Пластит
Шрифт:
– Не стой на месте, это привлекает внимание. Иди, смотри на витрины…
Зара послушно пошла вдоль витрин, говоря в мобильный:
– Но вы смотрите, как они живут! Развлекаются! Когда мы там, в горах… Да я их сейчас!..
– Нет! Тут мало народа! Ты забыла? Нам нужно много народа! Помни про Мусу. Все! Отбой!
– Подождите! Я хочу…
– Все! Связь только сорок секунд, иначе засекут. – И трубка загудела сигналами отбоя.
Зара, дав отбой, еще раз огляделась по сторонам. Ахмеда нигде нет, а людей вокруг действительно
И действительно, в Москве еще было утро. Готовясь к празднику, город поливал улицы, включал фонтаны, натягивал праздничные растяжки, мыл окна, разминался на стадионах и слушал «МузТВ».
Тем временем к массивному зданию ФСБ на Лубянке одна за другой прибывали служебные «ауди» с маячками на крышах…
А Зара со своим смертоносным ранцем за плечами шла по торговой галерее на первом этаже «Атриума», увидела киоск театральной кассы и услышала мегафонный голос:
– Билеты на любые спектакли и концерты! Цирковые представления и экскурсии по Москве! Последние билеты…
Зара остановилась у афиши. О Аллах, сколько возможностей! Театр «Ленком», спектакль «Ва-банк»… МХТ, «Последняя жертва»… «Сатирикон»… Она может пойти на любой спектакль, и там… Но разве она забыла инструктаж по выбору цели? И Зара вернулась взглядом к первой строке: «Большой театр, торжественный концерт в честь Дня России. Звезды эстрады, театра и кино».
Она усмехнулась, подошла к окошку.
– А в Большой театр есть билеты?
– На когда? – спросила очкастая кассирша.
– На сегодня.
– На сегодня остался один билет на дневной концерт, в два часа. Устроит?
– А сколько стоит?
– Семьсот рублей.
– Семьсот рублей?!
– Так ведь звезды! Кобзон, Пугачева, «Любэ», Жванецкий… И в самом центре, семнадцатый ряд! Я отложила подруге, а она заболела. Будете брать?
Какая-то молодая женщина, держа за руку сына на трехколесном велосипеде, подошла к кассе, спросила через плечо Зары:
– А на сегодня есть в Большой?
– Да вот, девушка решает… – сказала кассирша.
– Беру, беру! – Зара поспешно достала деньги, подала в окошко тысячную купюру.
Кассирша вручила ей билет и сдачу:
– Считайте, что вам повезло.
Сжимая в руке билет, Зара отошла от кассы. Действительно, ей повезло, она сделает это в Большом театре!
И спохватилась, вернулась к окошку:
– А где это – Большой театр?
Кассирша уставилась на нее:
– Большой? Метро «Театральная»…
– Спасибо.
Зара снова отошла от кассы, а кассирша посмотрела ей вслед поверх очков и покачала головой:
– Надо же! Большой не знают где…
Директор ФСБ, выйдя из служебного «мерседеса», лифтом поднялся в свой кабинет. Здесь уже собрались его замы, начальник Антитеррористического центра, начальник Оперативной службы и другие руководители
Директор положил на стол шифрограмму.
– Она уже в Москве.
– Кто? – спросил новоприбывший.
– «Невеста Аллаха». Читаю. – И директор прочел им шифровку: – «Сегодня в 07.12 утра системой RPS в Шатайском районе Чечни перехвачен телефонный разговор полевого командира Кожлаева с неопознанным абонентом в Пакистане. Разговор происходил на южнотюркском наречии. После перевода и дешифровки терминов определено: на требование об отчете за полученные от пакистанского абонента средства Кожлаев сообщил, что „направил в Москву невесту с подарком ко Дню России“, и заверил заказчика: „Свадьба будет такой громкой – все телевизоры покажут!“ – Директор положил шифровку на стол. – Это все. Никакой ориентировки на эту „невесту“. А что у нас есть на Кожлаева?
– Отпетая сволочь и зверь, – сообщил начальник АТЦ. – Постоянно перемещается, больше недели не сидит на месте. Собственноручно расстреливает наших раненых, отрубил пальцы десятилетней заложнице. Пришлось обменять ее на его брата, тоже бандита.
– То есть прижать его нечем?
– К сожалению.
– Тем не менее, – сказал директор, – сегодня День России, а террористка в Москве. Заседать некогда. Она может взорваться в любой точке и унести сотни жизней. Приказываю поднять по тревоге всю оперативную службу, задействовать все источники информации в кавказской диаспоре и все городские и областные УБОПы МВД.
– Шатайский район граничит с Грузией… – подсказал зам.
– Значит, погранцам: закрыть все тропы в Панкийское ущелье и задействовать свою разведку. ГУВД по Южному федеральному округу дать указание на выявление информации по Кожлаеву. И это… он говорил с Пакистаном. Значит, подключите армию, Службу внешней разведки. А по Москве объявляю операцию «Перехват шахидки», действуем по плану «Невод». – И директор взглянул на настенные часы: – Доклад в 12.00.
А Зара посмотрела на часы, висевшие в «Атриуме» над торговой галереей. 10.17 утра. То есть ехать в Большой театр еще рано, придется ждать. Но зато… «Муса, ты слышишь? Я сделаю это в Москве, в Большом театре! Я взорвусь и взорву Кобзона, Пугачеву, „Любэ“, Жванецкого… Да, я устрою им День России!»
Улыбаясь своей удаче, Зара достала мобильный, набрала номер и с гордостью доложила по-чеченски:
– Ахмед! Я купила билет в Большой…
– Стоп! – резко перебил ее Ахмед, ехавший поодаль на эскалаторе, но тут же сменил тон: – Извини, просто не надо мне звонить, пожалуйста…
– Но я хотела сказать, что…
Гудки отбоя.
Зара обиженно пожала плечами. Что подозрительного может быть в разговоре о билете в Большой театр? Впрочем, это не ее дело. У нее есть время до двух, и, пожалуй, она купит себе мороженое.