Пламя

Каллихан Кристен

— Леди Арчер. Мисс?.. — Узкое лицо лорда порозовело.

— Виктория, — представилась леди, кокетливо склонив головку.

Челтенхем покраснел, несомненно, потрясенный подобной вольностью.

— Да, хорошо… — Кадык над воротником судорожно дернулся, Челтенхем спал с лица и весь словно бы напрягся. — Виктория, не желаете ли потанцевать?

Той явно этого не хотелось, но она лишь скромно улыбнулась — если владелица глаз в дымчато-серых тенях могла что-либо делать скромно — и позволила себя увести.

«Может быть,

она куртизанка», — подумала Миранда, наблюдая за их танцем. Точно судить она не могла, поскольку никогда ни одной не встречала. Помимо едва ли приличного количества косметики на лице, ничто в облике леди на это не указывало: рукава закрывали запястья, воротник доходил до подбородка, платье не слишком показывало тело, но плотно его облегало.

Виктория и Челтенхем исчезли из поля зрения задумавшейся Миранды. Только она было решила последовать за ними, как вдруг рядом выросла знакомая фигура — мрачная, высокая и сердитая.

— Вот вы где, — нахмурилась Миранда. — Знаете, от ваших постоянных исчезновений и появлений кружится голова.

Ухватив жену за локоть, Арчер повернул к выходу из бальной залы и пробормотал, рассеянно оглядываясь по сторонам:

— Тогда, возможно, лучше проводить вас домой и позволить отдохнуть?

— Я бы предпочла поговорить. — Они уступили дорогу энергично кружащейся в танце паре. — Вдобавок, я только что познакомилась с вашей родственницей, мисс Викторией Арчер…

Резко дернувшись, он остановился.

— Она мне не родственница и ее фамилия не Арчер. Почему вы так решили?

Миранда удивленно моргнула:

— Потому что она сама так заявила.

Арчер раздраженно заворчал.

— Тогда почему она так сказала? — насупилась Миранда.

— Чтобы повеселиться? — напряженно откликнулся он, вновь увлекая жену прочь от толпы. — Потому что она всегда лжет? Даже предположить не могу.

Они почти подошли к выходу из залы, когда Миранда остановилась. Ей совсем не нравилось, как крепко муж держит ее локоть, потому она и высвободилась.

— Перестаньте меня все время тянуть, оставите синяк! — Миранда потерла освобожденный локоть и с неприязнью посмотрела на мужа: — Она показалась мне очень милой. — Арчер фыркнул, и Миранда повысила голос: — И вела себя честнее и любезнее, чем любая другая леди здесь.

Арчер скользнул взглядом по зале, будто верил, что в любой момент среди толпы танцующих может появиться Виктория.

— Она очень хорошая актриса. — Подойдя еще ближе, он словно отсек своей массивной фигурой шум, доносящийся из залы. — Извините, что был с вами резок, — звучный голос убеждал и настаивал, — вы не могли знать…

Взглянув через плечо, он обернулся к Миранде, и та изумилась, как на него подействовало появление Виктории. До этих пор она даже представить не могла, что супруг может кого-либо опасаться.

— Но теперь знаете, — продолжил он, даря ей ласковый и умоляющий взгляд серых глаз. —

И мне бы очень хотелось, чтобы больше вы с ней не общались.

«Приятные слова, только вот за ними недвусмысленный приказ».

В груди Миранды заворочалось глухое раздражение.

— Вы что-то утаиваете.

Как и ожидалось, он прищурился и вежливо спросил:

— Например?

— Например, почему ее присутствие так вас беспокоит? Почему ей вздумалось использовать ваше имя? — решительно перечисляла Миранда, не давая ему возможности отступить. — И почему у вас обоих одинаковый, но крайне редкий цвет глаз, при том, что вы совсем не родственники?

Глаза Арчера превратились в щелочки, грудь резко поднялась — налицо были все признаки приближающейся вспышки гнева. Что ее совсем не волновало.

— Я должен разложить все по полочкам? — прошипел он.

— Конечно.

Миранда ожидала крика, но Арчер лишь склонился над ней, подобно темному ангелу мщения:

— Она живет в позоре, а ее репутация так запятнана, что, пока мы тут разговариваем, Челтенхем наверняка предлагает ей уехать. Общение с сей особой лишь навредит вашему положению в свете.

Миранда даже рот раскрыла.

— Никак не ожидала от вас подобного! Беспокоиться о пагубном общении и запятнанной репутации!

Арчер вздрогнул, словно получил пощечину. Какое-то ужасное мгновение он сверлил жену глазами.

— Держитесь от нее подальше, Миранда, — наконец приказал он и оставил ее в углу в одиночестве.

— Проклятье!

Арчера не было ни в холле, ни на балконе. Быстрый осмотр столовой, гостиной и бальной залы тоже ничего не принес. Как такой крупный мужчина мог исчезнуть менее чем за пять минут?

Пройдя по темному коридору, Миранда поднялась по узкой лестнице, ведущей в ту часть дома, где располагались хозяйские покои. Арчер вполне мог переступить границы светских условностей и укрыться в личных комнатах Челтенхема. Или бросить ее здесь. Последняя мысль заставила грудь сжаться от боли. Шаг Миранды стал легче, страх быть обнаруженной придал осторожности: она совсем не хотела натолкнуться на кого-либо, кроме мужа.

Большие двойные двери, находящиеся ближе к концу коридора, были распахнуты. Желтый свет из дверного проема ложился на ворс темно-красных ковров узором из прямоугольников. Оттуда доносились голоса: невнятное чередование громкого и тихого. Миранда замешкалась, узнав одного из говоривших.

Согласно изощренным представлением леди Челтенхем об элегантности, дверной проем украшали тяжелые парчовые драпировки, по обеим сторонам стояли две статуи черного мрамора в натуральную величину, изображающие Аида и Персефону. Черная рука Аида тянулась к отвернувшейся богине, будто в призыве был приоткрыт его каменный рот. Облокотившись на холодную мраморную ногу Персефоны, Миранда подалась вперед.