Пластит
Шрифт:
Пробираясь сквозь толпу, Зара направилась к Большому и… наткнулась на милицейское металлическое ограждение площади перед театром.
Впрочем, в этом ограждении было два прохода, в них стояли молодые солдаты и менты, пропускали по билетам на праздничный концерт.
Зара остановилась, наблюдая.
Да, похоже, это для нее безопасно – люди предъявляют билеты и проходят к театру, никто их не обыскивает. Правда, из-за скопления публики в этих узких проходах уже давка…
Мысленно произнеся короткую молитву и вспомнив мотив песни Муцараева, Зара
– И чё у тебя в этом ранце гребаном? Кирпичи, что ли?
Извернувшись, Зара чуть высвободила ранец, протянула ментам свой билет и – прошла к театру.
– Мужик, это твой паспорт?
Ахмед опасливо посмотрел по сторонам.
Он стоял в офисе службы безопасности «Атриума», рядом на телеэкранах был весь торговый центр, и на одном из экранов, центральном, крутился, повторяясь, эпизод на эскалаторе – как пацаны, якобы случайно, толкнули Ахмеда и как Ахмед, сойдя с эскалатора, стал в панике хлопать себя по карманам.
Отказываться было нелепо, но Ахмед еще молчал.
Молодой конопатый парень, дежурный сотрудник службы безопасности, посмотрел в его в паспорт и прочел:
– Кадыров Ахмед… Тезка твой, что ли? Или родственник?
– Чей? – спросил Ахмед исподлобья.
– Ну чей! Кадырова.
– А-а. Ну да, родственник. Двоюродный брат.
Конопатый стал куда приветливей, даже перешел на вы:
– Значит, ваш паспорт?
– Мой.
– А чё ж не обращались? Мы что, сами должны и ворье ловить, и пострадавших? Держите свой паспорт и дуйте к ментам на Курском вокзале, в 37-е отделение. Мы эту шпану туда сдали. Со всем, что они у вас стырили. Много там денег было?
Ахмед, взяв паспорт, молчал.
– Ну, идите, – сказал парень. – Что ж вы стоите?
– Я могу идти? – недоверчиво переспросил Ахмед.
– А вы хотите остаться?
Поглядев конопатому в глаза, Ахмед повернулся и ушел.
Парень покрутил головой:
– Ну, люди! Ни спасибо…
За кулисами Большого театра ведущий администратор с программой обходил гримерные:
– Иосиф Давыдович, вы открываете!..
– Алла Борисовна, что вы исполните?..
– «Любэ», вы готовы? Десять минут до начала!..
Тем временем лимузины с правительственными мигалками швартовались у служебного входа Большого театра. Это прибыли мэр города, министры и другие высокие должностные лица…
В штабе «Перехват шахидки» все офицеры сидели на телефонах… работали «прослушки»… Но нервозность нарастала.
– Уже полдня шахидка в городе, а у нас никаких данных!..
Десятки ментов и особистов с собаками и переодетые в гражданское оперы «наружки» блокировали все ворота в ЦПКиО, где ни о чем не ведающая публика продолжала массовое гулянье, и модная «Фабрика звезд» зажигала с эстрады многотысячную толпу…
И то же самое – в Лужниках, где Андрей Макаревич
А в Торговой палате на Моховой подполковник Климов беседовал с группой московских чеченцев, выходцев из Шатайского района – молодых и пожилых, стильно одетых и ухоженных.
– Как ваш бизнес? В порядке?
– В порядке… Все в порядке… – заверяли его чеченцы.
– И налоговая служба не имеет к вам претензий?
– Нет, мы платим налоги! Все хорошо, слава Аллаху.
– Аллах акбар! – подтвердил Климов. – Но мы также знаем, что через посредников вы отправляете откупные в свой район, а точнее – тамошним бандитам, чтоб они там не трогали ваших родственников. – И, упреждая протесты, Климов поднял руку: – Нет, я вас не осуждаю, я сам только что оттуда, видел Кожлаева и других зверей. Но! Если вы хотите и дальше не иметь проблем с налоговой службой, нам срочно нужна информация обо всех, кто в последние дни появился оттуда в Москве. Любой новый человек – мужчина или женщина. И я честно предупреждаю: если потом выяснится, что эту информацию кто-то скрыл, не сообщил или скажет, что не придал значения…
На площади перед Большим театром Зара двигалась в толпе к колоннам главного входа… зашла под колонны…
Здесь перед дверью стояли охранники:
– Побыстрей!.. Приготовьте билеты!.. Все пройдут!.. Приготовьте билеты!..
Показав билет, Зара прошла и…
За дверью оказалась еще одна проверка: рама и ленточный транспортер аппарата «Шмель-90/К» для проверки-просвечивания на металл и взрывчатку.
А охранники торопили:
– Мобильные телефоны, ключи и сумочки – сюда! Проходите…
Зара остановилась, попятилась. Но ее подтолкнули.
– Девушка, ну что вы?
– Я… я это…
А ей нетерпеливо:
– Ну, вы идете? Нет?
И уже подошел охранник:
– В чем тут дело?
– Я это… Я билет уронила… – сказала она.
– Где?
– На улице, наверное…
– Ну, иди ищи. Только по-быстрому. Без билета не пустят.
Пятясь, Зара выбиралась наружу и облегченно перевела дух. О Аллах, как ей быть? Может, рвануть прямо здесь и дело с концом! Да, сейчас она так и сделает! Вон за ограждением на площади – тоже сцена и толпа. Пусть там нет Кобзона и Пугачевой, но все равно это центр Москвы, масса народу…
Тем временем поток зрителей двигался прямо на нее, и в этом потоке была Катя с отцом.
Зара сунула руку в карман.
И вдруг спохватилась – нужно позвонить Ахмеду и сказать, что сейчас она сделает это! Действительно, куда он пропал? И зачем он следил за ней, если не для того, чтобы снять на видео, как она сделает это? Ведь там, в горах, ей говорили, что весь мир увидит, как она сделает это. Так пусть он приготовится…
Зара достала мобильный, включила его, дождалась, пока он «пропишется» в сети, и набрала номер Ахмеда.