По пути Ориона

Данилкин Евгений

Ориона снова захватила робость. Находиться с этой женщиной рядом, он не мог не дрожа. Он медленно присел, положив ладони на колени и чуть покачивая телом, ожидая новых приказов от капитана.

— Есть хочешь? — Голос звучал уже по приятельски, словно обращение шло к брату или хорошему знакомому. Орион пожал плечами, но Оливия уже звонила в колокольчик, вызывая матроса.

Ел Орион мало, скромно отламывая кусочки от курицы и баранины. Он неуютно мялся на стуле, рассказывая о Криксе и случае с Каплари. Оливия слушала, загадочно улыбаясь, не сводя с рассказчика глаз. Под конец ужина, Орион к этому попривык, ему даже нравилось, что он смог обратить на себя внимание капитана, но долго смотреть на неё он всё-таки стеснялся. Их разговор

затянулся до глубокой ночи. Оливия всё также расспрашивала о Криксе и "Империи" и Орион отвечал, тщательно подбирая слова, чтоб не проговориться о прошлой цели его путешествия и главное, о сокровищах Хасли, но покидать компанию капитана ему почему-то не хотелось. Ему пришлось подчинить только когда Оливия встала, сладко потянувшись и сказала:

— Ладно, иди спать. Завтра в Гариопей придем.

От этих слов у Ориона отвисла челюсть, он снова что-то невнятно залепетал:

— Как в Гариопей?

— Так. — Оливия снова засмеялась колокольчиком. — Ты спал три дня.

Ошарашенный таким известием, Орион еле открыл дверь, запутавшись в направлении открывания и выскочив на палубу, издал громкий, ликующий крик.

19 Илирон и степь разбитых сердец

С каждым шагом туман рассеивался. Его власть над телом ослабевала и вскоре он вовсе исчез. Сараллон обернулся на ребят, те всё ещё улыбающиеся широченными улыбками, закатив от удовольствия глаза, стояли прямо за ним. Их глуповатый от счастья вид, вызвал и у Дика улыбку. " Неужели и у меня был такой вид?". — Подумалось ему. Тем временем, ребята пришли в себя и оглядываясь по сторонам, изучали местность.

Они стояли у обрыва, на огромном зелёном ковре, впереди которого была темнеющая пропасть. Границ поля Дик не видел, они прятались где-то за горизонтом. Ни рощица, ни ручеёк, не нарушили целостности и ровности ковра, лишь в стороне, в двухстах шагах от них, находился валун, сужающийся к вершине.

— Где мы? — Потревожил молчание Ентри, раскрыв рот, озираясь по сторонам. Ему вдруг захотелось обратно в туман, чтоб тот его укутал и обласкал.

Мариа попав на твёрдую землю, чуть пошатывалась, но так же как и юноша, разглядывала зелённую площадь.

— Наверное, это и есть место, где обитает смерть. — Она говорила тихо, стараясь не нарушать гармонию звуков — шептания ветра и голоса колыхающейся травы.

В отличие от спутников, Сараллон смотрел прямо, за обрыв, где возвышались грозные, спрятанные тьмой скалы. Их верхушки уходили за сгустившиеся над горами тучи. Они то и прятали камни в тени. Как мог заметить Дик, никакой переправы через пропасть не было, значит, люди по ту сторону обрыва не жили.

Несмотря на свинцовые тучи над горами и пропастью, на равнине с густой, но не высокой, закрывающей лишь стопы путников травой, вовсю светило солнце. Но изнывающей жары не было, видимо высокое расположение места, на котором находились путники, обдуваемое ветром, давало о себе знать.

Наконец Сараллон решил сделать шаг, первый по твёрдой земле. Он шагнул аккуратно, проверяя прочность земли носком и почувствовав вскоре уверенность, подошёл вплотную к обрыву. Равнина здесь обрывалась очень резко, словно была кем-то обрезана. Отвесный склон её опускался на мили две-три вниз, к бурлящей, пенной реке. Её шум слабым эхом доносился до ушей путников. Противоположный берег реки монолитным камнем вздымался перед троицей.

— Странное место? — Пожав плечами, сказал, точнее, констатировал Ентри. — здесь вовсю солнце светит, а там… — Он махнул рукой на другую сторону пропасти. — Ни единого лучика. Здесь трава кругом, а там хоть корешок какой.

