Плоть

Лаймон Ричард Карл

На них не было никаких отверстий размером в четверть дюйма.

Черт возьми, конечно же, нет. Ничто не могло проникнуть сквозь ботинки и кожаные штаны. Не без моего ведома.

Джейк встал. Его зад оставил следы пота на бледно-голубом покрывале. Он стянул влажные трусы и вышел из них.

Ладно, я придурок,– подумал он.

Подняв револьвер, Джейк стал на четвереньки. Он приподнял свисающий край покрывала и заглянул в темное пространство под кроватью.

На него смотрела

пара глаз.

Он вскрикнул и ткнул стволом пистолета в эти глаза. Он чуть было не нажал на спусковой крючок, прежде чем сообразил, что смотрит на Куки-Moнcтрa Кимми.

Протянув руку, он вытащил его из-под кровати и прижал к щеке.

Боже всемогущий, а что, если бы я выстрелил?

Хотя это была всего лишь мягкая игрушка. Но, как и все куклы Кимми, это было нечто большее. Она была частью Кимми, как будто она вдохнула в нее частичку своей собственной жизни. Он слышал, как она тихо ахнула: Я хочу Куки!

У Джейка в горле застрял комок.

– Куки был на волоске, - прошептал он.

Он заставил себя подняться на ноги. С пухлой синей куклой в одной руке и револьвером в другой он направился к двери. Он планировал вернуть Куки-Moнcтрa в спальню Кимми. Потом передумал и поставил его на ночную тумбочку рядом с телефоном.

На той стороне шкафа, которая прежде принадлежала Барбаре, по-прежнему висело зеркало размером в полный рост. Он качнулся, закрыл дверь, и посмотрел на свое отражение.

Ты бы знал, если бы эта штуковина тебя настигла,– подумал он.

Возможно, оно заставило бы тебя забыть. Если оно может превратить тебя в каннибала...

На ногах у него не было никаких ран. Его мошонка сморщилась, а пенис выглядел так, словно хотел исчезнуть в его теле. Он позволил одной руке скользнуть между ног, проверяя по обе стороны его яичек и за ними. Он ткнул себя в пупок и вздрогнул, представив себе, что его палец вот-вот войдет туда целиком. Но с пупком все было в порядке. Все остальное в передней части выглядело нормально, даже шрам от ножа под правым соском казался немного бледнее, чем обычно.

Он повернулся. Посмотрел через одно плечо, потом через другое. Он исследовал себя между своих потных ягодиц.

Ты в порядке,– подумал он, - если только эта чертова штука не забралась тебе в задницу. Но это невозможно было сделать, не пройдя через кожаные штаны, а там нет никаких отверстий.

Удовлетворенный тем, что эта штука не проникла в него, Джейк сделал еще один глоток бурбона. Стакан почти опустел. Он отнес его на кухню, прихватив с собой револьвер. Наполнив стакан, он выдвинул ящик стола и достал оттуда большой прозрачный пластиковый пакет, из тех, что используются для хранения продуктов в морозильной камере.

Он размышлял, ни снесло ли ему крышу.

Никто никогда не узнает об этом,– сказал он себе.
– Если

это заставляет тебя чувствовать себя лучше, то делай это.

Смешно - полицейский, напуганный как ребенок.

Он сунул револьвер в пластиковый пакет и закрыл застежку в верхней его части.

Джейк заперся в ванной. Он внимательно осмотрел пол, стены и потолок, раковину, ванну. Затем включил душ. Он сделал пару глотков, пока регулировал температуру струи, потом поставил стакан на крышку унитаза и поднялся в душевую кабинку. Закрыл матовую стеклянную дверь.

Над встроенной мыльницей был металлический стержень, на который можно было повесить мочалку. Он просунул ствол своего револьвера в пластиковом пакете между этим стержнем и кафельной стеной, пару раз дернул за оружие, пока не убедился, что оно не упадет, затем взял мыло и принялся мыться.

Мощная горячая струя дарила ему приятное ощущение. Джейк сказал себе, что он не мог быть в большей безопасности: дверь заперта, он проверил ванную, он за дверью душа, и его револьвер в пределах легкой досягаемости. Ничто не могло ему угрожать.

Потом он обратил внимание на мыльную воду, что, закручиваясь, стекала в канализацию.

По спине у него поползли мурашки.

Не сходи с ума,– сказал он себе.
– Там внизу металлическая накладка на слив, ничего не может всплыть.

Он упал на колени. Кончик его пальца вошел в слив только до первого сустава, прежде чем коснулся препятствия.

О'кей. Без проблем.

Твоя единственная проблема, приятель, это твоя голова.

Два часа в одиночестве ушло на обыск этого проклятого ресторана.

Если бы оно хотело добраться до тебя, то добралось бы там.

Оно не вернулось домой вместе с тобой. Вероятно, онo уже нашлo новый дом - в человеке, который вломился в ресторан между вечером четверга и днем сегодняшнего дня. Какой-то ублюдок сейчас имеет сомнительное удовольствие бегать с этой штукой на спине в поисках трапезы. "Дай нам сегодня хлеб наш насущный". Старый добрый Барни смог даже пошутить по этому поводу. Ему следовало отправляться туда. Возможно, он сейчас был бы первым, кто беспокоился бы при виде слива в ванной.

Джейк продолжал оставаться в душе до тех пор, пока вода не начала остывать. Потом выбрался из кабины, вытерся, выпил еще бурбона и вынул из пакета револьвер. В спальне он причесался и надел халат. Он прихватил свой стакан и револьвер в гостиную. Сев на диван, он скрестил ноги так, чтобы не касаться стопами пола. Положил оружие на колени. Затем снял телефон со столика с лампой и набрал домашний номер Барни.

Барни ответил со словами:

– Слушаю, Хиггинс.

– Это Джейк, - eго голос звучал спокойно.
– Эпплгейт тебе перезванивал?