Плата Харону
Шрифт:
— Сайд Сафаров.
— Нет, я не слышал такую фамилию, — сказал Дронго. — Хотя подождите, но, если он ваш брат… значит, вы дочь известного хирурга-кардиолога Махмуда Сафарова. Ваш отец был министром здравоохранения, до этого работал в Ленинграде и Тбилиси. Правильно?
— У вас хорошая память. Да, я по отцу Сафарова, кивнула женщина.
Теперь он знал, что не ошибся. Пришедшая к нему молодая женщина была из очень известной семьи, в которой настолько сильно чтили семейные традиции, что визит незнакомки к неизвестному
— Может, вы все-таки снимете пальто, — предложил Дронго, — у меня в квартире довольно тепло. Вы можете простудиться, когда отсюда выйдете.
Она кивнула и, поднявшись, опустила пальто на руки Дронго. Платок оставила у себя. Он отнес пальто, повесил его в прихожей и вернулся в комнату.
— Может, я вам принесу чай?
— Нет, спасибо, — поблагодарила она, — я не хотела бы вас утруждать.
Он сел на прежнее место.
— Я вас слушаю, — сказал он, обращаясь к нежданной гостье, — чем могу быть вам полезен?
Она снова смутилась. И он опять терпеливо ждал, пока она заговорит.
Молчание становилось просто неприличным, когда она наконец произнесла:
— Мне про вас много рассказывали…
— Это я уже понял, — он по-прежнему старался подтолкнуть ее; Было совершенно очевидно, что она никак не Может начать рассказ.
— Я хотела бы получить ваш совет… вашу консультацию, — поправилась она.
— Сначала мне нужно знать, какой совет вы хотите получить, — ответил Дронго.
— Это даже не совет, — быстро сказала женщина, словно опасаясь, что раздумает, и добавила:
— Мне нужна ваша помощь.
Дронго молчал. Нужно дать возможность женщине собраться с духом и высказать все, что она хочет. Очевидно, это было что-то глубоко интимное. На лице гостьи отражалась целая гамма чувств — от растерянности до испуга, от неуверенности до решимости.
Наконец она сказала и следующую фразу:
— Мне говорили, что вы лучший аналитик. И вообще самый лучший специалист в разного рода запутанных историях.
— Возможно, — сказал Дронго, — хотя я в этом совсем не уверен.
По-видимому, вам нужна моя помощь в каком-то личном вопросе? Дело касается лично вас?
— В некотором роде, — ответила женщина, — это очень сложное дело, и я хотела бы, чтобы наш разговор остался только между нами.
— Разумеется, — сразу кивнул Дронго, — об этом вы могли бы не говорить.
Теперь она уже не колебалась.
— Дело касается моего мужа.
— Ему нужно помочь? — уточнил Дронго.
— Нет, — сказала гостья, — его нужно убить.
Глава 2
Только многолетняя практика Дронго помогла ему сохранить хладнокровие.
Он посмотрел в глаза очаровательной незнакомке.
— Я не ослышался, — спросил он, — вы
— Да, — кивнула она, нервно теребя сумочку.
— В таком случае вы перепутали адрес. Я действительно иногда занимаюсь трудными вопросами, но лишь помогаю людям найти решение их проблем, распутывая разного рода преступления. Я аналитик, а не убийца. Разве брат не говорил вам об этом?
— Говорил. Но вы меня не совсем поняли.
— Слово «убить», кажется, исключает возможность другой трактовки. Или у вас есть своя версия? В любом случае я не буду заниматься вашим вопросом. Я никогда не занимаюсь бытовыми проблемами, даже тогда, когда жена не очень любит своего мужа.
— Напротив, — возразила женщина, — я очень люблю своего мужа.
— В таком случае я действительно ничего не понимаю, — развел руками Дронго.
— Дело в том, что я по отцу Сафарова, а по мужу Блумберг. Может, вы слышали о ТРАСТ-банке?
— Дело Сергея Блумберга? Конечно, слышал. Там говорили о миллиардных суммах. Так вы его супруга? — понял Дронго.
— Да, — кивнула женщина, — я его жена. И пришла к вам за помощью. Дело в том, что у него требуют двадцать миллионов долларов. А у нас таких денег сейчас нет. И ему дали срок до первого декабря. То есть через три дня он должен либо найти деньги… либо… — Она вздохнула. — Они твердо обещали, что посадят его в тюрьму. У него уже отобрали заграничный паспорт. И мы ничего не сможем сделать.
— Он не может уехать без заграничного паспорта? — не совсем понял Дронго. — В страны СНГ можно выехать и по обычному.
— Это невозможно, — возразила женщина, — у нас многочисленная родня. Мы не знаем, что они могут придумать. Понимаете? Наш сын учится в Англии, дочь живет с нами. У меня трое младших братьев, находятся в разных местах. Их семьи вместе с ними. В общем, мы не знаем, что они могут сделать, но деньги он должен найти. Ему все равно от них не скрыться. Речь идет об очень влиятельных людях.
Вы должны меня понять.
— Во всяком случае, я пытаюсь, — пробормотал Дронго. — Вы хотите сказать, что у вашего мужа нет никаких возможностей выплатить эти деньги. Но ведь активы его банка превышают несколько миллионов рублей.
— Сейчас все заморожено, — возразила женщина. — ТРАСТ-банк поддерживал одного из бывших фаворитов президента. Вы же прекрасно знаете, кого именно, об этом писали все газеты. И фамилию моего мужа упоминали рядом с фамилиями очень известных людей. Этот фаворит слетел со своего поста, его место получил другой, а следом за этим начались неприятности и у моего мужа. Сначала было несколько проверок ревизий. Потом пустили слух о плохом положении банка. И, наконец, теперь, найдя действительно какие-то нарушения, требуют двадцать миллионов долларов. Иначе моего мужа обещают просто арестовать. А из тюрьмы он живым не выйдет.