— Да, а ты думал туман тебя домой приведёт, или к твоим сокровищам? — Язвительно спросила Мариа, за что была награждена пристальным, недоброжелательным взглядом мальчика.

Пока ребята

обменивались мнениями по поводу этого места, Сараллон твёрдой поступью направлялся к камню, что одинёшенько прерывал травяной покров равнины. С каждым шагом Дику виделось что-то странное в этом камне. Он не мог понять что, но чувство необычности наполняло его. Широкий у основания и плавно сужающийся к вершине, он поднимался над поверхностью примерно на три фута и походил на грубой формы пирамиду. Сам камень темно-серого цвета, разрезала, начиная примерно от середины, прямая, белая полоса уходящая в землю. Только подойдя к камню вплотную, Дикин понял, в чём его необычность: перед ним сидел человек с узенькой, длиной, седой бородкой и пиковым капюшоном на голове. От неожиданности, увидеть здесь человека, у Сараллона челюсть чуть отвисла, но осознав это, он захлопнул её и принял более собранный и строгий вид, не забыв взяться за эфес меча.

— Кто вы? — Его вопрос заставил оживиться камень и к нему повернулось старое, морщинистое лицо, с узенькими, как щёлочки, глазами и маленькими, тонкими губками. Бледный, больной цвет лица, хорошо сочетался с его редкой бородой. Старик молча разглядывал Дика, тяжело дыша, издавая хрипловатые звуки. — Назовите своё имя! — Не унимался Сараллон, приняв боевую стойку и сжав рукоять меча.

— Давно я не встречал здесь скитальцев. — Голос старика был ужасно скрипуч, он словно не обращал на слова Дика никакого внимания. Что-то ещё странное было в старце, Дикин долго не мог понять что, но наконец его озарило- у старика не было зрачков. Его узенькие глазки были белы как снег.

— Вы слепой? — Спросил Сараллон, тут же подивился своей дерзости.

— Хм. Да, я не вижу глазами… — Старик многозначительно замолчал.

Подошедшие Мариа и Ентри, как и Дик минутой назад, застыли разинув рот, а старик тем временем, опираясь, на невесть откуда появившийся посох, встал, но выше от этого с виду не стал. По-прежнему не обращал на гостей никакого внимания, словно их не было в помине, он поплёлся по краю обрыва в даль.

Он шёл уверенно, будто его вёл кто-то. Сараллон, оскорбленный таким гостеприимством, в три шага настиг старика и резко развернул его за плечо, обнажая другой рукой меч. Вдруг, глаза старика расширились и залились красным цветом. Мариа узнала их, зажмурилась и зажав голову руками, издала отчаянный вопль. Красный цвет глаз, словно они были залиты кровью, постепенно багровел и из глазниц вырвался огонь. Сараллон как подкошенный рухнул на колени, сам не заметя, как обнажил меч и уже стоя на коленях, замахивался им. Но его рубящий удар отразил посох старика. Отпор был настолько мощным, что Дик елё удержал оружие в руках, упав вместе с ним на землю. Все остановились, замерли. Глаза старика остыли, приняв свой нормальный полузакрытый вид.

— Кто же вы!? — Вскричал Дик. Такого отпора он не получал даже на турнирах, а тут какой-то старик, да ещё слепой.

— Зови меня Илирон. — Проскрипел старец и продолжил свой путь.

— Илирон? Вы сказали Илирон? — Вопрошающе кричал ему в след Дик.

— Кто такой Илирон? — Спросил Ентри. По тому, как глаза Сараллона расширились при этом имени, как он засиял от счастья, юноша понял, что имя ему известно.

— Могущественный маг. Учитель "Повелителя теней". — Услыхав это, Мариа вздрогнула, вытирая слёзы со щёк и насторожилась. — Это единственный человек кто нам может помочь остановить чёрное существо.

— Но я думал, мы от него оторвались? — Не очень то веря в сказанное, пробормотал Ентри.

— Оторвались, не значит избавились. — Укоризненно посмотрев на юношу, произнёс Дик. — Я думал нам надо будет идти до самых Скопир к нему, а он здесь… — Дик резко замолчал и обведя спутников удивлённым взглядом, выкатив по привычке нижнюю губу вперёд и через короткую паузу, изрёк:- А где мы?

Ответы мог дать только старик, который по-прежнему плёлся по краю обрыва в даль. Путники как один бросились его догонять.