Победитель
Шрифт:
— Что, из офицеров никто не выжил? — разочарованно спросил Нрегт, прекращая мучения одной из лошадей.
— Похоже, что нет, было бы трудно выжить при таком, — Фалент деловито осматривал воронку от взрыва, — Нужно было взрывать чуть раньше или чуть позже. Вот только эти два солдата живы… уже нет.
На его месте даже неопытный судмедэксперт из мира Михаила скривился бы, но ишиб вел себя как ни в чем не бывало. Он уже привык. Хотя зрелище на самом деле было отвратительным. Куски тел людей и животных валялись вперемешку. Земля и трава были залиты кровью. Ее капли даже окропили растущие
— Ишибов-то сколько было?
— Двое, — ответил Фалент, — Эх, жаль, что генерал тоже мертв. Может быть, в следующий раз возьмем хотя бы тысячника живьем? Поговорим с ним.
— Может быть. Главное — сразу же ишибов выбить. А так, попытаемся, конечно. Гранаты еще остались.
Короли Томола и Кманта сидели в палатке в центре своего временного лагеря. Он был разбит на краю оврага, обращенного к реке. Это гарантировало относительную безопасность хоть с одной стороны.
Серая ткань палатки-шатра трепетала на ветру. Немного не доходя до ишибов, охраняющих временное пристанище королей, постоянно ходили патрули. Лагерь был окружен телегами. Он совсем не выглядел как лагерь сильной армии, у которой победа фактически лежит в кармане. Главным отличительным признаком всех представителей этого войска, начиная от последнего солдата и заканчивая генералами, была внимательность. Люди внимательно смотрели под ноги, внимательно смотрели друг на друга и еще более внимательно смотрели вдаль.
— Твое величество, мы когда-нибудь доберемся до Оралена? — спрашивал Гношт, сжимая в руках свиток-донесение, — Патрули утверждают, что дороги небезопасны.
— Я сам ничего не могу понять, — Раст качал головой.
Его халат с серебряным шитьем был наполовину распахнут. Воротник рубашки, скрытый слева, вылез наружу справа. В руке король Кманта держал кубок, но ничего из него не пил.
— Из совершенно разных мест приходят сообщения, что великие ишибы Ранига нападают на малые отряды наших войск. И никто не выживает. Этого просто не может быть! У Ранига нет столько великих ишибов! Где Нерман мог бы их взять?!
— Может быть речь идет о нескольких обычных ишибах? — предположил Гношт.
— Исключено! Я своими глазами видел то, что осталось от одного из отрядов. Никакие обычные ишибы ни в каком количестве такого сделать не смогут. У меня возникло чувство, что ти на том участке пространства искорежено или разорвано во множестве мест. Никаких изысков — просто грубая сила, приложенная достаточно быстро. Для такого нужен ишиб очень высокого уровня!
— Тогда что ты предлагаешь? Если у Ранига есть несколько великих ишибов, о которых мы не знаем, то использовать малые отряды опасно. Даже больше скажу: опасно с Ранигом воевать.
— Предлагаю пока что не паниковать. Еще неизвестно, с кем и с чем мы столкнулись, — Раст искал спасение в своей рассудительности, — Раньше я настаивал на том, чтобы сначала войти в Орален, а потом уже двигаться на Парм. Теперь же, думаю, нам нужно идти на Парм без остановок. Всей массой и напрямик. И как можно быстрее.
— Может быть, пошлет с дозорными кого-то из великих ишибов?
— Нет,
— Тогда предлагаю посылать впереди один обычный дозор, а за ним на расстоянии видимости, еще парочку.
— Правильно. Так и сделаем. Может быть, это поможет, ведь от Нермана всего можно ожидать. Я вообще не удивлюсь, если выяснится, что он — не тот, за кого себя выдает.
— Что твое величество имеет в виду? Что он не настоящий король? Самозванец? — удивился король Томола.
— Да при чем тут это? Самозванец или нет — неважно. Он сидит на троне — этим все сказано. Важно то, что он умеет… Чем больше я думаю о его странном учителе, о чудовищном абе, об этих амулетах Террота, тем больше мне это все не нравится. Слишком много загадок для одного человека. А если рассмотреть дело с другой стороны…
Раст замолк, о чем-то задумавшись.
— С какой другой стороны, твое величество?
— Гношт, ведь Нерман придумывает новые слова! Какие-то «полковники», «капралы», «канцлеры»…Ты понимаешь, что это значит?
— Не совсем, — король Томола с нарастающим изумлением слушал собеседника.
— Откуда-то ведь он взял эти слова! Я специально дал приказ опросить путешественников. Они таких слов не знают. Ты думаешь, что король Нерман в промежутках между бунтами дворян и ультиматумами Фегрида сидит и выдумывает их? Очень сомневаюсь.
Гношт выглядел растерянным. Похоже, что подобные мысли не приходили ему в голову раньше.
— А еще отмена рабства, — горячо продолжал Раст, — Немедленная отмена рабства, даже еще до того, как он взошел на престол! Это откуда? Откуда у него такие мысли? Во всех странах есть рабы! А у Ранига нет почему-то. Почему нет? Но это еще не все. Он привечает эльфов! Этих напыщенных самовлюбленных слабаков! Которые так кичятся своим посредственным абом! Тебе бы пришла в голову мысль иметь с эльфами какие-то дела? Нет? Вот то-то и оно!
Старый философ-наставник короля Кманта мог бы гордиться своим учеником. Уж чему-чему, а мыслить нестандартно он его научил.
— Что ты всем этим хочешь сказать? — спросил Гношт, совершенно сбитый с толку, — Что король Нерман эльф?
— Нет, твое величество, не эльф, — вздохнул Раст, — Он вообще неизвестно кто. Очень сомневаюсь, что Нерман — человек.
Король Томола нахмурился, ненадолго задумавшись.
— Ну ты хватил! — сказал он после паузы, — Мои жрецы утверждают, что он — демон. Так что, прикажешь верить в это?
— Я уже не знаю, во что верить, а во что нет. Когда начали пропадать наши отряды, тем более, усиленные ишибами, это выбило меня из колеи.
— Но зачем мы тогда начали с ним войну? Может быть, нужно было переждать и присмотреться?
— Эх, твое величество, прости, но ты мыслишь слишком прямолинейно, — Раст махнул рукой, забыв, что сжимает в ней кубок с вином, — Если Нерман не человек, то напасть просто необходимо. И, возможно, гораздо раньше, чем это сделали мы. Чтобы не дать ему время на установление новых порядков по всей стране. Вдруг это его неимоверно усилит? Настолько, что потом он съест на завтрак нас и даже не подавится.