Победитель
Шрифт:
В этом трехэтажном дворце, украшенном многочисленными колоннами и барельефами, в одной из просторных комнат Глава Королевской Академии великий ишиб Парет встретился с королем.
Академия еще толком не начала функционировать. Производился набор учителей, осваивались здания и, самое главное, шли дебаты вокруг Устава. Устав вообще являлся новинкой в мире Горр. Потому что впервые регламентировал не только внутреннюю жизнь учреждения, а его взаимоотношения с королем. Михаил пошел на существенные уступки. А, если быть точным, сам их предложил. Например, никакой ученик или учитель, состоящие в Академии не могли быть арестованы без того, чтобы поставить
Михаил считал, что Академия будет самостоятельным органом, ему не придется тратить свое время на организацию ее работы, но при этом учреждение будет трудиться, в первую очередь, на благо короны. Парет вряд ли бы согласился с такой постановкой вопроса, но король его в подобные планы пока что не посвящал. Он очень торопился к великому ишибу, потому что не хотел, чтобы слухи о начале войны достигли его ушей. Король собирался собственноручно разыграть эту карту.
Великий ишиб сидел на низкой табуретке за столь же низким столиком. Там лежало множество свитков. Все они касались проекта Устава. Глава Академии изучал и правил их уже который день.
— Приветствую, Парет, — король ворвался в кабинет без предупреждения.
— А, твое величество, — улыбка на лице великого ишиба показывала, что тот доволен существующим положением вещей, — Что привело тебя ко мне?
— Прежде всего, мне бы хотелось узнать, как продвигается работа над Уставом? — Михаил попытался усесться на одну из низких табуреток. Сразу же выяснилось, что они не только слишком низки, но и слишком узки. Сидеть было в высшей мере неприятно.
— Признаться, не ожидал, что это будет так тяжело, — вздохнул Парет, — Приходится думать над каждым словом.
— Полагаю, что дело того стоит, — по лицу короля скользнула тонкая улыбка. Он составлял черновик Устава собственноручно.
— Сразу хотел бы сказать, что распределение голосов в Совете мне не кажется правильным, — вежливо произнес ишиб, внимательно глядя на собеседника.
— Что же не так? — простодушно поинтересовался Михаил.
— В Совете двадцать голосов и восемь членов. Два голоса принадлежат мне, как Главе Академии, а двенадцатью голосами обладает твое величество. Это ведь полный контроль над Советом!
— Получается, что так, — задумчиво пробормотал король, — А как бы ты хотел перераспределить голоса?
— Сократить общее количество голосов, скажем, до четырнадцати.
— Тогда у меня будет всего пять голосов.
— Именно. Только в этом случае есть некоторый шанс, что члены Совета «перекроют» королевскую волю своим голосованием.
Михаил ни в коей мере не допускал мысль, что
— Знаешь, Парет, над этим нужно подумать. Ведь голоса — ключевой вопрос. Уступка тебе будет весьма существенной. Пока мы не пришли к единому мнению по этому вопросу, скажи, а как Академия будет функционировать на период военных действий?
— А что, здесь должны быть отличия? — удивился ишиб.
— Конечно! Хоть Академия и формально независима от моей власти, но все же является частью страны! Разве ты не считаешь, что будет справедливо, если Академия поддержит армию?
— Я даже не знаю… — задумался Парет, — А в чем эта поддержка будет проявляться?
— В прямой военной помощи, например. Кроме этого, в лечении раненых… гм… во многих вещах… И, разумеется, в том, что Глава Академии переходит в подчинение главнокомандующего. Но только на период военных действий.
— В подчинение? — переспросил великий ишиб.
Было видно, что эта фраза ему не нравится.
— Иначе возможен хаос, — доверительно объяснил король, — Командование должно быть единым. Ты ведь сам понимаешь, что не может быть двух командиров, когда нужно спешно принимать решения. К тому же, повторю, что это — только на период военных действий. В мирное время Академия получает полностью независимый статус.
— Ну, не знаю… — Парет колебался, — Прямое подчинение — это уже слишком.
— Но в случае, если Раниг падет, кто может гарантировать сохранность Академии? Разве ты не считаешь, что Академия и государство в этом вопросе должны идти рука об руку?
— Да, скорее всего, это так.
— Тогда соглашайся, — посоветовал Михаил, — А взамен я соглашусь на твое предложение по голосам в Совете.
— Для такого вопроса это недостаточно, — покачал головой Парет.
— Изволь, я добавлю мое согласие на то, чтобы учителя Академии обладали привилегией носить те цвета, о которых ты просил недавно. И на то, чтобы одаренных детей из бедных семей Академия имела право разыскивать по всей стране, забирать у родителей и предоставлять им бесплатное обучение за счет казны. Ты ведь об этом тоже просил.
— Если это такой важный для твоего величества вопрос, то прибавь к этому вот что. Глава Совета может быть отстранен от должности лишь временно. Скажем, на месяц. И только если за это выскажутся десять голосов из четырнадцати. Потом — повторное голосование с его участием.
— Парет, неужели ты сомневаешься в том, что будешь занимать этот пост пожизненно?
— Конечно, нет, твое величество, но лучше, если в Уставе будет записан и этот пункт.
— Хорошо, пусть будет так.
— И жалование учителям должно быть удвоено.
— Да, это тоже принимается.
— Подозрительно много уступок, — сказал великий ишиб, — Но, конечно, если твое величество так ставит вопрос, то я просто не могу отказаться. Да и твои уступки действительно велики. Но соглашение о войне будет действовать только на период настоящей войны между крупными странами. Не искусственно созданных небольших конфликтов, а войн между королевствами или империями, когда есть угроза самому существованию Ранига.
— Разумеется, в случае лишь настоящей войны. Парет, я не буду тебя обманывать в этом. Война — это серьезное дело, и любая помощь может оказаться решающей. Значит, по рукам?