Пламя

Сокол Лена

— Ну, ладно. – Неохотно согласилась Даша.

И вышла.

47

Вернулась она уже в платье, и вот тогда Никита действительно решил, что его настигло проклятье. Вчерашняя монашка выглядела дьявольски горячо – словно привет из ада за все его злодеяния, короткие интрижки и неотвеченные звонки от вчерашних подружек. Такое захочешь, да не выкинешь из головы. Вот же, мать твою, как он попал…

— Что? – Уставилась на него своими большими

ореховыми глазами Даша. – Некрасиво?

Плахов выругался про себя ещё раз и стиснул челюсть.

— Я в нём толстая, да? – Нахмурилась девушка.

— Нет, всё отлично. – Выдавил Никита. Он заслужил все эти мучения, он сам был виноват, что так влип. – Просто нужна помада, лак для ногтей и духи.

— А, о’кей. – Закивала Даша, выдохнув с облегчением.

— Во сколько вы договорились?

— Через час Рома заедет за мной.

«Рома», - его опять чуть не вывернуло от того, как мерзко звучало имя этого хлыща в костюме.

— Тогда у тебя ещё куча времени, тащи всё сюда.

Даша послушно сбегала за всем необходимым и через полминуты уже снова стояла на пороге его комнаты. Мысль не отпускать её на свидание показалась ему чистым безумием, но именно этого Плахов и хотел сейчас больше всего. Сраный эгоист. Последние годы он только и делал, что смеялся над товарищами, которые заводили серьёзные отношения, а теперь у него помутился разум, и пугаться самого себя до чёртиков становилось уже привычным.

— Запрыгивай на стол, крошка. – Хрипло сказал Никита.

— Чего? – Попятилась девушка.

— Да расслабься, - усмехнулся он. – Никаких извращений, даже Иисус бы одобрил. – Плахов постучал ладонью по столу. – Прыгай. Я просто накрашу тебе ногти на ногах. У тебя от волнения руки трясутся, и сама ты точно их закосячишь.

— У тебя получится? – Недоверчиво спросила Даша.

— Два класса художки. – Гордо сказал он. – Кисточку в руках я точно держать умею.

— Пф. – Выдохнула она. – Деваться некуда.

И забралась на стол.

Угадайте. О чём. Никита. Сразу. Подумал.

Вы охренительно правы. Безумно сексуальная девушка на столе – это соблазн, перед которым не устоять. Возможность, которой грех не воспользоваться. А также черта, которую нельзя пересекать, если не уверен, что справишься с последствиями.

Плахов сел на стул, приготовил лак, аккуратно приподнял Дашину ступню и поставил на край стола, где удобнее было красить. Теперь уже его руки начинали дрожать от волнения. Обычный, казалось бы, процесс становился невероятно эротичным.

— Ты обещал подсказать мне, - напомнила Даша, - я так боюсь сделать что-нибудь неправильно.

Она завороженно наблюдала за тем, как он водит кисточкой по ногтю её пальца, и та окрашивает ногтевую пластину в глубокий алый. Наверное, следовало

использовать какие-то разделители для пальцев – Плахов впервые так нервничал, что боялся испортить свою же работу каким-то непроизвольным движением.

— Просто будь собой. – Сказал он. – Только не той, что была пару недель назад. А собой новой. Уверенной в себе, обаятельной, весёлой. Будь раскованной и помни, что у вас разные задачи. Его задача – ужин и секс. Твоя – только ужин. Поэтому не напивайся, так проще будет себя контролировать.

— Ой, я и не планировала. – Её мягкий тембр голоса волновал Никиту и одновременно вселял уверенность.

— Твоё поведение должно дать ему понять, что у тебя множество вариантов. И что он не один такой прекрасный-распрекрасный принц, которого ты ждала всю жизнь. Ромашка должен знать, что под твоими окнами дежурит ещё, как минимум, десяток достойных мужчин, готовых бросить весь мир к твоим ногам.

— Не нужно так пренебрежительно его звать. – Проворчала Даша. – Ромашкой. Может, это мой будущий муж?

— Или нет. – Никита серьёзно посмотрел ей в глаза. – Мы ведь не знаем, как всё пройдёт. Сейчас ты заложница той картинки, что сама себе нарисовала. Но вдруг он предложит разделить с тобой счёт? Или станет настаивать на том, чтобы поехать в отель после ужина? Или станет зажимать тебя прямо в такси?

— Думаю, Рома не такой.

— Или ковыряет в носу.

— Точно нет. – Наморщила носик девушка.

— Или маменькин сынок…

— Хватит! Не пугай!

— А ты не дёргайся, - стальным голосом потребовал Плахов. – Иначе, Ромашка решит, что ты красила ногти пьяная.

— Всё, не дёргаюсь. – Застыла Даша.

— Во время ужина смейся над его шутками. Не критикуй и не говори о своих проблемах.

— Совсем?

— На первом свидании точно не надо. И на втором. И… в общем, тяни с проблемами так долго, как сможешь. Мужчина способен решать проблемы только своей женщины, а термин «своя» предполагает хоть сколько-нибудь длительные отношения.

— Ясно.

Спокойствие давалось Плахову нелегко, его пульс подскакивал всякий раз, когда Даша откидывала волосы с плеч или задумчиво облизывала губы. Поправочка: подскакивал не только пульс, что поделать – физиология.

— Нужно запомниться ему, поэтому следи за всем, что делаешь. Как садишься на стул, как берёшь в руку бокал, как делаешь глоток или смотришь на него из-под ресниц. Помни про загадочность.

— Ага. – В глазах Даши потихоньку зарождалась настоящая паника.

— Будь слабой, чтобы он мог быть сильным. Сияй от комплиментов, но не садись в машину, пока этот тип не откроет тебе дверь.

— Он тебе не какой-то там тип.

— И в ресторан входи тоже только после того, как он придержит для тебя двери.