Плешаков
Шрифт:
«Несколько раз Петр Степанович прилетал в Джемансор, где на базе военного городка авиационной части была развернута временная стартовая позиция ВСП-12, — вспоминал Ю. А. Спиридонов, главный конструктор направления, а впоследствии директор ЦНИРТИ. — Позиция находилась в казахстанской степи и летом температура превышала 40 °C в тени. Протекавшая неподалеку речка Сагыз местами пересыхала, образуя цепь больших и малых бочагов, богатых рыбой — язем, окунем, щукой, плотвой.
Во время приездов Петр Степанович при случавшихся вынужденных “окнах” в работе вывозил сотрудников на рыбалку. Выезжали всем коллективом — человек 20, на двух или трех машинах. Ставили сеть. Петр Степанович отправлял
Петр Степанович был всегда требователен к качеству и четкости проводимых работ. Впоследствии это сыграло немаловажную роль при анализе причин неудачного пуска, после которого были выявлены недочеты в конструкции обтекателей, под которыми размещались наши станции “Крот”.
Будучи заместителем министра и затем министром радиопромышленности, Петр Степанович уделял должное внимание тематике по защите ракет. Присутствуя на одном из торжественных заседаний института, он в своем выступлении сказал, что одним из решающих факторов успешного подписания Договора 1972 года между СССР и США о неразвертывании ПРО явились работы ЦНИИ-108 по оснащению стратегических ракет СССР средствами преодоления ПРО и результаты их летной обработки, зафиксированные американскими средствами наблюдения».
Средства космического радиотехнического наблюдения
В 1957 году в Советском Союзе был впервые осуществлен запуск на орбиту искусственного спутника Земли. Это немедленно открыло в институте дискуссии о возможности ведения РТР из космоса с целью получения непрерывной и скрытной информации о местоположении и технических характеристиках радиотехнических объектов вероятного противника. Одним из первых, кто оценил перспективы ведения РТР из космоса, был, конечно, П. С. Плешаков, имевший к тому времени большой опыт разработки и эксплуатации аналогичных наземных и авиационных средств.
Уже с конца 1950-х годов начались интенсивные работы по созданию космических средств разведки. Первой аппаратурой для обнаружения и анализа излучения радиолокационных станций стала 12-канальная приемно-анализирующая аппаратура «Куст-12» (К-12), созданная под руководством главного конструктора А. В. Загорянского при непосредственном участии в разработке директора института П. С. Плешакова. Успешное использование аппаратуры К-12 показало, что радиотехническое наблюдение из космоса может быть весьма эффективным. Сигналы наземных РЛС отчетливо принимаются аппаратурой. На них не влияют ни ионосфера, ни грозовые разряды атмосферного происхождения.
Позднее, также при участии П. С. Плешакова, была разработана 24-канальная аппаратура радиокосмического наблюдения «Куст-40» (К-40). Аппаратура К-40, ввиду большей чувствительности, была гораздо более информативной. Здесь же, в ЦНИИ, под руководством П. С. Плешакова, началась разработка бортовой аппаратуры системы морской космической разведки и целеуказания (МКРЦ) «Кортик». Ввиду большой загрузки института разработкой системы «Целина» завершение работ по этому направлению было передано КНИРТИ, а головным предприятием являлся ЦНИИ «Комета». Аппаратура МКРЦ была запущена в 1974 году, а в 1977 году началась ее успешная штатная эксплуатация. Создание этой аппаратуры было отмечено Ленинской и Государственной премиями.
Впоследствии было создано и поставлено на службу несколько модификаций
Создание систем космического наблюдения, начатое по инициативе П. С. Плешакова, было поддержано сменившим его в должности директора института Ю. Н. Мажоровым. Непосредственное руководство научно-изыскательской и конструкторской разработкой приняли на себя ведущие специалисты ЦНИРТИ — А. В. Загорянский, А. Г. Рапопорт, М. Е. Заславский, Е. Е. Фридберг, Л. М. Табачников, Л. Ю. Блюмберг. Всемерное развитие и усиление этой темы было предпринято при участии С. Ф. Ракитина, Л. И. Зорина, А. А. Лебедя, В. С. Ионова, А. В. Панфилова, Е. М. Сыроелова, Э. Ф. Мешкова, А. И. Зотова и других сотрудников института.
11 декабря 1961 года с космодрома Байконур ракета-носитель «Восток» должна была вывести на околоземную орбиту первый советский разведывательный спутник «Зенит-2», но на 407-й секунде полета из-за сбоя в системе управления произошел аварийный подрыв ракеты-носителя. 26 апреля 1962 года второй «Зенит-2» успешно вышел на орбиту, получив официальное наименование «Космос-4». В ходе полета из-за стравливания воздуха из баллонов через клапан дренажа произошел отказ основной системы ориентации, и спускаемый аппарат был возвращен на землю по прошествии всего трех суток. Хотя значительная часть полета «Космоса-4» проходила в неориентированном режиме, фотографирование все же проводилось, и удалось получить некоторый материал. Третий «Зенит» («Космос-7») был запущен 28 июля 1962 года и успешно возвратился с фотографиями 11 дней спустя.
В рамках летно-конструкторских испытаний (ЛКИ) было проведено 13 запусков космических аппаратов «Зенит-2», три из них закончились аварией ракеты-носителя. Всего в рамках ЛКИ и штатной эксплуатации пуск космического аппарата (КА) «Зенит-2» проводился 81 раз. Под более совершенную аппаратуру с лучшим разрешением для детальной фото- и радиоразведки ОКБ-1 разработало эскизный проект нового разведывательного спутника «Зенит-4» (4К). Летно-конструкторские испытания его начались 16 ноября 1963 года.
С. П. Королев спокойно отдавал на сторону все, что являлось рутинной работой и мешало продвижению вперед, поэтому серийное производство КА «Зенит-2» с 1964 года было организовано в Куйбышеве (ныне Самара). Сюда, в филиал № 3 ОКБ-1, возглавляемый конструктором ракетно-космической техники Д. И. Козловым, были переданы все материалы по космическому аппарату «Зенит-2», а также по ракете-носителю. С 1968 года начался постепенный переход на модернизированные КА «Зенит-2М», а количество запусков «Зенита-2» стало сокращаться. Всего было разработано восемь модификаций аппаратов данного типа, и разведывательные полеты продолжались вплоть до 1994 года.
Трудно переоценить роль и значимость П. С. Плешакова в создании систем радиотехнической разведки. Он одним из первых понял и оценил возможности ее ведения из космоса. Им был основан коллектив специалистов, создавший системы космической РТР и продолжающий их создавать в настоящее время. Нарушив монополию Министерства общего машиностроения, он смог добиться возложения головных функций по системам РТР на институт. Им была выстроена могучая кооперация предприятий (около 150 НИИ, КБ, заводов, более 20 министерств и ведомств), обеспечивающих создание названных систем. В качестве председателя межведомственного координационного совета он совместно с первым заместителем министра общего машиностроения СССР в течение многих лет осуществлял координацию работ по созданию систем космической РТР.