Плоть и кровь
Шрифт:
— Алейхем шолом, — сказал израильтянин, и осел тронулся с места.
Шамир проводил его долгим взглядом и медленно побрел к своему шатру. На пороге ждала взволнованная Аида.
— Госпожа приходит в себя!
— Ты ей сказала?..
Служанка отрицательно мотнула головой.
Шамир вошел в палатку и, взяв на руки ребенка, с улыбкой приблизился к жене в тот самый момент, когда она открыла глаза.
— Шамир, — прошептала Набиля, — прости меня.
— Мне нечего прощать, — мягко возразил он, передавая ей дитя. — Аллах услышал наши молитвы и даровал нам сына.
Набиля
— Мне снился страшный сон: будто ребенок родился мертвым.
— Это был сон, Набиля. Всего только сон.
Женщина отвернула уголок простыни и посмотрела на сморщенное личико.
— Как он прекрасен! — внезапно ее черты исказил страх. — Шамир, у нашего сына синие глаза!
Он рассмеялся.
— Эх, женщина! Запомнишь ты когда-нибудь — у всех новорожденных голубые глаза!
Но Аллах поистине сотворил чудо. Бейдр превратился в юношу с темно-синими, почти фиолетовыми глазами цвета ночного неба над пустыней.
КНИГА ПЕРВАЯ
ГЛАВА I
Водяные струи, иголками вонзившиеся ему в кожу, заглушали гул четырех мощных двигателей. Пар затуманил стенки узенькой душевой кабины. Бейдр быстрыми движениями взбил дорогое мыло, так что все тело покрылось душистой пеной; потом смыл ее и пустил вместо горячей ледяную воду. Усталость как рукой сняло, и Бейдр окончательно проснулся. Он закрыл кран и вышел из душа.
По своему обыкновению, Джабир ждал за дверью, держа на согнутой в локте руке купальный халат и пару банных полотенец. Он бережно закутал в них своего господина.
— Добрый вечер, хозяин, — приветливо произнес он по-арабски.
— Добрый вечер, друг, — отозвался Бейдр, растираясь полотенцами. — Который теперь час?
Джабир бросил взгляд на массивный, в корпусе из нержавеющей стали, хронометр фирмы «Сейко».
— Во Франции 19 часов 15 минут, — с гордостью ответил он. — Хозяин хорошо провел время?
— Да, спасибо, — сказал Бейдр, небрежно роняя полотенца и облачаясь в махровый халат. — Где мы находимся?
— Над Английским каналом. Командир экипажа просил передать, что в 20.40 мы будем в Ницце.
— Отлично.
Джабир распахнул перед ним дверь ванной, и Бейдр прошел в свою спальню, занимавшую не менее трети вместительного «Боинга-707». Сейчас в этой просторной комнате царила удушливая атмосфера, насыщенная запахом гашиша и парами амилнитрита.
Бейдр поморщился.
— Как здесь воняет! Жаль, что нельзя открыть окно и хорошенько проветрить. Боюсь, что на высоте 30 тысяч футов это сопряжено с некоторыми неудобствами.
Джабир не позволил себе улыбнуться.
— Да, сэр, — он быстро обежал салон, включая по пути кондиционеры, затем побрызгал в воздухе душистым аэрозолем и обратился к Бейдру: — Хозяин уже решил насчет костюма?
— Нет еще.
Бейдр перевел взгляд на огромное, королевских размеров, ложе, занимавшее чуть ли не полсалона. Там, в объятиях
Тогда он вот так же стоял подле кровати, наблюдая за тем, как они занимались любовью. Голова каждой девушки покоилась между ног другой; их рты и языки работали вовсю — пока они вдруг не повернулись так, что одна оказалась сверху и два белоснежных полушария ее ягодиц ослепили Бейдра. Он почувствовал возбуждение и, опустив глаза, увидел собственный твердый, пульсирующий пенис. Бейдр без промедления схватил с ночной тумбочки несколько капсул амилнитрита и, опустившись на колени позади девушки, вплотную приблизил член к ее анусу. Продев одну сильную, мускулистую руку ей под живот, он изо всех сил прижал девушку к себе; рука Бейдра скользнула к ее покрытому шелковистым пушком лону. Другая девушка, жадно лизавшая клитор своей подруги, коснулась языком кончиков его пальцев. Тем временем Бейдр еще крепче прижал к себе первую девушку и энергичным движением послал пенис в манящее отверстие ее ануса.
Возмущенная насилием девушка на мгновение замерла и открыла рот для негодующего возгласа, но не успела набрать в легкие достаточно воздуха, как он раздавил пару крошечных ампул прямо у нее перед носом и вместо того, чтобы закричать, девушка содрогнулась, вся во власти неистового оргазма. Секундой позже Бейдр раздавил еще одну ампулу — для себя — и также задрожал от жгучего наслаждения, которому, казалось, не будет конца. Комната поплыла у него перед глазами, и он провалился в забытье. Дальше Бейдр помнил лишь, как проснулся и, пошатываясь, побрел в ванную.
И вот он снова стоял в изножии кровати, глядя на двух подруг, которые уже не вызывали у него никаких эмоций. Все было кончено. Девушки сделали свое дело — скрасили для Бейдра утомительный перелет из Лос-Анджелеса. Теперь он даже не мог вспомнить их имен. Бейдр отвернулся и равнодушно двинулся к двери, на ходу бросив Джабиру:
— Разбуди их и скажи, чтобы оделись.
Закрыв за собой дверь, Бейдр прошел по узкому коридору, миновал два гостевых отсека и очутился еще в одном просторном салоне, который служил ему кабинетом. Его личный секретарь и правая рука, Дик Кэрридж, сидел за письменным столом в дальнем конце салона. На столе перед ним высилось несколько телефонных аппаратов и телекс. Молодой помощник Бейдра был, как всегда, в безукоризненной белой рубашке и строгом темном костюме. Бейдру вдруг пришло в голову, что он никогда не видел Кэрриджа в рубашке с короткими рукавами.
Дик встал, приветствуя патрона.
— Добрый вечер, сэр. Хорошо отдохнули?
— Да, спасибо, а вы?
Молодой юрист слегка скривил губы—это была единственная гримаса, какую он позволял себе в присутствии шефа.
— Никак не привыкну засыпать в полете.
— Привыкнете, — успокоил Бейдр. — Это вопрос времени.
— Если за два года не привык, теперь уж вряд ли.
Бейдр нажал на кнопку вызова обслуживающего персонала, одновременно продолжая разговаривать с Диком.