Плато Чибисова

Сапарин Виктор Степанович

Это была ровная площадка с небольшим, еле заметным наклоном в одну сторону. Здесь росла трава, не такая высокая, как на нижнем лугу, где мы побывали вчера, но усеянная большим количеством цветов чудеснейших расцветок.

Однако не цветы привлекли наше внимание.

Посредине плато, на самом удобном месте, стояло массивное бетонное здание в два этажа.

Нетрудно было узнать в нем наше вчерашнее видение. Дымок, так же как и вчера, вился из трубы, девушка шла с полотенцем к дому, желтенькая собачка лежала

на крыльце.

Юрий посмотрел на меня умоляющим взглядом. Он хотел убедиться, что и я вижу то же самое, что и он.

– Ну вот, - произнес я совершенно спокойно, - вот и станция Академии наук. Сегодня пятнадцатое число. Построена точно в назначенный срок.

Мне было очевидно, что раз существует настоящий, осязаемый дом и в нем есть люди, все прочее не замедлит разъясниться.

Я понял, почему профессор Чибисов звал меня именно к этому числу! Он хотел, чтобы я собственными глазами увидел то техническое чудо, которое позволило забросить целый дом вместе с обитателями за облака, минуя труднопроходимые горные дороги.

Мы направились к станции. Когда мы уже подходили к серому зданию, в воздухе послышался гул мотора и из-за вершины горы показался самолет. Это была тихоходная машина, из тех, что таскают на буксире планерные поезда И сейчас за самолетом тянулся трос. Но на другом конце его, вместо планерного поезда, был прицеплен - это выяснилось через несколько секунд - тот самый... дом, который мы всего несколько часов назад видели на нижнем лугу. Серое, длинное, обтекаемое, сооружение, похожее на баржу, буксируемую небольшим катером, висело в воздухе на больших баллонах, которыми оно было обвязано.

Самолет подтянул эту воздушную баржу к месту, обозначенному разложенными на траве белыми полотнищами, и отцепил трос.

Летающий дом еще до этого начал снижаться. Баллоны, окутывавшие его, уменьшались в объеме и сморщивались. От концов "баржи" отделились связки веревок и, развиваясь на лету, вытянулись в нечто вроде гайдропов. Концы их волочились уже по земле.

Из дома, стоявшего на плато, выбежали люди, подхватили канаты и стали подводить вновь прилетевший дом к предназначенному для него месту.

Всем распоряжался человек в кожаной куртке и в желтых сапогах.

Причальная команда держала дом на привязи над местом, обозначенном колышками. Дом опускался на предназначенную для него площадку, входя выступами в нижней части в углубления, сделанные ранее в почве По-видимому, это и были те "канавки", о которых рассказывал Юрий.

Юрий принимал горячее участие в причаливании летающего дома. Он бегал от одного конца здания к другому, хватался за канаты, тянул изо всех сил, суетился гораздо больше других. Что касается меня, то я, сбросив, как и Юрий, свой рюкзак на землю, с увлечением занимался съемкой.

Дом уже прочно стоял в гнезде. По указаниям человека в

кожаной куртке его соединяли наглухо с фундаментом, роль которого выполнял каменный костяк горы. Такой дом не сдвинут ветры, которые, по словам Юрия, свирепствуют здесь зимой и осенью! Теперь я понял, почему обоим зданиям станции придана обтекаемая форма...

Начальник строительства инженер Егоров (человек в кожаной куртке) объяснил мне некоторые непонятные для меня вещи.

– Скажите, - спросил я его, - две недели назад мне говорили, что станция заканчивается постройкой, а между тем здания устанавливаются только сейчас. Вы опоздали?

– Нет, мы работаем по графику. Но вам дали правильную справку, ответил он.
– Ведь здания строились не здесь, а на заводе бетонных конструкций. Сюда мы доставили станцию не только построенной, но и с полностью оборудованными лабораториями. Это удобнее было делать на месте, чем здесь в горах.

– Каким же образом удается такую тяжесгь, - я указал на дом, перевозить по воздуху?

– Тяжесть?
– инженер усмехнулся Он поискал взглядом в траве, поднял с земли большой серый брусок правильной формы и подал его мне.

Я расставил руки, готовясь принять этот груз, и заранее инстинктивно напружил мускулы. Брусок подскочил в моих руках вверх. Он ничего не весил! Вернее, весил так мало, что усилие, которое я приложил для того, чтобы удержать мнимую тяжесть, заставило мои руки подняться вверх.

– Что это такое?

– Слыхали про такой материал - пенобетон? Это застывшая пена. Данный пенобетон - специальной марки, на 95 процентов состоит из воздуха. Материал очень прочный, прекрасно сохраняет тепло и хорошо изолирует звук. Мы отливали оба здания целиком в больших разборных формах.

Я держал в руке воздушный невесомый кирпич и с любопытством рассматривал его. Миллионы воздушных пузырьков, скрепленных цементом какой-то особой сверхпрочной марки, - вот что представлял собой пенобетон.

С одного угла кирпич был обломан. Серая ноздреватая поверхность напоминала пемзу.

Кирпичи предназначались для подгонки здания к фундаменту и были доставлены вместе с летающим домом.

Начальнику строительства видимо понравилась моя любознательность и он с явным удовольствием отвечал на все мои расспросы.

Он показал мне кольца в стенах здания, к которым привязывались баллоны с водородом. Внутри здания во время перелета был "экипаж" из четырех человек.

Остановка на нижнем лугу была промежуточной. Здание посадили на песчаной полосе на берегу ручья, чтобы сменить баллоны. От завода, где дома были отлиты, они шли сюда на высоте 2000 метров. На промежуточной стоянке ставились дополнительные баллоны, которые давали возможность поднять здания на плато Чибисова, на высоту 4000 метров над уровнем моря.