Пленники астероида
Шрифт:
– И все же я попробую. Не забывайте, что я робот, и логика машины мне ближе, чем вам.
Комура пошел к двери, открыл ее, и тут они услышали веселый перезвон колокольчиков.
– Поздно, – сказал Комура. – Обед окончен. Время развлекаться.
– Что ж, тогда мы их отобьем, – сказал Посейдон. – Их где поведут?
– Следующим коридором. Он ведет прямо к площадке над бездной.
До следующего коридора было совсем недалеко, но пробиться туда оказалось очень трудным делом: навстречу лился поток ашиклеков. Трудно было представить, сколько их жило на астероиде, наверное
Из-за поворота, в проходе между коридорами, они увидели роботов, которые вели Полину и Юдзо. И ни о какой неожиданности и речи быть не могло. Роботы-охранники заметили Посейдона издали, обернулись к нему, образуя сплошную стену.
Посейдон, оценив ситуацию, развернул голову на сто восемьдесят градусов и, продолжая идти вперед, крикнул:
– Назад, в зал со стеклянной стеной! Я буду пробиваться без вас. Вы мне не помощники. Запирайтесь и не пускайте туда роботов. Поняли?
– Он прав, – сказал профессор Алисе. – Тут мы только зря погибнем.
Они побежали обратно. На этот раз бежать было легко. Они обгоняли запоздавших ашиклеков и, вбежав в длинную смотровую комнату, уже наполненную зрителями, сразу закрыли за собой дверь. К счастью, на ней был не только замок, но и тяжелый засов.
Ашиклеки даже не заметили, что среди них люди, они устраивались поудобнее.
В дверь кто-то ударил с той стороны.
Но Алиса и профессор не обратили на это внимания. Они тоже смотрели на стеклянную стену, ожидая, когда на площадке над пропастью покажутся люди. Но дверца в пропасть почему-то не открывалась. Что-то случилось в коридоре, задержавшее казнь. Профессор и Алиса были в отчаянии. Никакой связи, полная неизвестность. Может, там гибнет в сражении Посейдон? А они здесь, отрезанные от друзей…
14
У двери к бездне в эти секунды никакого боя не было.
Посейдон, не в силах преодолеть сопротивление десятка роботов, остановился, и в этот момент послышался сухой скрипучий голос:
– Пропустите его. Я хочу с ним говорить.
Роботы расступились. Помятый в схватке, с полосами царапин на пластике оболочки, и без того за долгие годы работы разрисованной шрамами – Посейдон был сделан из сверхпрочных материалов, но сколько раз в жизни обнаруживалось, что существуют материалы попрочнее, чем тело старого робота,
– он прошел сквозь строй врагов к большому черному роботу.
– Стой, – сказал Хозяин.
Посейдон остановился. Он был массивней Хозяина, но ниже его ростом.
– Человеческий робот, – сказал Хозяин. – Я вижу, что ты стремишься к своим господам, что твой долг зовет тебя соединиться с ними. Я тебе не буду мешать. Но прежде хочу сделать тебе предложение.
– Говори, кузен, – ответил Посейдон.
– Я не знаю такого слова.
– Это старое слово, его придумали французы. Оно означает – двоюродный брат.
– Почему ты считаешь меня двоюродным братом?
– Потому что все роботы братья, но ты мне брат только потому, что
– Ты можешь стать мне настоящим братом, – сказал Хозяин. – Ты мне удобен. Тебя не надо кормить и одевать, о тебе не надо заботиться. Оставайся со мной, забудь о своих господах. Я разделю с тобой власть на корабле и во всех мирах, которые мы покорим. Ты меня понял?
– Я тебя понял. И сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти людей, которых ты хочешь погубить. К счастью, у меня нет господ и я никому не слуга. У тебя в плену мои друзья, и они ко мне относятся как к другу. Тебе этого не понять. Я не могу стать предателем.
– Не слишком ли много философии для простой железной банки? – произнес Хозяин. – Ты робот, и тебе по пути только с роботами. Сегодня ты нужен людям, завтра они разберут тебя и пустят на переплавку. В них нет благодарности.
– Нет благодарности в тех, кто живет рядом с тобой, на этом астероиде. И ты один из виновников того, что они перестали быть настоящими людьми, а превратились в животных. А что касается смерти, то смерть ждет всех. И нечего ее бояться.
Посейдон говорил не спеша, он тянул время. Он не мог бы объяснить, почему он так делает, – он уже понял, что переубедить Хозяина ему не удастся. Но все равно оставалась надежда. И в этом Посейдон был человеком. Что бы он ни говорил Полине о логике и трезвом расчете, он все равно от долгого общения с людьми научился тому, что надежду нельзя терять, даже если нет никакой надежды.
– Глупец, – сказал Хозяин. – Иди к своим друзьям.
Дверь на площадку, ведущую к пропасти, растворилась.
Посейдон увидел, что там стоят Полина и Юдзо. Полина держала мальчика за руку. Луч прожектора поблескивал на металлических деталях скафандров.
Посейдон не смотрел больше на роботов. Он сам, решительно и спокойно, пошел к двери. Вышел на площадку. Дверь сзади закрылась.
Полина обернулась.
– Хорошо, что ты пришел, Посейдон, – сказала она. – Спасибо. – Вместе нам будет легче.
– Разумеется, – сказал Посейдон. – Еще не вечер. Мы еще погуляем с тобой по Плутону.
– Вы видели моего отца, Посейдон-сан? – спросил Юдзо.
– Твой отец в безопасности, – ответил робот. – Он сейчас видит нас. Видишь это стеклянное окно, за которым множество голов ашиклеков? Там твой отец. Там Алиса. Мы с ними договорились – пока мы будем с тобой бороться против драконов, они организуют наше спасение.
Юдзо обернулся к стеклянной стене и поднял руку, надеясь, что отец его видит. В ответ поднялась рука профессора.
В этот момент были включены дополнительные прожектора.
15
В смотровом зале Комура и Алиса видели, как Посейдон вышел на площадку, видели, как обернулся к ним Юдзо и помахал рукой.
– Держись, мой мальчик, – сказал профессор печально, поднимая руку.
– Он им поможет продержаться, – сказала Алиса. – Посейдон сильный.
– Конечно, конечно, сильный, – согласился профессор. Алисе показалось, что профессор пал духом и не видит выхода.