Пламя

Уэдсли Оливия

Музыка и новые дивные ощущения, вызванные прикосновением Роберта, наполнили ее страстью. Она взглянула на Роберта и заметила, что он смотрит на ее губы. Она почувствовала его взгляд, как поцелуй на своих устах.

Раньше чем она все это осознала, опера кончилась. Они все вместе вышли в фойе.

Миссис Бейлис, более толстое и грубое издание Дафнэ, хотела поехать с друзьями к знакомым. Она нерешительно повернулась к Роберту.

– У меня мотор, – быстро сказал он. – Я отвезу Тони и Фэйна. Разрешите мне раньше завезти домой мисс Бейлис?

– Если вы будете так любезны. Мне неприятно беспокоить вас, – бормотала

миссис Бейлис.

Роберт уверил ее, что ему это не составит никакого труда.

Мотор имел два кресла спереди на широком сиденье и два места внутри. Роберт быстро усадил Тони внутрь мотора и указал ей на заднее кресло.

Дафнэ вошла вслед за Тони и, к великому удивлению ее, села на одно из передних кресел.

Роберт сел рядом с Тони, а Фэйн около Дафнэ.

Мотор двинулся. Роберт сразу обвил Тони рукой. Впереди вторая пара весело беседовала.

– Ты меня еще любишь? – прошептал Роберт.

Тони беспокойно зашевелилась. Ей хотелось так много выразить – больше, чем она могла.

Она поставила свои маленькие ножки словно на скамеечку на одну из ног Роберта.

Через открытое окно дул легкий ветерок. Он развевал пряди ее мягких волос, и на момент они легли на лицо Роберта.

– Я бы хотел зарыть свое лицо в твои волосы… Эти слова вызвали сладкое, удивительное чувство интимности.

– Посмотри на меня.

Она послушно повернулась. Он снова смотрел на ее рот.

– Не надо, – прошептала она, – это заставляет меня желать того, чего я не могу сейчас получить.

– Разве не можешь? – прошептал он в ответ. И на момент она почувствовала его губы на своих. Губы его пылали.

– Твои губы – это ворота в рай, – сказал он тихо, – через них я проникаю в царство радости.

Мотор остановился, чтобы высадить Дафнэ, а после этого Фэйн повернулся к ним и все время болтал.

ГЛАВА XIX

Моя душа в этот час привлекла твою душу навеки.

Д. Г. Россетти

Недели проходили быстро. Тони еженедельно виделась с Робертом два, три раза. Иногда они вместе гуляли в парке, а однажды – незабвенный день – они поехали в моторе в Суссекс. Они никогда не обсуждали вопроса о том, что все их встречи необходимо держать в тайне. Оба сознавали, что их необходимо скрывать, но оба избегали говорить об этом: Роберт ради Тони, Тони ради самой себя. Поездка в Суссекс – это была идея Фэйна. Он теперь был явно влюблен в Дафнэ и, несмотря на свою молодость, хотел на ней жениться. Было ясно, что это дело решенное. Как следствие любви к ее подруге, явилась его влюбленность в Тони. Эта форма отраженной любви часто встречается у братьев.

– Я прошу тебя, старуха, помоги нам, – сказал он однажды. – Дело вот в чем. Я хочу увезти Дафнэ на день для игры в гольф, но она желает иметь провожатого. Не можешь ли ты поехать с нами? Я думаю, – блестящая мысль вдруг озарила его, – было бы бесконечно хорошо, если бы Роберт одолжил нам свой мотор. Как тебе известно, наш в починке, а там будет и моторный спорт. Он предложил эту мысль Роберту.

– Как раз мотор мне нужен сегодня, – сказал Роберт мимоходом. – Я вам вот что скажу, дружище. Я отвезу вас и мисс Дафнэ туда. О, и Тони, разумеется, и я смогу сделать нужный визит по дороге, а после того забрать вас.

Подходит вам это?

– Вы славный малый, – сказал с благодарностью Фэйн и радостно сообщил Тони эту новость.

– Ты сядешь спереди, – озабоченно сказал Фэйн, – тогда и Роберт будет иметь с кем разговаривать, а ты, кажется, с ним в хороших отношениях?

– Вы бы лучше поехали со мной, – сказал Роберт Тони, когда они доехали до клуба, – вам надоест ждать тут.

Фэйн настаивал, чтобы она поехала.

– Наконец, – вздохнула она, когда мотор повернул за угол и скрыл их от света. Они поехали к маленькой деревенской гостинице и позавтракали в гостиной. Роберт выглядел очень усталым. Тони с тревогой заметила это.

– Дорогой, я уверена, что ты не следишь за собой. Если бы я была… – она остановилась.

– Продолжай, – сказал он.

– Я стесняюсь. Я не подумала, иначе я бы никогда не начала фразы.

– Кончай ее.

Она никогда не могла противостоять ему.

– Я только хотела сказать, что, если бы я была твоей женой, – сказала она очень тихо, – я бы заставила тебя больше следить за собой. Я бы сама о тебе хорошенько заботилась.

– Я знал, что ты хотела так сказать, и я заставил тебя сказать это потому, что мне хотелось услышать это слово с твоих уст. Тони, если бы это только могло осуществиться!

Он выглядел очень угрюмым, даже его красота немного померкла.

– Предполагается, что законы о браке основаны на учении Библии, – горько промолвил он, – но Бог никогда не думал обратить закон в памятник жестокости. Я бы мог развестись, если бы моя жена меня бросила, но я не могу требовать развода потому, что она уже не вернется никогда, пока мы оба живы. Какая жестокая ирония во всем этом! Что за гнусная жестокость! – Он безнадежно посмотрел на Тони. – Я верю, – медленно сказал он, – что ты создана для меня, а я для тебя. Я этим не хочу сказать, что верю во всю эту чепуху о том, что двое людей предназначаются друг для друга от начала времен, – только сентиментальные люди могут этому верить, – я хочу сказать, я честно убежден в этом, что при нашей любви, которая так много требует от нас обоих, мы, если бы жили вместе, слились бы в одно нераздельное целое. Большинство людей не понимает даже, что значит надеяться на такое счастье. Я это знаю, – он остановился, – тем более что я знаю, что это никогда не осуществится, – безнадежно закончил он. – Я связан и никогда не освобожусь. Мне кажется, будто я сижу в клетке, через которую я могу видеть свет, видеть то, чего страстно хочу, и в то же время я знаю, что это для меня недостижимо. Это страшно несправедливо и по отношению к тебе. Я не имею права таким образом связывать, удерживать тебя, раз я никогда не смогу сдержать свое слово. Ты должна выйти замуж за юношу, как Десанж или Френки Фелькер, они оба прекрасно воспитанные мальчики.

– Не говори, – резко воскликнула Тони, – как ты можешь? – Она подошла к нему и стала рядом. – Неужели ты не знаешь, что я предпочитаю быть твоей вот таким образом, чем выйти замуж за кого-либо другого?

– Таким образом! – повторил он.

Он встал и подошел к окну. Буря поднималась издалека, из-за моря. Большие серые облака грозно собирались на горизонте, море было покрыто сердитой пеной.

Тони почувствовала, что Роберт как-то оттолкнул ее от себя. Казалось, что он держится отчужденно.