Плененная горцем
Шрифт:
Когда смертельного удара не последовало, Амелия открыла глаза. Мускулистый дикарь, тяжело дыша, стоял возле ее кровати. Его секира была занесена и сверкала в лившемся из окна лунном свете. Длинные волосы дикаря слиплись от грязи, или пота, или речной воды — точнее она понять не могла. Но самым ужасным было то, что в его глазах светился поистине адский огонь ненависти.
— Ты не Беннетт, — произнес он с гортанным и рычащим шотландским акцентом.
— Да, не Беннетт, — ответила девушка.
— Кто ты?
— Я Амелия Темплтон.
Он
— Ты англичанка, — прорычал он.
— Верно. А кто ты и как ты смеешь посреди ночи врываться в мою спальню?
Она и сама не понимала, откуда взялось у нее столько храбрости и решимости, чтобы дерзко поинтересоваться его именем, в то время как сердце, подобно молоту, стучало у нее в груди.
Горец сделал шаг назад и опустил секиру. У него был низкий, наводящий ужас голос.
— Я — Мясник, и если ты, девушка, закричишь, это будет твой последний вздох.
Она прикусила язык, потому что ей не раз приходилось слышать рассказы о кровожадном Мяснике Нагорий и его мерзких предательских действиях. Всюду, где он появлялся, за ним тянулся кровавый след. Если верить легенде, он был потомком Гиллиана Боевого Топора, который некогда разгромил подошедший к берегам Шотландии флот викингов. Мясник никогда не расставался со своим ужасным орудием смерти и был якобитским предателем до мозга костей.
— Если ты тот, за кого себя выдаешь, почему ты меня не убил? — спросила Амелия, ощущая дрожь во всем теле от страха и неуверенности.
— Сегодня вечером я хотел убить другого человека. — Его быстрые, как у зверя, глаза обежали комнату, словно в поисках того, за кем пришел. — Чья это комната?
— Здесь нет никого, кроме меня, — попыталась напомнить ему девушка, но его пылающий взгляд обдал ее таким жаром, что она решила ответить подробнее. — Если вы ищете полуполковника [1] Ричарда Беннетта, то мне жаль вас разочаровывать, но он покинул форт.
1
Военное звание (чин) в XVII и начале XVIII веков. Современный русский вариант — подполковник. (Здесь и далее примеч. ред., если не указано иное.)
— Куда он уехал?
— Я точно не знаю.
Он разглядывал ее освещенное луной лицо.
— Ты его шлюха?
— Простите?
— Если это так, я мог бы отрубить тебе голову прямо сейчас и оставить ее в коробке на этом столе, чтобы он мог полюбоваться ею по возвращении.
Тошнотворный ужас перевернул все ее внутренности, когда она представила себе свою голову в коробке. Куда он положит все остальное, что от нее останется? Вышвырнет обезглавленное тело в окно?
Она попыталась выровнять дыхание. Вдох-выдох…
— Я не шлюха полуполковника Беннетта. Я его невеста. Мой отец был полковником английской армии и пятым герцогом Уинслоу. Так что,
Это была ложь, но она решила, что не позволит ему увидеть ее страх.
Что-то в его лице переменилось. Большой рукой он крепко сжал рукоять секиры и приподнял оружие, опершись им на край кровати. Амелия безмолвно уставилась на ужасный крюк на конце топора, прижавшегося к ее бедру. Она также заметила огромный палаш в ножнах и кремневый пистолет на поясе.
— Вставай, — скомандовал он, ткнув в нее концом секиры. — Я хочу на тебя взглянуть.
Амелия сглотнула подкативший к горлу тошнотворный ком. Неужели он решил ее изнасиловать и лишь затем убить?
Да поможет Господь им обоим, если он попытается это сделать!
Он ткнул ее сильнее, и она, аккуратно откинув одеяло, опустила ноги на пол. Пристально глядя ему в глаза и стискивая одной рукой ворот сорочки, она встала.
— Подойди ближе, — скомандовал он.
Шагнув вперед, Амелия обратила внимание на скульптурно безупречные черты его лица и резко очерченные скулы, на странные, непонятной ей страстью горевшие глаза. Их взгляд зачаровывал. Она почувствовала, что начинает подчиняться им.
Мясник попятился, и она пошла за ним. Она ощутила запах его пота. У него были широкие плечи, массивные бицепсы и огромные мозолистые руки. Это были руки воина, загрубевшие за годы сражений и убийств.
Она снова перевела взгляд на его свирепое и одновременно удивительное лицо и ощутила пустоту в животе. Как ей ни хотелось быть смелой — а в своем сне она всегда была смелой, — она знала, что не сможет тягаться с этим чудовищем. Она понимала, что у нее нет возможности его одолеть, что бы она ни предприняла. Если он захочет надругаться над ней или убить ее, ничто не сможет ему помешать. Она была абсолютно беспомощна: он мог повергнуть ее на пол одним взмахом своей жуткой секиры.
— Что касается твоего жениха, — хриплым голосом произнес он, — то я собирался отполировать на нем свою секиру.
— А сейчас ты хочешь отполировать ее на мне?
— Я еще не решил.
Амелию охватил такой ужас, что она почувствовала, как воздух покидает ее легкие. Ей хотелось закричать и позвать на помощь, но что-то ее словно парализовало: неведомая, почти гипнотическая сила превращала ее мышцы в бесполезную массу.
Горец медленно обошел ее вокруг.
— У меня давно не было женщины.
Он остановился перед ней и загнутым концом секиры коснулся ее плеча. Ощутив холод скользящей по коже стали, девушка почувствовала, как ее захлестывает паника.
— Ты его возлюбленная? — поинтересовался Мясник.
— Конечно, — горделиво ответила Амелия. — Я тоже в него влюблена.
Она действительно всем сердцем любила Ричарда. Ее отец тоже любил его. И пусть Господь поможет этому грязному якобиту, когда ее жениху станет известно о том, что здесь произошло.
— Ты говоришь правду?