряд загадка, пусть срутся, гадая.
На полусогнутых, не торопясь, обошли локацию по ложбинкам. Присмотрели скромную рухнувшую будку из технического наследия и там затихли, оценивая возможности. Тварь никак себя не проявляла… Активный хищник не стал бы сидеть в норе, дожидаясь протеинового гостинца, — перефразируя, упыря ноги кормят. А вывод… Я скользнул взглядом по темным бойницам окон. Вот и проверим — в идеале порадовал бы пролом в стене с этой стороны, но выбитые ворота, которые перекосило действительно с торца, тоже сгодятся…
— Шест, засади-ка камнем в третье окно справа. Не сдерживайся.
И даже не спросил — на хрена. Выплеснул нервное и наболевшее. Я мимоходом отметил — стоять на пути предметов, запущенных тощим, не стоит. Если так пойдет, сэкономим на мортире — обломок взорвался у оконного проема фонтаном шрапнели. Грохнуло, зашуршало коротко… и из пакгауза пролилась клокочущая песня. Щелчок, удар, скрип металла, щелчок…
Тварь выметнулась из-за поворота и застыла на дорожке, маятником раскачивая корпус. А ничего так — атмосферно… На сухом остатки разгрузки и защитных металлических нашлепок, в прорехах просматривалось покореженное крепкое тело. Черт напитан и готов к схватке… Серое лицо располосовано бурыми шрамами, за ключицами торчит пара крепко вонзившихся болтов, намекавших на жизнеспособность сухостоя.
Упыря сорвало в смазанном рывке, треснула фанера под каблуком. И вновь застыл, покачиваясь. Довернул по птичьи голову… Не скрою, зараза впечатляла неким намеком на иную сторону, где смерть безраздельная хозяйка, но конкретно
— Принимай шмалабой, мелкая. — Я передал оружие. Достал АУГ; жаль не поухаживал особо, так, потрогал сосочки… — Страшная херня, как думаете?
Шест уловил подвох и задавил согласный кивок, а Крыса бесхитростно согласилась.
— В следующий раз отправлю вас кость на кость, — пообещал без иронии. — Шест, по команде стреляешь по левому флангу упыря, хватаешь колун и ждёшь в низком приседе. Крыса, стреляешь через две секунды по правому сектору, попадать никуда не надо. А потом, Шест, у тебя будет один удар. От души, порадуй.
Дал отмашку, и вдоль пакгауза метнулось эхо выстрела. Тварь стремительно дернула в сторону, попыталась навестись… Выстрел мелкой качнул ее обратно — ровно на тот вектор, куда я постарался уложить короткую очередь. Бил понизу — в ноги. И сразу по восходящей — на потенциальную траекторию. Разоритель правильно орал «поливаю» — АУГ плюнул горячо и жадно или же я отвык за невостребованностью… Упырь споткнулся, теряя ошметки, замолотил руками — инерция и голод влекли его к био. Живучесть отменная…
Смачно захрустел гравий, раздался кустарник, принимая неуправляемый кожаный мешок… Вылетел встречным, с благословенным багром — подловил на крюк, сбил цель… чуть не унесло к хренам. Тварь почти вывернулась, да перебитые ноги подвели…
Шест обрушился костлявой тенью. Удар, второй… А дальше только скребущие звуки по щебню и густая чернота вместо крови.
— Стой, — одернул тощего. — Крыса, добей… Выбери слабое место и закончи.
Она побледнела, закусила губу, неотрывно глядя на груду мяса… Шагнула скромно. Удар пришелся в правую глазницу. Я одобрительно тряхнул багром, пресекая короткую конвульсию. Жаль потратил патроны, подозреваю то не последний продвинутый сухой… но сейчас бой прошел по намеченному. Проставлены те акценты, какие планировал.
— А вот прибыль соберет Шест. — Я рассмотрел искры адхар, всколыхнувшие стылый воздух. Быстро проявились. На радость. Мелкая улыбнулась — полагаю, что-то вернулось в ее мир. Тощий, привычно бормоча о нелицеприятном, собрал отменную био… гео и акву. Выказал легкие признаки удивления…
— Что-то не так? — Я аккуратно забрал у малой шмалабой, пристроил оружие за рюкзаком. Любопытно, сколько терпения у местных?
— Почему аква?
— Серьезно? — Прям эксперт по адхарам в полевых условиях. Справедливости ради, тоже ожидал аэро, но реальность опровергла… — Внутрь, бойцы. Успеем осмотреться…
Не успели. Едва переступили порог пакгауза, на площадку перед воротами высыпала пятерка местных — Мута, дозорные, кряжистый и паренёк помоложе. А на тропинке, что уводила в овражки, слышалось еще кряхтение. И ведь не удивили, черти, скорее, думал, что ворвутся раньше…
Момент статичности — кто кого удивит — нарушила Мута. Шагнула вперед и развела руками, показывая пустые ладони. Не решилась старая, стравила намерение… Хотя если судить по напряженным позам ее соратников, события могли развиваться по-разному. Пули, крики и большинство уже не с нами. А глаз у кряжистого уже дергается…