Пляж
Шрифт:
Спустя несколько минут напряженного обшаривания я уже имел точный мысленный образ того места, где находился. Карман был метра два в ширину и метра три в длину. С одной стороны располагался узкий выступ, впрочем, достаточно большой, чтобы на нем можно было усесться, с других сторон продолжающие каменный свод стены отвесно спускались в воду. Здесь мысленный образ уже терял свою отчетливость. Исследуя скалы руками и ногами, я обнаружил четыре туннеля, ведущие в глубь скалы, но определить под водой, сколько их всего, было нелегко. Их могло быть и больше.
Открытие оказалось не
— Два из четырех, — услышал я собственное бормотание. — Один из двух. Пятьдесят на пятьдесят. — Да какая разница, как сказать. Мои шансы были невелики.
У меня был выбор — оставаться на месте в надежде на то, что Джед разыщет меня, но выбор не внушал оптимизма. Я чувствовал, что если останусь ждать Джеда в глубокой темноте, плавая туда-сюда в своей собственной блевотине, мне придет конец, ведь неизвестно, долго ли еще я протяну, прежде чем придется дышать лишь двуокисью углерода. Эта мысль вызывала у меня особенный страх. Я видел себя лежащим на небольшом выступе и постепенно погружающимся в зловещий сон.
Примерно с минуту я хранил относительное спокойствие, болтая в воде ногами и перебирая различные варианты. Затем меня охватила паника. Я начал бешено метаться по воде, натыкаясь на стены, задыхаясь и скуля. Я хватался за растущие над головой водоросли и отрывал их от скалы большими пучками. Сделав рывок, я поранил о выступ локоть и почувствовал, что разодрал кожу, что по руке потекла горячая кровь. Я заорал:
— Помогите!
Голос зазвучал жалобно, как будто я плакал. Это был такой ошеломляющий звук, что на мгновение я замолчал. В следующее мгновение мой страх пересилила неожиданная волна отвращения. Не обращая внимания на вонь, я сделал глубокий вдох и нырнул. Теперь я уже не считал гребки и не пробирался на ощупь. Я повернул в первый попавшийся туннель и изо всех сил поплыл вперед.
Список
Мне пришлось нелегко. Руки и ноги больно ударялись о стены туннеля, давило грудь — что-то размером с грейпфрут рвалось вон, поднимаясь к горлу. Примерно секунд через пятьдесят в темноте появился красный свет. Это значит, что я умираю, сказал я себе, когда свет стал ярче, а «грейпфрут» добрался до моего адамова яблока. В середине красного проступило пятно посветлее. Оно было желтым, но я ждал, что оно сделается белым. Я вспоминал телепередачу о том, как умирающие видят свет в конце туннеля, когда погибают клетки мозга. Неожиданно сдавшись, я почувствовал, что мои удары ослабели. Мощный брасс превратился в беспорядочные гребки «по-собачьи» под водой. Ощутив, как скала царапает живот, я вообще перестал соображать, куда двигаюсь — вниз или вверх.
Сказать, что я разозлился — это значит мягко выразиться, но я не смогу лучше описать свое состояние. Думаю, что отчасти мой разум, несмотря на смятение, возмущался тем, что ошибся в теории насчет мгновения «до» в видеоиграх. Я не пришел в ярость и не боролся вопреки прежним представлениям о том, как поведу себя в подобном случае. Я просто
Я очутился прямо посреди яркого света и свежего воздуха. Я заморгал, привыкая к свету, и, тяжело дыша, как пронзенная острогой рыба, постепенно разглядел Джеда. Он сидел на скале. Возле него лежала длинная лодка такого же, как и море, голубовато-зеленого цвета.
— Эй, — произнес он, даже не обернувшись, — ты что-то уж очень долго.
Сначала я не мог ответить ему, потому что жадно вдыхал свежий воздух.
— Ты целую вечность проторчал в пещере. Что ты там делал?
— Тонул, — смог наконец ответить я.
— Да? Ты разбираешься в двигателях? Я вот пытался завести, но не получается.
Я поплыл к нему и попробовал взобраться на скалу, но был слишком слаб и соскользнул обратно в воду.
— Разве ты не слышал, как я кричал? — тяжело дыша, спросил я.
— Нет. — Он начал рассеянно водить лезвием ножа по бороде, как будто брился. — Так, ясно, что горючего достаточно, потому что бачок полный, и шведы говорили, что двигатель у них еще недавно работал.
— Джед! Я застрял в каком-то воздушном кармане, в котором было больше туннелей, чем… — Я не мог представить себе ничего такого с большим количеством туннелей. — Я чуть не утонул!
Джед впервые взглянул на меня.
— Воздушный карман? — спросил он, опуская нож. — Ты уверен?
— Конечно, я абсолютно уверен.
— Где он?
— Откуда я знаю? Где-то там… внутри. — Я повернулся к темному зеву пещеры, и меня пробрала дрожь.
Джед нахмурился:
— Ну… это довольно странно. Я сотни раз переплывал проем и никогда не натыкался ни на какой воздушный карман.
— Думаешь, я вру?
— Да нет… Ты сказал, там было несколько туннелей?
— Минимум четыре. Я обнаружил их на ощупь, но не знал, по какому из них нужно плыть. Это был кошмар.
— Должно быть, ты немного отклонился вниз от главного коридора. Черт возьми, Ричард, мне на самом деле очень жаль. Честное слово, даже не знаю, как такое могло случиться. Я столько раз переплывал проем, что уже автоматически следую по одному и тому же маршруту. — Он выглядел раздосадованным. — Удивительно. Все с пляжа переплывали эту пещеру, и никто никогда не сбивался с курса.
Я вздохнул:
— Такой уж я везучий.
— Да, не повезло тебе. — Он протянул руку и помог мне взобраться на скалу.
— Я мог помереть.
Джед кивнул:
— Мог. Мне очень жаль.
Мой внутренний голос говорил, что мне следует вспылить, но я не видел в случившемся ничего такого, из-за чего я должен был вспылить. Вместо этого я лег на спину и принялся рассматривать облака. Серебристое пятнышко в небе оставляло за собой инверсионный след, и я представил себе, как люди смотрят в иллюминаторы, видят Сиамский залив и пытаются догадаться, что происходит на островах внизу. Я был уверен, что один-два человека смотрят на мой остров.