Пламя в темноте
Шрифт:
— Может, есть какой-то выход? Другой? — предпринял последнюю попытку Ромус.
Может и есть. Но не для таких, как мы.
Я хотела сказать это, но не стала. Вовремя вспомнила, что он очнулся всего час-полтора назад и что у него была травма головы.
Не нужно было давать надежду, но в тот момент мне хотелось не разочаровывать брата до конца.
— Конечно. Мы его можем найти. Главное, чтобы с тобой всё было в порядке. — Я легко коснулась губами его лба, оставляя лёгкий поцелуй. — Может, сможем тебя перевести в другое отделение.
— Правда? — тихо и так
Что я творю… Зачем я строю воздушные замки, чтобы их потом разрушить?!
Только теперь я в полной мере поняла, почему наша мама многое не говорила нам. Хотела оградить, пускай и дорогой ценой.
Я слишком поздно осознала это. Как и то, что это невероятно тяжелая ноша — нести её в одиночку на благо своих близких.
— Да, — тихо ответила я Ромусу, сглатывая застывший в горле ком. — А теперь засыпай, тебе понадобятся силы. И ни о чём не переживай. Я теперь практически ученица баргата. Возможно, смогу его уговорить.
И Ромус мне поверил, свернувшись как котёнок подле моего бока, прижавшись носом к плечу.
— Добрых снов, сестрёнка. Я тебя так люблю…
«И я тебя тоже,» — про себя подумала я и изо всех сил попыталась не расплакаться.
Глава 19
Я стояла на дорожке перед тремя кругами
ада
препятствий. Сегодня мне предстояло узнать, что таил в себе первый.
За моей спиной загорался рассвет.
Вчера перед тренировкой я попросила Алакая поменять мне в расписании местами круг и полосу для тренировки всадников. Ибо после прошлого раза я понимала: после её прохождения я вечером уже круг не пробегу.
Кай пошёл мне навстречу, однако уточнил, что в таком случае бежать я буду одна. А я решила пробежать круг как можно раньше, раз не могла уснуть. Поэтому сейчас вокруг кроме меня не было ни души.
Первые лучи солнца золотили мои прядки, выбившиеся из косы. В нос забирались запахи трав и утренней свежести — на траве ещё лежала роса. Щеки колола прохлада.
Я ущипнула себя за руку, чтобы окончательно сбросить с себя наваждение и перестать любоваться открывающимся видом на ещё спящий Лармар. После слов брата я с удивлением отметила, что это место действительно было красиво своей суровой красотой и нравами.
Чуть размяв затёкшее от спанья на жесткой койке тело, я начала считать. Один, два, три, четыре, пять… Но мысли, терзающие меня, не уходили. Не покидали, а оставались со мной, поэтому я побежала.
Кроны деревьев сомкнулись надо мной. Шелестела листва, в кустах копались мелкое зверьё. Я мысленно настраивалась не пропустить ловушки.
Первая настигла меня внезапно, но я успела увернуться. Стрела, выпущенная из магического арбалета, прошла аккурат возле моего уха. Далее началось самое интересное — тропинка вилась сквозь топи, коряги, склизкие камни, небольшую речку, рощу с ядовитыми цветами и поваленными деревьями. Мне сразу вспомнилось любимое упражнение Лютого — бег по городу через толпу горожан. Подобный опыт мне не раз спас жизнь, когда действительно приходилось
Я бежала и пыталась отпустить все проблемы. Это всегда мне помогало. Убегая будто от всего и самой себя, я оставляла терзающие меня вопросы за спиной. Ветер свистел в ушах, ветки хлестали по волосам, срабатывали ловушки, бурное течение оставляло капли воды на коже и форме. Но я продолжала бежать через лес, постепенно возвращая к себе ясность ума.
Я бежала и бежала. Вечная должница для всех, живущая ради единственной цели — защиты брата. Готовая ради его здоровья на всё. Даже на то, чтобы самой пройти через ад к Некмету вместо него.
План, как попасть в город на встречу с Кайлом обрисовался в моей голове во всех деталях, когда я пересекала по камням и бревну речку. Спрыгнув с дерева на другом берегу, я оставила и эту проблему за спиной.
Оставалось всего ничего — я уже видела камень академии, маячивший по левую руку.
Я справлюсь. Я смогу. Я придумаю выход из всей этой ситуации. Заварила эту кашу — надо разгребать.
Одна лишь мысль о еде вызвала у меня урчание в животе. Уже хотелось поскорее пойти на завтрак и слопать там что-нибудь мясное. Я была жутко голодна.
Впереди показался просвет, и я ускорилась. Подныривая под вылетевшую прямо на меня корягу, я выскочила на поле перед академией, завершив круг. Вся взмокшая, я уперла ладони в колени, пытаясь отдышаться. Щёки горели, лёгкие тоже, но я чувствовала себя невероятно живой.
— А вот и наша всадница, — протянул противный женский голос, и я подняла голову. Передо мной стояла кадет Янсен собственной персоной с двумя парнями, которых я одолела на матах.
— Что, не хватило того, что вчера огребла? — оскалилась я, любуясь на фингал, оставленный на глазу блондинки.
— Из-за тебя, самодовольная сука, я упала в рейтинговой таблице!! — прошипела Гвендалин. Её имя назвал наставник после моей победы. Что ж, надо знать подлецов в лицо. — Помнишь, что я тогда тебе сказала? — Как тут не помнить то! Перед этим она разбила мне нос!! — Я сотру тебя в порошок.
— Попробуй! — выпрямилась я, разводя руки. — Вчера что-то не получилось.
— Поэтому мы пришли втроём, — хмыкнул парень по правую руку Гвендалин. Кажется, его звали Эрле Томасон. Блондин-махина. — Когда ты устала и уже валишься с ног.
Их гадкие улыбки вызвали во мне смесь ярости и бессилия. Они были чертовски правы — на драку у меня сил оставалось мало. Тем более, что у них в руках сверкнули кинжалы.
Я достала свои клинки.
«Дерьмо, Ребекка. Тебя сейчас так отколотят, что ты вспомнишь все ругательные словечки, когда тебя будут по кускам собирать лекари. Если, конечно, будет что собирать,» — подумала я про себя, понимая, что на помощь можно было не рассчитывать.
Через несколько минут зазвонит колокол. И в это время никто не услышит мои крики, когда они набросятся на меня втроем. Перережут мне горло, и желание Ромуса остаться в академии исполнится.