Плач по палачу

Этот текст не имеет ничего общего с реальными событиями. Все персонажи вымышлены.

«От убийства убийцы, количество убийц не сокращается»

Уинстон Черчилль

Голова не казалась печальной, страшной или

пугающей. Так, голова, как голова, словно бутафорская лепка для спектакля о Соломее с отрубленной частью тела на серебряном подносе или значимый предмет для пьесы Шиллера «Мария Стюарт». И лишь с рассветом, когда солнечные осенние лучи пробились сквозь жёлтую листву к тому месту, где находился жуткий предмет, направился единственный очевидец. Он шастал по окрестностям в поисках пустой тары и сначала даже не поверил глазам своим, а когда приблизился для рассмотрения, то впал в дикую панику! Он понёсся, не разбирая дороги, зазывая стражей порядка, громыхая пустыми бутылками в пакете, который словно в конвульсии сжимала рука.

С этой трагедии началось сентябрьское утро следователя Перовой. Она кружила вокруг старого деревянного стола, на котором находилась одинокая часть тела, то и дело, с немым вопросом поглядывая на эксперта криминалиста Пухова, словно коллега, как фокусник, экстрасенс и маг мог назвать фамилию того, кто носил при жизни эту самую голову или сразу указать адрес проживания убийцы. А убийца обязательно был, потому что самоубийцы ещё не научились рубить собственные головы. Вообще теоретически возможно всё! Только самостоятельно голова до

этого места бы не добралась! И даже если добралась, то обязательно наследила кровавыми останками. Вокруг кроме жёлто – красной листвы и старых окурков никаких следов обнаружить не удалось.

– Голова моя глупая, безногая безрукая! – пропела еле слышно следователь, и снова вопросительно глянула на эксперта. – И как выясним личность?

– Отпечатков пальцев не обещаю, сама видишь, башка лишена конечностей. По анатомии черепа воспроизведу фоторобот, пробьём по базе, может, зацепимся за что-нибудь. Сделаю анализ крови, проверю зубы, посмотрю, каким образом отчленили эту часть от тела. В общем, несмотря на то, что голова не как у профессора Доуэля, говорить не может, однако должна нам рассказать много. Пока понятно, что это мужчина средних лет.

– Говорят, после отделения, голова продолжает жить ещё несколько минут.

– В средние века в Европе отрубали головы только аристократам и вельможам, простых людей за преступления ждала виселица. Ожидающий смертной казни богач старался хорошенько заплатить палачу, чтобы тот сделал свою работу быстро, не доставляя страданий казнённому, – Пухов развернул чёрный пластиковый пакет, накинул на голову и перевернул, словно укладывая в последний сон. – Вот здесь резали грубо, скорее всего, острым тесаком. Кровь вытекла ещё до того, как часть тела оказалась на этом месте.

Конец ознакомительного фрагмента.