Плейбой
Шрифт:
– Я больше жить не хочу, – сквозь слезы твердил Антон. – Я уже не выдерживаю. Пусть и моя жизнь на этом закончится…
– Успокойся, будем еще жить, наше время еще не пришло. Бог нам сам об этом сообщит.
Антон посмотрел на лежащее бездыханное тело, которое соседка накрыла простыней, и еще больше разрыдался.
– Я хочу уехать… уехать отсюда, куда глаза глядят. Из этого города, из этого ада… Не знаю, как все переживу, но мне все надоело… Кирилл, что будет теперь?
– Потом поговорим, – успокаивал
На похороны пришли все сотрудники фирмы. Приехали несколько довольно представительных деловых мужчин. Некоторых Антон уже знал по работе в Москве. Антон с ними уже несколько раз встречался в столице и здесь, когда они приезжал к шефу. Он увидел и Николая, но тот не стал к нему сразу подходить, заметив его состояние. Потом он все же подошел, взял его за плечо:
– Держись, дружок, – сказал подавленным голосом Николай. – Прими мои соболезнования и держись. Владимир Сергеевич всегда говорил мне, что ты сильный человек.
Антон поднял на него глаза.
– Какой я сильный? Это я при нем был такой, а сейчас?
– Возьми себя в руки и будь в форме.
– Не могу, – признался Антон. – У меня земля уходит из-под ног, когда думаю, что через несколько минут я его больше никогда в жизни не увижу.
– Я тебя понимаю, но ты мужчина.
– Я как пацан. Он для меня был отцом, и мне страшно оставаться на этом свете одному.
– Почему одному? У тебя замечательный друг. Есть еще и я. Мы тебе поможем.
Антон молча покачал головой.
– Вы не сможете мне его заменить. Это же был Владимир Сергеевич…
– Успокойся, все образуется.
Николай разговаривал с Антоном, но его состояние не давало ему сосредоточиться, и Николай пригласил его приехать в Москву дней, этак, через десять.
Антон с Кириллом приложили все усилия, чтобы проводить Владимира Сергеевича в последний путь с честью. Антон держался до последнего, зная, что снова с ним может случиться истерика. Он стоял в стороне, наблюдая за происходящим.
Антон впервые в жизни начинал понимать, как тяжело терять близкого, даже родного человека. Внутри его все трепетало. Оля его всячески поддерживала: не отходила ни на шаг. Она держала его под руку и чувствовала, как дрожит все его тело. Шел пушистый снег, падая на лицо Антона, превращался в капли и, смешиваясь со слезами, сбегал по его лицу.
Кирилл взял всю организацию похорон в свои руки. Он сам сильно переживал, зная Владимира Сергеевича как доброго и порядочного человека, который сделал и ему немало хорошего. Это благодаря ему они теперь были рядом, имели замечательную работу и налаженную личную жизнь.
– Может с тобой встретиться и поговорить.
Антон взглянул на него измученными от переживаний глазами и кивнул головой.
– Надо что-то делать, –
– Вот об этом и поговорим. Я сам тебе сообщу о встрече, а в Москве жду. Поговорим еще.
Когда зазвучала музыка, Антон снова не выдержал. Оля его подвела к гробу, и он склонился над спокойным и бледным лицом Владимира Сергеевича.
– Прости меня, мой дорогой, – зашептал он сквозь слезы, – и спасибо тебе за то, что ты появился в моей жизни. Я все сделаю, чтобы сохранить о тебе память, начатое тобой дело и все то, что ты оставил после себя. Прости, если что в жизни делал не так, как ты хотел…
Кирилл стоял рядом и молчал. Эти несколько дней, с таким поворотом событий, стали для них обоих такими тяжелыми, как никто не мог даже предполагать. Что надо было делать дальше, вообще – как жить, было для молодых людей трудным вопросом.
После поминок Антон уехал к Кириллу с Ольгой. Он не мог находиться в квартире Владимира Сергеевича.
На следующий день Кирилл вышел на работу и все взял в свои руки. Антон приходил в себя, чувствуя одиночество и страдая.
Вечером ему позвонил Николай, назначил встречу в «Астории», где разместился в гостинице на эти несколько дней.
Антон решил ехать незамедлительно. Он привел себя в порядок, чтобы не выглядеть усталым, надел черную рубашку, костюм, пальто и подъехал к гостинице на такси.
– Переживаешь? – спросил Николай, приглашая к столу. – Понимаю, но ничего не поделаешь. Судьбу изменить невозможно.
Антон молча взглянул на него, потом опустил глаза.
– Что теперь? – после некоторого молчания спросил он.
– Ничего. Давай выпьем за твоего покровителя. Хороший был он человек. Я его знал лет двадцать пять, еще с института. Потом он уехал сюда, в Питер. Так до последнего здесь и работал.
– У вас же родственные фирмы? – спросил Антон.
– Не у вас, а у меня с тобой, – поправил Николай. – Сначала я открыл свой центр, потом помог ему. Он всю жизнь мечтал заняться своим любимым делом.
– Это я знаю. При мне все начиналось. – Антон закурил. – Помню, как он пробивал все для себя сам, как у нас тогда появился первый компьютер и он радовался, как ребенок… Все помню. Хорошо, что у него оказался такой друг, как вы.
– Я ему во многом помог, ты прав. Деньги нужны были для раскрутки. Они были, и я давал. Результат – сам знаешь какой, все налицо. Да, он много про тебя говорил, и я с тобой в Москве общался: ты толковый парень. – Николай налил еще немного коньяка.
– Мне очень жаль, что так все получается, – с сожалением сказал Антон. – Буду думать, что делать дальше.
– А что хочешь думать? Чем заниматься?
– Не знаю. Все так неожиданно, как гром среди ясного неба. – Антон взглянул на Николая. – Немного отойду, буду решать.