Пнумы
Шрифт:
Роща стояла перед ними; мощные стволы деревьев выгибались с внешней стороны наружу, а ветви, словно огромные солнечные зонты, свисали к земле. Возможно, что где-то здесь и скрывалась деревня, но в этот момент они были единственными живыми существами под почти черным, а местами еще золотисто-коричневым небесным шатром.
Рейт скрыл от Зэп-210 свои сомнения; у нее хватало собственных переживаний. От солнца ее лицо немножко покраснело. В своей плотно облегающей рубашке и с черными волосами, обрамлявшими лоб и уши, она казалась совершенно другим человеком, а не бледным
– Почему ты меня так рассматриваешь?
– Просто так. Только теперь ты выглядишь совершенно иначе, чем тогда, когда я с тобой познакомился. Иначе и привлекательнее.
– Я не знаю, о чем ты говоришь, – надулась она. – Ты говоришь глупости.
– Может быть… В один из следующих дней – не сегодня – я тебе расскажу, как люди живут на поверхности. Нравы и обычаи здесь очень сложны – интимнее, даже более «буйные», чем в подземельях.
– О! – Зэп-210 сморщила нос. – Почему ты идешь к лесу? Разве это не еще одно тайное место?
– Я этого не знаю, – Рейт показал на тучи. – Ты видишь эти черные пятна, которые висят на небе? Это дождь. Я надеюсь, что среди деревьев мы не промокнем. Кроме того, скоро стемнеет, и тогда появятся ночные собаки. У нас нет оружия. Если мы влезем на дерево, то будем в безопасности.
Больше вопросов Зэп-210 не задавала. Они приблизились к роще.
Даяны устремлялись высоко вверх. У крайних деревьев они остановились и прислушались, но ничего, кроме шелеста деревьев, предвещавшего надвигавшуюся бурю, не услышали.
Шаг за шагом они пошли в рощу. Солнце пробивалось сквозь тучи и разбрасывало вокруг сотни темно-золотистых стрел. Рейт и Зэп-210 углубились в тень. Нижние ветки деревьев висели в тридцати метрах над их головами. Забраться на эти деревья было невозможно; роща не могла стать лучшим укрытием от ночных собак, чем поросшее травой открытое холмистое пространство. Вдруг Зэп-210 остановилась и вроде бы стала прислушиваться. Рейт ничего не слышал.
– Что ты слушаешь?
– Ничего.
Но она продолжала слушать и осматриваться по сторонам. Рейт почувствовал себя неуютно; он никак не мог понять, что же могла почувствовать Зэп-210, а он нет.
Тихо и осторожно, словно кошки, они продолжали пробираться дальше, стараясь держаться при этом в тени. Перед ними появилось свободное от деревьев пространство, над которым громоздились огромные кроны. Они увидели круглую поляну, на которой стаяли четыре хижины, а посередине возвышалась невысокая площадка. Из стоявших вокруг стволов были вырезаны фигуры, напоминавшие мужчин и женщин – из каждого ствола одна пара. Мужчины были изображены с длинными подбородками, как у щелкунчиков, невысокими лбами, надутыми щеками и лягушачьими глазами. У женщин же были длинные носы и улыбающиеся рты. Ни одна из этих скульптур не была похожа на типичного мужчину или женщину хоров, которые, как вспоминал Рейт, были очень похожи друг на друга во всем:
Тучи затянули солнце. Над поляной повисла темнота. Первые капли дождя упали на их лица. Рейт внимательно посмотрел на хижины. Они были построены по типичному архитектурному образцу хоров – из грязно-коричневых кирпичей, с черными железными крышами, напоминавшими по форме кегли. Хижин было четыре, и они образовывали на поляне квадрат, причем вход в каждую из них был посредине. Казалось, что все они пусты. Рейт не мог себе даже представить, что могло бы находиться внутри этих хижин.
– Подожди здесь, – прошептал он Зэп-210.
Пригнувшись, он подбежал к ближайшей хижине и прислушался: ни звука. Он попытался открыть дверь, и она сразу же распахнулась. Изнутри ему в нос ударил тяжелый, неприятный запах плохо высушенной кожи, смолы и мускуса. На вешалке висели несколько десятков разных масок из дерева, которые соответствовали мужским ликам вырезанных из стволов фигур. В середине комнаты стояли две скамейки. Ни оружия, ни одежды, никаких ценностей видно не было. Рейт вернулся к Зэп-210 и нашел ее разглядывающей с поднятыми от отвращения бровями вырезанные из стволов фигуры.
Пурпурная молния прорезала небо, и почти сразу же за ней последовали раскаты грома. Дождь полился с неба, как из ведра. Рейт быстро отвел девушку в хижину. Они вошли и остановились, в то время, как дождь с силой продолжал барабанить по крыше.
– Хоры – абсолютно непредсказуемый народ, – задумчиво сказал Рейт. – Но я не могу себе представить, чтобы они заявились в свою рощу в такую ночь.
– А зачем им вообще сюда приходить? – с недовольным видом спросила Зэп-210. – Ведь тут только и есть всего, что эти странные танцоры. Хоры тоже так выглядят?
Рейт сообразил, что она имел в виду фигуры, вырезанные из стволов деревьев.
– Ни в коей мере, – ответил он. – Это желтокожие, очень опрятные и корректные люди. Мужчины и женщины похожи друг на друга как внешне, так и в поступках.
Он вспомнил рассказ Анахо о хорах: «Странный народ с таинственными обычаями. Днем они совершенно не такие, как ночью – во всяком случае, так говорят. Каждый из них имеет две души, которые заменяют друг друга с рассветом и с заходом солнца, так что каждый хор воплощает в себе два характера».
Позднее Анахо его предостерег «Хоры обидчивы, будто ядовитые змеи! Обращайтесь к ним только в случае крайней необходимости. Но и в этом случае нужно обойтись минимумом слов. Болтливость они считают преступлением против природы… Никогда не обращайте внимания на присутствующих женщин. Не смотрите на их детей. Вас могут заподозрить в том, что вы хотите навести на них порчу. А самое главное – обходите подальше их священные рощи! Их оружие – железные дротики, которые они метают с удивительной точностью. Очень опасный народ!»