Плесень
Шрифт:
Шли довольно долго, прежде чем Дэм уловил близкое присутствие сородича. Вампир притаился на бывшей станции там, где уцелел почти полностью свод. Ивец, конечно, тоже его почувствовал.
— Это я, — сказал он. — Со мной двое друзей.
Эва хмыкнула в темноте. Как показалось Дэму — смущённо. Возможно, она жалела о прежней несдержанности. Защитной реакцией на привычную мужскую бесцеремонность была её злость. Вампир приблизился, коснулся пальцами каждого.
— Идите! — разрешил он.
Часовой. Савва поставил караульщика, и тот не ушёл эгоистично с поста, а примерно
Пробрались по станции, засыпанной каменными обломками. Чуть дальше массивная дверь бомбоубежища мостом лежала через рельсовый путь, и Дэм некстати вспомнил маленькую речку наверху — там переправ никто не строил, природа справлялась сама. Ивец пошёл первым.
Просторные помещения загромождало обветшалое прошлое. Дышать его пылью было неприятно, и Дэм подумал, что никогда не переберётся жить под землю, где так уныло, и ничто не смотрит в будущее. Наверху тоже нет людей, зато веет вольный ветер, и лес шумит, и вода не затхлая, хоть и нет уже в ней прежней освежающей сытности.
Савву Офбрана путники нашли в штабном помещении. Здесь сохранился унылый интерьер, свойственный таким комнатам. Металлические стулья уцелели в катаклизме и деревянный стол. У дальней стены темнел массивный по-казённому жёсткий диван. Озарялся закуток примитивной лампой, и Дэма поразило, что она выжила, а главное, нашлось горючее вещество к ней. Жалкий обломок прежнего благополучия казался настоящим чудом. Дэм даже хозяина этих мест разглядел во вторую очередь, всё косился на яркий после полной тьмы свет.
Впрочем, вампир он и есть вампир: крепкий, высокий, глаза сверкают, длинные волосы падают на плечи. Красавец мужчина, причём одетый красавец. Не веря своим глазам, Дэм рассматривал потрёпанные, но настоящие штаны, деликатно подвязанные гибким корешком, и почти целую рубашку. Пуговицы от неё забрала себе злая судьба, да и найдись они — пришить было бы нечем. Нитки исчезли из обихода вместе с человеческой цивилизацией.
Савва учтиво поклонился и Дэм вежливо ответил. Некстати пришло в голову, что люди обхохотались бы, имей они возможность посмотреть на представляемый фарс со стороны. Два вампира, один практически голый, другой в ветхой рванине, обмениваются церемонными приветствиями в чудом уцелевшем углу прошлого. Оба босы, а волосы в последний раз расчёсывали пятернёй, да и то давненько. Где-нибудь на окончательных руинах выжившие упыри смотрелись адекватно, но в этой казённой комнате среди фабричной мебели все четверо предстали перед миром идиотами. Хотя нет — пятеро. Дэм лишь теперь разглядел женщину в глубине помещения. Словно дожидаясь
Как и Эва, одеждой другая девушка пренебрегла, и осуждать вынужденное неприличие желания не возникало. Худощавая смуглая брюнетка неплохо смотрелась и без покровов. Природа оделила её не так щедро, как белокурую приятельницу Ивеца, но спортивная подтянутость и минимализм выглядели привлекательно. Стоили друг друга и мужского внимания эти две красивые девушки. Дэм опять раскланялся, и приняли его учтивое приветствие благосклонно. Блеснули в улыбке аккуратные зубы. Девушка села, красиво положив ногу на ногу. Эва слегка засопела рядом.
Пока Дэм отвлекался на некогда столь волнующую женскую тему, Савва успел пригласить гостей к столу. Угощения на нём не было, документы не лежали. Бумага исчезла вместе с людьми, а вампиры даже глиняные таблички делать не научились, да и не переживали по этому поводу, обладая хорошей памятью и не стремясь ни с кем ничем делиться.
— Я рад, что ты откликнулся на мой призыв, — сказал Савва.
Прозвучало так светски, что Дэм мысленно поморщился. Ну не вязался этот аристократизм из прошлого с прорехами в ветхих штанах, а то и с ничем не покрытыми задницами. Словно весь зрительный зал давно ушёл, а актёры упрямо доигрывали скучную пьесу, чтобы не лишиться места и жалованья. Убедить себя, что они-то хороши, плох постановщик.
— А твари дрожащие, правда, существуют? — спросил Дэм с детским простодушием.
Брюнетка одобрительно улыбнулась ему, Эва презрительно фыркнула за спиной. Савва степенно кивнул.
— Да, и беспокоят нас всё больше. Сначала мы думали, что это отдельные личности и совладать с ними не составит труда, но их оказалось довольно много, а главное, выяснилось, что они организованы и, значит, нам тоже пора объединять силы.
— А они точно враги? — задал ещё один детский вопрос Дэм.
Взрослые на ум не шли, он не притворялся.
— Мы тут живём небольшой общиной, — вступила в разговор брюнетка. — Людей ведь нет, издеваться не над кем, потому многим скучно. Двое наших исчезло. Вдруг их убили эти убогие?
— Выпили кровь, и им ничего не сделалось, или сделалось, но они готовы пренебречь последствиями, — педантично уточнил Савва. — Они подлинно враги.
Дэм ощущал в себе странное легкомысленное желание отстраниться от обсуждаемых вещей, оставить их в ряду несерьёзных. Две красивые женщины — это интересно, речка в лесу — да, но твари, способные совладать с вампиром? Словно сказку на день слушаешь, а отвык уже.
Логика подсказывала, что у вампиров, в принципе, могут образоваться могущественные враги. Несколько особей, например, объединившиеся против одной, но опыт твердил, что эгоизм, свойственный бессмертным, всегда разведёт их в разные стороны. Лень ещё постарается. Слишком долго племя жило для себя самого, всем пользуясь, но ничего не создавая. Не научится оно по-другому, закоснело в том, что есть. Представить себе планомерную войну вообще не удавалось, всё равно, что собрать армию кошек: пошлют они тебя по известному адресу и займутся своим делом.